Рядом с Сафоновым

Перед войной и во время нее в Управлении ВВС Северного флота была такая должность - инспектор-летчик по технике пилотирования. С октября 1940 года занимал ее капитан Тимофей Раздобудько. Он должен был контролировать боевую подготовку летчиков. А также раньше других изучать поступавшую на флот новую технику, помогать в ее освоении. Что касается боевых действий, то это - на его личное усмотрение. Проще говоря, сбивать вражеские самолеты в обязанности инспектора-летчика не входило. Однако Раздобудько с первых дней войны порой вылетал на задания чаще других командиров разного уровня, включая и комэсков. Первый боевой вылет на перехват вражеского бомбардировщика он сделал 23 июня 41-го.

Во фронтовом небе он был непосредственно связан с сафоновской эскадрильей - первые два месяца войны почти ежедневно водил на боевые задания ее летчиков, совершил с ними 46 вылетов. Очень часто Тимофей Раздобудько поднимался в воздух вместе с Борисом Сафоновым. Так, например, 2 августа они четыре раза в одном звене вылетали на патрулирование над аэродромом и сопровождение своих бомбардировщиков СБ к линии фронта.

Удивительно, что об этом летчике почти никто не обмолвился в мемуарах. Повлияла, должно быть, ранняя гибель, после которой его имя попросту кануло в Лету… Пожалуй, единственные, кто о нем вспомнили, так это англичане - в воспоминаниях называют его одним из первых, кто освоил британский истребитель «харрикейн».

Тимофей Тимофеевич Раздобудько родился в 1914 году в поселке Половцево Новохоперского района Воронежской области. В семнадцать лет в 1931 году поступил в Ленинградскую военно-техническую школу, в декабре 1933-го продолжил учебу в 14-й военной школе летчиков в городе Энгельсе, являвшейся в то время одной из лучших среди летных школ страны. Таким образом, за четыре года учебы Раздобудько получил для того времени полные теоретические и практические знания и как техник, и как пилот.

Бомбардировщики Пе-2 на боевом курсе.

Военную службу начал в декабре 1935 года младшим летчиком в 6-й легкой бомбардировочной авиаэскадрилье 40-й ЛБАБр Белорусского ВО. С мая 1938 года - старший летчик во вновь сформированном 35-м истребительном авиаполку, в августе 1939 года - флаг-штурман (штурман полка. - Ю. Р.). В сентябре 1939 года 35-й ИАП, имевший на вооружении истребители И-16 и И-15 бис, принимал участие в присоединении к СССР Западной Белоруссии по пакту Молотова-Риббентропа. Во время финской войны он летчик-инспектор 72-го САП ВВС СФ. После нее, в апреле 40-го, ему присвоили очередное воинское звание - капитан. С 30 сентября того же года - инспектор-летчик по технике пилотирования в Управлении ВВС СФ.

Судя по должностям, к началу Великой Отечественной это уже был не рядовой летчик, но высоко подготовленный профессионал.

Дефицит «ишачков»

Перед войной в составе 72-го САП было всего четыре истребителя-моноплана И-16, на базе которых и была сформирована 4-я эскадрилья под командованием старшего лейтенанта Бориса Сафонова. Эти истребители имели достаточную скорость, хорошее вооружение, были чрезвычайно маневренны в горизонтальной плоскости и надежны в воздушном бою на встречных курсах благодаря оснащению мотором воздушного охлаждения.

Остальные истребители-бипланы - И-153 и И-15 бис, стоявшие на вооружении в ВВС СФ, по своим скоростным характеристикам уступали даже немецкому двухмоторному бомбардировщику «юнкерсу» Ю-88. Поэтому, когда в полк прибыла первая партия «ишачков», как между собой называли наши летчики И-16, двенадцать самолетов, три машины передали в командное звено полка для командира полка Героя Советского Союза майора Георгия Губанова, его заместителя - капитана Алексея Полковникова и инспектора-летчика Тимофея Раздобудько.

Малоизвестный факт: будущий североморский ас Борис Сафонов в начале июля на перехват вражеских бомбардировщиков чаще вылетал в составе именно командного полкового звена, нежели со своими летчиками. Причина в том, что во время первых налетов на аэродром Ваенга больше всех пострадала сафоновская эскадрилья. 29 июня, только за один день, в результате вечернего налета вражеской авиации и гибели вместе с летчиками двух истребителей эскадрилья лишилась сразу пяти самолетов, а все остальные были повреждены и требовали полевого и среднего ремонта. В конце дня Борис Сафонов представил комполка донесение, в котором в частности отмечалось: «Боевой состав эскадрильи: всего 13 летчиков, налицо в строю - 9. Всего самолетов 6, исправных нет».

Осознавая создавшееся тяжелое положение в 72-м САП, командующий флотскими ВВС генерал-майор авиации Александр Кузнецов через Военный Совет СФ к исходу дня доложил наркому ВМФ об «острой нужде в самолетах-истребителях».

Пока ремонтировались «ишачки», Борис Сафонов вылетал в составе командного звена. 10 июля в полк прибыла новая партия из десяти истребителей И-16.

Но если командир полка майор Губанов после нескольких вылетов вообще перестал подниматься в воздух, а его заместитель капитан Полковников делал это лишь время от времени, то капитан Раздобудько - регулярно и именно вместе с сафоновцами.

17 июля люфтваффе за полярным кругом провели полномасштабную операцию по уничтожению советской авиации на местах базирования. Первыми подверглись налету армейские аэродромы. В конце уходящих суток дважды немцы бомбили аэродромы - Ваенга-Первая и Ваенга-Вторая. Первый налет полностью отразить не удалось - на взлетном поле сгорел один И-16 и получил повреждения МиГ-3. Во время второго нападения нашим летчикам удалось перехватить вражеские бомбардировщики еще на подступах к цели и атаковать их.

