20.03.2010 / Служу Отечеству!

Девять месяцев на острие штыка

Михаил и Татьяна Костины, 50-е гг. Фото из архива Т. В. КОСТИНОЙ.

Морозной ночью 10 февраля 1944 года в Северной Норвегии, на полуостров Варангер, на парашютах приземлились три человека. Высадка оказалась не слишком удачной. Летчик совершил ошибку, которая обошлась парашютистам в лишние 30 километров пути по заснеженным сопкам. К тому же из-за сильного ветра Моряк неловко приземлился и повредил ногу.

Собравшись вместе, они долго лежали среди валунов, вслушиваясь в тревожную тишину. Теперь они были совершенно одни - без документов, биографий и даже имен. У них остались только клички: Моряк, Смелый, Знаток. Все вместе - разведгруппа «Х-13».

Как у миллионов…

Имена и прошлое они оставили там, на Большой земле. Все трое были из 181-го особого разведывательного отряда Северного флота. Командовал им младший лейтенант Виктор Леонов, впоследствии дважды Герой Советского Союза. Именно он выделил опытных и смелых моряков для выполнения важного и рискованного задания.

Биографии у них были обычные - как у миллионов ровесников.

Командир группы, Моряк, - старшина первой статьи Владимир Николаевич Ляндэ родился в 1918-м в Ростове-на-Дону. Работал бригадиром электриков на «Ростсельмаше», затем служил в Черноморском флоте, в рядах которого и встретил начало Великой Отечественной. Защищал Одессу и Севастополь, затем Москву, успел повоевать и на Кольской земле - под Алакуртти. А потом фронтовая судьба привела его на Северный флот.

Краснофлотец Анатолий Васильевич Игнатьев, Смелый, был на год младше. Перед войной трудился токарем на вагоностроительном заводе в родной Твери.

Радист-шифровальщик Знаток, краснофлотец Михаил Николаевич Костин родился 16 августа 1922 года в вятской деревне Ивошины в многодетной семье. В 1938 году приехал в Мурманск и поступил в морской рыбопромышленный техникум. Но с третьего курса пришлось уйти, так как семья ждала от него материальной помощи. Он быстро окончил учебно-курсовой комбинат, получил профессию радиста, с февраля 41-го начал работать на судах «Морзверьрыбпрома». Война застала в рейсе, и спустя четыре месяца Костина призвали в разведотдел Северного флота.

Точки и тире наводят на цель

…После приземления они ждали часа три. И вот наконец послышался гул самолета, который должен был сбросить основной запас продовольствия. Но в это время из-за сопок внезапно взвилась зеленая ракета - рядом были фашисты. Разведчики снова затаились среди холодных камней... Груз, сброшенный с самолета, так и не нашли, хотя искали несколько дней.

Зима выдалась щедрой на снег и морозы, и бойцы с трудом пробрались на побережье, где должны были обосноваться для проведения операции. Стали переносить туда снаряжение. Первая ходка прошла благополучно, но они не расслаблялись. И не напрасно. Один раз, возвращаясь к своему месту, километрах в трех от него едва не столкнулись с горными егерями, которых было больше десятка. Видимо, те наткнулись на лыжню, проложенную разведчиками утром. Всего метров сорок отделяло притаившихся за камнями и приготовившихся к бою моряков от преследователей. Спасла быстро, как всегда бывает зимой, надвинувшаяся темнота. Егеря не рискнули идти по «горячему» следу - вернулись на сопку, где находились их землянки.

Сделав небольшой крюк, разведчики быстро добрались до наспех устроенного лагеря. Забрали радио-станцию, наполнили рюкзаки и, взвалив лыжи на плечо, ушли в сопки, стараясь передвигаться с камня на камень.

На новом месте соорудили из снега замаскированное жилище и старались совсем не выходить на открытое пространство. За морем наблюдали в бинокль и перископ разведчика...

