16.03.2005 / Служу Отечеству!

БЕРЕГ ЛЕВЫЙ, БЕРЕГ ПРАВЫЙ...

Ранним утром их подняли по тревоге: война! Два дня на сборы, и на машинах отправили в Молдавию сдерживать наступающего врага. С дороги - в бой. И сразу потери, первые и очень большие. Немцы разбомбили советские аэродромы вместе с самолетами, так что сверху прикрывать было некому. Артиллерия наша оказалась слабенькой. Поэтому от вооруженного до зубов врага отбивались чем могли - винтовками да пулеметами. И отходили... Главной задачей было как можно дольше сдерживать натиск неприятеля, чтобы дать возможность нашим сформировать войсковые части, а главное - преодолеть ту растерянность, которая охватила буквально всех в первые дни войны. Хоть и пели: "Если завтра война..." - но, похоже, не ждали ее ни завтра, ни послезавтра...

- Еще накануне отдыхали в лесочке, фотографировались на память, пели под гитару песни, а через несколько дней - грохот, дым, копоть... И после каждого взрыва снаряда проверяешь себя: живой? целый? - вспоминает прошедший всю Великую Отечественную войну мурманчанин Леонид Иванович Мошин.

Он был одним из тех военнослужащих срочного призыва, которые первыми вступили в бой с врагом. И одним из немногих из своего поколения, кто вернулся домой.

- Из призыва 39-40 годов 97 процентов солдат погибли на войне, в живых осталось лишь три процента! Я попал в эти три, - до сих пор горько удивляется ветеран.

Всякого пришлось ему хлебнуть. Выходил из окружения под Киевом - прорывались с боем. После курсов водителей в Горьком на полуторке подвозил снаряды на передовую под Сталинградом - как раз, когда там брали в кольцо врага. А 13 января 43-го пуля прошила оба легких. После госпиталя, в апреле, получил новое назначение: инженерные войска, понтонная бригада. И уже до конца войны - в ней.

Задачей бригады была переправа войск через все водные преграды, которые встречались на пути.

- Дон, Северный Донец, Южный Буг, Днепр, Днестр... - перечислял Леонид Иванович реки, через которые пришлось наводить переправы.

Это были понтонные мосты или паромы. На паром, скажем, уходило три понтона. А только один полупонтон весил тонну. Иногда и к подручным средствам прибегали, когда переправа разбомблена, а надо срочно на тот берег. В Молдавии как-то, вспоминает Мошин рассказы сослуживцев, соорудили мост даже из винных бочек. И работать приходилось все время под бомбежкой.

- Порой вода кипела от взрывов, от осколков... Под огнем не только устанавливали мосты, но и разбирали разрушенную понтонную переправу, спасали что уцелело. Потери в бригаде были все время большие.

Вспоминает ветеран, как участвовал в разминировании Днепрогэса. Двенадцать вагонов взрывчатки заложили гитлеровцы в плотины электростанции перед отступлением. Два месяца провел на Днепрогэсе вместе со своим водолазным отрядом старшина Леонид Мошин. Обследовали каждый закуток плотины, с подозрением относились к любой веревочке, к любому шнуру, попавшемуся на пути. А ну как заденешь - и от всего города Запорожья, где ГЭС находится, ничего не останется?.. Ловушки подстерегали на каждом шагу. Там было извлечено и обезврежено одних только бомб общим весом 66 тонн, снарядов же и мин насчитали 26 тысяч штук.

Леонид Иванович перебирает фотокарточки, где он вместе с боевыми товарищами - молодые красивые лица, пилотки, гимнастерки... А вот те же лица, только в штатском.

- Это Вена, конец войны, - объясняет он. - Солдатская форма так надоела за все эти годы, что раздобыли гражданскую, переоделись и вот все вместе сфотографировались. После войны встречались регулярно - через два года на третий - в городах, которые освобождали: Днепропетровск, Запорожье, Тирасполь...

Последний раз они виделись в Белгород-Днестровском на 50-летии Победы. Потом Союз развалился, и встречи прекратились. Но письма друг другу ветераны все же пишут. Только все чаще выбывают адресаты.

- Вот послал однополчанке Наде поздравление на Новый год в Саратов, а ответа нет, - сетует ветеран.

А еще один его фронтовой друг, что живет в Балашихе под Москвой, так и написал: "Отметим 60-летие Победы и распустим совет ветеранов нашей бригады. Не с кем уж вести разговор".

Вместе со своими боевыми друзьями прошел Мошин через всю Европу.

- Особенно приветливо нас встречали в Болгарии и Югославии, - вспоминает он. - Славный там народ, приветливый. Каждый старался зазвать к себе домой на чашку вина. А когда освободили Белград, нас пригласили сделать заключение о состоянии взорванного железнодорожного моста. Пока его осматривали, подошел сам верховный главнокомандующий Народной освободительной армии Югославии Иосип Броз Тито. Он распорядился, чтобы нам выдали спирт для согрева. Погода-то в те октябрьские дни 44-го года холодная и ветреная...

С войны Леонид Мошин вернулся с медалью "За отвагу" и орденом Красной Звезды. Сняв форму, пошел он по торговой части, в 51-53 годах был директором ресторана гостиницы "Арктика", той, что находилась на месте нынешней, высотной. Ну и после: замначальника треста столовых и ресторанов, начальник управления торговли Северного флота, председатель правления рыбкоопа рыбного порта, начальник управления общественным питанием...

Леонид Иванович давно уже на пенсии. Но военные годы помнит до мельчайших подробностей. И не расстается с книгой Александра Твардовского "Василий Теркин". Ведь это же и про него, Мошина, писал поэт: "Переправа, переправа, берег - левый, берег - правый..."

Леонид Иванович бережно кладет на стол затертый томик с поэмой Твардовского, листает его, ищет нужные строчки и, не найдя, машет рукой, читает на память:

Переправа, переправа,

Берег правый, как стена...

Этой ночи след кровавый

В море вынесла волна...

И увиделось впервые,

Не забудется оно:

Люди теплые, живые

Шли на дно, на дно, на дно...

Галина ДВОРЕЦКАЯ

Опубликовано: Мурманский вестник от 16.03.2005

Назад к списку новостей

Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
63,239673,724778,148871,3709
Афиша недели
Да здравствует копипастинг?
Гороскоп на сегодня