Североморцы в этот день заявили о десяти сбитых самолетах противника. Этот день стал самым результативным для ВВС Северного флота с начала войны. Борис Сафонов заявил сразу о двух сбитых вражеских самолетах - Ю-87 и Ю-88 - третий и четвертый для себя. Первую победу одержал и капитан Раздобудько - он сбил двухмоторный бомбардировщик Ю-88.

Через несколько дней, 21 июля, инспектор-летчик один из первых по сигналу «воздух» вылетел на перехват вражеских бомбардировщиков, пытавшихся нанесли очередной удар по Ваенге-Первой, и в одиночку атаковал их. Завязался бой, к которому подоспели сафоновцы во главе со своим командиром и летчики из других эскадрилий. Налет был отражен - пикировщики сбросили бомбы не прицельно и поспешно ушли на свою территорию. На счет Тимофея Раздобудько записали еще один «юнкерс».

Командование представило его к награде и 18 августа 1941 года капитана Раздобудько наградили орденом Красного Знамени.

Форсируя моторы

23 августа инспектор-летчик четыре раза поднимался в небо вместе с сафоновцами, причем два раза в качестве ведущего, возглавляя группы из шести и восьми истребителей. Во время последнего вылета на перехват противника над линией фронта в составе девяти И-16 он вместе с Борисом Сафоновым атаковал «юнкерсы». Те, форсируя моторы и оставляя за собой дымный след, пытались оторваться от «ишачков» и в один из моментов перевернулись через крыло и потерялись на фоне земли.

По возвращении Сафонов и Раздобудько доложили об атаке, но не уверенные в результате в донесении отметили, что сбили предположительно. Тем не менее в «Журнале учета сбитых самолетов 72-го САП» была сделана запись без этого уточнения - командование полка посчитало его лишним.

Должен заметить, в первые месяцы войны немецкие пилоты, подвергаясь атакам наших истребителей, очень часто и успешно имитировали падение. Вскоре этот тактический прием был разгадан, что нашло отражение в боевых отчетах и обзорных документах. Вот вам выписка из «Обзора действий авиации противника на Мурманском направлении с 22.06. по 28.08.1941 г.», подготовленного штабом ВВС 14-й Армии:

Легендарный «ишачок».

«…Самолеты противника хорошо применяют имитацию падения, пускают струю дыма, делая вид, что они загораются и падают на землю, а сами в это время увеличивают скорость и по складкам местности уходят из-под удара наших истребителей и зенитной артиллерии…

...Характерным является метод выхода из боя Ю-88 при атаке его истребителями - резкое и беспорядочное снижение с одновременным задымлением за хвостом, что вводит в заблуждение атакующих истребителей...»

Последний боевой вылет в составе сафоновской эскадрильи капитан Раздобудько совершил 27 августа. В этот день он трижды вылетал вместе с Сафоновым и провел два воздушных боя. Во время последнего он почти на бреющей высоте атаковал два «мессершмитта» Bf 109, записав на счет один сбитый. Всего таковых у него числилось уже четыре: три «юнкерса» и один «мессер».

На «пешке» - в первый и последний раз

Неутомимый летчик, повторюсь, мог не летать на задания, а лишь контролировать боевую работу в подчиненных ему авиаполках и следить за ходом подготовки пилотов, прибывающих из летных училищ. Но Раздобудько не только делал это регулярно на истребителе И-16, но в конце августа решил переквалифицироваться в летчика-бомбардировщика, освоив пикирующий бомбардировщик Пе-2, которые с середины июля 1941 года начали поштучно поступать в ВВС СФ.

Параллельно в это же время с прибытием английского 151-го авиакрыла на североморский аэродром Ваенга-Первая в силу своих непосредственных обязанностей Тимофей Раздобудько начал изучать матчасть зарубежного истребителя.

15 сентября он впервые вылетел на бомбардировщике в составе четырех Пе-2. Цель - скопление вражеских войск на переправе через реку Западную Лицу. Уже на обратном пути «пешки» сверху со стороны солнца были атакованы шестеркой «мессеров» Bf 109. Звено бомбардировщиков летело без истребительного эскорта, тогда считалось, что двухмоторный бомбардировщик Пе-2 обладает достаточной скоростью, чтобы оторваться от любого немецкого истребителя.

«Мессеры» один за другим последовательно атаковали крайних ведомых, после чего два Пе-2 запарили - у них была повреждена бензосистема. На самолете лейтенанта Башира Хамдохова все члены экипажа - штурман сержант Сергей Порошин и стрелок-радист младший сержант Иван Кабеев - были ранены, но пилот сумел дотянуть до своего аэродрома и сесть.

На «пешке» капитана Раздобудько загорелся мотор и, теряя высоту, горящий бомбардировщик под углом врезался в болото и взорвался. Буквально за несколько мгновений до падения из самолета с парашютом выбросился стрелок-радист сержант Григорий Жарков и приземлился неподалеку. Погибли пилот капитан Тимофей Раздобудько и штурман сержант Петр Сергеев. Это был их первый и последний вылет на Пе-2.

Первоначально останки капитана Раздобудько были похоронены на месте гибели, около села Белокаменка, немного позже их перезахоронили в Ваенге, нынешнем Североморске.

После гибели Раздобудько его должность инспектора-летчика по технике пилотирования ненадолго занял капитан Борис Сафонов - он продолжил начатое капитаном изучение английского истребителя «харрикейн», который в 1942 году станет основным защитником неба Заполярья и Карелии.