А в штабе Северного флота с нетерпением ждали разведданные от группы «Х-13». И команда Владимира Ляндэ, обосновавшаяся на юго-восточном берегу Варангер-фьорда, приступила к работе. Знаток - радист Михаил Костин регулярно передавал сведения о движении кораблей и транспортов противника, доставлявших военные грузы в Северную Норвегию, о результатах ударов нашего флота и авиации по ним и другим объектам, ежедневно сообщал данные метеонаблюдений. Вскоре разведчики точно знали: если фашистские гидросамолеты рыскают над водой - жди караван. И значит, нужно удвоить бдительность.

В снежной норе

Жить и работать в снежной норе было, конечно, нелегко. Воду для чая кипятили на миниатюрном костерке из сухого спирта. Рукавицы, носки и портянки сушили своим телом; для этого прятали их между нижней рубашкой и лыжной курткой.

В начале апреля стали подходить к концу продукты. Но, как назло, погода стояла нелетная. В первых числах мая группа «Х-13» радировала на Большую землю: «С 26 апреля без продуктов. О сухарях забыли. Духом не падаем». Они бодрились, но голод подтачивал силы. Весь рацион составлял плитку шоколада на троих в день.

7 мая в штабе получили еще одну скупую радиограмму: «Чувствуем себя плохо. Сил нет. Просим быстрой помощи». Командир не стал сообщать, что они обморозились, болеют цингой, а он сам жестоко страдает от фурункулов.

И только 10 мая пилот-доброволец, пробив низкую облачность над самыми сопками и чудом не врезавшись в них, сбросил мешки с продуктами. Самолет встречали Ляндэ и Игнатьев, Костин в это время следил за морем. Более десяти километров волокли на себе обессиленные разведчики спасительный груз.

Собственно говоря, это срок, к которому операция, рассчитанная на три месяца, должна была завершиться. Но слишком ценными были сведения, которые передавала «Х-13»… Проходили недели, а они по-прежнему не спускали глаз с моря. Боевая вахта велась круглосуточно.

Лай овчарок за спиной

Как ни кратки были радиосеансы, но фашисты, судя по всему, знали, что у них под боком работают разведчики, и не раз пытались добраться до них. Однако нашим парням удавалось уйти. Особенно острая ситуация сложилась в конце августа. Моряки лежали в укрытии в камнях, когда увидели большую группу горных егерей. Те поднимались на соседнюю сопку, и только лай собак нарушал тишину. По команде Ляндэ разведчики быстро собрались и рванули в сторону города Вадсе.

И как раз в этот момент эскадрильи советских штурмовиков и бомбардировщиков обрушили смертоносный груз на немецкие суда. Но морякам некогда было любоваться этой картиной. Они бежали по руслу широкого ручья. Чтобы сбить со следа овчарок, то прыгали с камня на камень, то брели по колено в холодной воде. И так до темноты.

С рассветом Анатолий Игнатьев скрытно поднялся на сопку и снова обнаружил противника. Моряки начали поспешный отход - опять по руслам речек, с камня на камень. Голодные, мокрые, смертельно усталые, они больше всего берегли рацию. Повезло и в этот раз. Более того, на высоком берегу фьорда они обнаружили груз, сброшенный для них еще в день высадки.

Точка снятия

Группа «Х-13» сообщила о своем положении в штаб и получила приказ: «Двигаться в точку пересечения моря с сушей в районе Босфиорда». Туда пробирались несколько суток под проливным дождем. Увидев море, воспрянули духом. Каждый в душе надеялся, что через несколько дней их снимет катер. Но получилось иначе: поступил приказ продолжить работу.

Лишь в конце октября, когда новый снег накрыл их убежище, пришла долгожданная радиограмма: «Укажите точку для снятия вас». Моряки передали координаты залива. Ответ пришел оперативно: «Ждите катер каждую ночь».

Измученные и голодные люди на радостях перестали экономить остатки продуктов. И поплатились за это: сильный шторм скомкал намеченные планы. Еще целую неделю моряки сидели без крошки хлеба. Единственной их пищей в эти дни стали лиса, на свою беду рыскавшая неподалеку, да несколько леммингов.

