Работа в море часто кажется сплошной романтикой. Шум волн, накатывающих на борт корабля, горизонт без конца и без края, чайки, ветер, брызги в лицо. В общем, неоглядное единение с природой. Однако работа - всегда работа, в каких бы романтических обстоятельствах ни происходила.

Когда видишь, в каких условиях работают водолазы Северного экспедиционного отряда аварийно-спасательных работ, это понимаешь особенно отчетливо, без подсказок.

Недавно с трехмесячной вахты вернулось в родную гавань спасательное судно «Мурманрыба». За это время экипаж буксира семь раз приходил на помощь коллегам в открытом море. Он произвел пять аварийных буксировок, нашел и спас рыболовов-любителей и сопроводил поломанный иностранный сухогруз. Спустя месяц судно снова стали подготавливать к новому рейсу, водолазы провели профилактический осмотр «Мурманрыбы».

Игорь Кац.

- У нас как таковых тренировок нет, потому что все водолазы в отряде высококвалифицированные специалисты первого и второго классов. Когда они в море спускаются под воду, помощи ждать ни от кого не приходится. Поэтому без такой сноровки в этой работе делать нечего, - заметил главный водолазный специалист экспедиционного отряда Игорь Кац. - В основном мы занимаемся снятием намоток тросов и тралов с винтовых комплексов судов и помогаем севшим на мель пароходам.

Игорь Борисович сам под воду уже не спускается, последнее рабочее погружение совершил пять лет назад, когда ему было семьдесят пять. Вообще он провел под водой девять тысяч часов. Это три нормы, которые водолаз вырабатывает за все время своей профессиональной деятельности. Сейчас Игорь Кац руководит водолазами сверху, с буксира: подготавливает к спуску, общается по радио- и видеосвязи. В общем, контролирует весь процесс.

Анатолий Леонтьев.

- Каждый спуск можно считать экстремальным, потому что регион у нас арктический, здесь своеобразный климат. Штормовое море, сильное течение, низкие температуры, длительное ночное время суток - все это откладывает отпечаток, - рассказал водолаз Анатолий Дерюгин. - Устранение намотки на винт сейчас стало сложной работой из-за того, что изменились орудия лова. Норвежские тралы, например, стали делаться из таких полимерных материалов, которые, наверное, не совру очень сильно, по своей прочности мало чем уступают металлу. Работа с ними достаточно трудна физически.

- Я не думаю, что в нашей профессии есть место романтике. Нам нужно желание овладеть специальностью и постоянное стремление к совершенству знаний и навыков. Мы не рыбок смотрим под водой, а делаем работу в сложных условиях, - соглашается со мной Анатолий.

В состав каждого спасательного буксира входит водолазная станция, которая состоит из барокамеры, тяжелого и легкого снаряжения для погружения и трех собственно водолазов. Один работает под водой, второй его спускает, а третий страхует.

Водолазы Северного экспедиционного отряда с удовольствием используют в работе легендарную «трехболтовку» (стандартное водолазное снаряжение, что используется на русском флоте с ХIХ века), в которой лучше всего погружаться при низких температурах и большом течении.

«Трехболтовка», получившая это название от трех болтов, которыми крепится водолазный шлем к манишке, - штука тяжеленная, не для слабеньких. Шлем весит около восьми килограммов, свинцовые галоши - по шестнадцать каждая. Вместе с водонепроницаемым комбинезоном, грузами и прочей экипировкой такое снаряжение может весить более шестидесяти килограммов.

- Одна из тяжелейших недавних намоток, с которой нам пришлось разбираться, когда на винторулевой комплекс был намотан практически весь трал. Десять дней наши водолазы с ним работали... - рассказал начальник Северного экспедиционного отряда аварийно-спасательных работ Анатолий Леонтьев. - Большинство кадров у нас в довольно элегантном возрасте, но очень квалифицированные. К сожалению, молодежь неохотно идет осваивать профессию.

А зря, водолазы сейчас нужны. В России пять морских бассейнов, однако спасательные суда концентрируются в самых ответственных направлениях - Северном и Дальневосточном. А с присоединением Крыма зона деятельности водолазов-спасателей расширилась.

- Мы уже отправили туда одно судно «Пурга» и готовим к переправе спасательный катер «Сокол», поступивший на баланс. Планируем развернуть полноценное спасательное подразделение в Севастополе со службой наблюдения и двумя транспортными единицами. Также прорабатывается вопрос открытия спасательной базы на Шпицбергене, там достаточно крупная группа работает в шестьдесят судов. Для этого ждем финансирования на ремонт ледокольно-спасательного судна «Стахановец».