Но вот наконец катер пришел и доставил изможденных разведчиков на базу в Полярное. Эпопея завершилась 27 октября. Правда или нет, но есть упоминания о том, что на причале их встречал командующий флотом Арсений Головко. А начальник политуправления флота Александр Николаев распорядился тут же их сфотографировать. Два тех портрета из трех газета публикует сегодня - на них разведчики запечатлены в шапочках, которые сами сплели во время операции из парашютных строп.

Находясь в тылу немцев почти девять месяцев, группа Ляндэ обнаружила 77 конвоев. По ее донесениям было потоплено 28 и повреждено 12 германских кораблей. Кроме того, моряки по собственной инициативе разведали несколько оборонных объектов немцев на юго-восточном побережье полуострова Варангер и передали 15 донесений о них на Большую землю. Они оказались очень кстати, ведь именно в те дни, когда разведчики наконец вернулись домой, началась знаменитая Петсамо-Киркенесская операция, в ходе которой была освобождена и Северная Норвегия.

7 февраля 1945 года командование флота подало рапорт о присвоении каждому члену группы звания Героя Советского Союза. Рассказывают, было и второе представление, но и оно осталось без ответа.

Последний подвиг Моряка

Мирная жизнь двух разведчиков, демобилизовавшихся в 45-м, оказалась, увы, очень короткой. Самый физически сильный из группы Анатолий Игнатьев, Смелый, умер от туберкулеза в 1947 году в Ленинграде. Ненадолго пережил его и командир.

О судьбе Владимира Ляндэ мне недавно рассказала его племянница Лидия Петровна Тюрина, которая заведует библиотекой гарнизонного Дома офицеров. Вернувшись в родной разрушенный Ростов, он столкнулся с послевоенным разгулом преступности. Однажды, когда возвращался с женой домой, в парке имени Горького настигла группа отморозков. Но попытка поглумиться над парочкой обошлась негодяям дорого, урок от разведчика они получили хороший. После этого случая Владимир пошел работать в уголовный розыск Ростова.

Он быстро доказал свое умение и хватку в новом деле, за успешную борьбу с уголовной нечистью получил офицерское звание. Однако вскоре судьба приготовила ему еще одно смертельное испытание. Собственно говоря, командир «Х-13» сам пошел ему навстречу.

Случилось это в ночь на 1 января 1949 года. Ляндэ был свободен от дежурства и находился дома. После полуночи неожиданно пришли коллеги из бригады по борьбе с бандитизмом. Но не в гости. Они хотели посоветоваться по поводу задержания отпетого уголовника, на совести которого было несколько убийств. Оказалось, что тот как раз находился у своей матери, неподалеку от места, где жил Ляндэ. Можно предположить, расчет был на то, что в праздничную ночь матерый преступник не упустит случая расслабиться, и задержать его будет проще… Владимир, конечно, не мог остаться в стороне - быстро собрался и отправился на операцию с товарищами.

Когда подошли к дому, где находился уголовник, бывший разведчик взял на себя самое опасное - решительно постучал в дверь, рассчитывая успеть обезоружить убийцу. Однако тот был настороже и к тому же знал Ляндэ в лицо. Распахнув дверь, он тут же открыл стрельбу в упор из двух пистолетов. Шансов уцелеть у Моряка не оказалось… Бандит выскочил из окна на задний двор и попытался скрыться. Но его настигли пули других милиционеров.

В ростовской школе № 20 создан музей, посвященный выпускникам, прославившим город. Есть в нем и стенд, рассказывающий о Владимире Ляндэ.

Всю жизнь в эфире

А самый молодой из группы - Михаил Костин, Знаток, после Победы еще почти три года служил в разведотделе флота. Но сумел экстерном сдать экзамены за десятый класс. А позже, уже в возрасте, заочно окончил Ленинградское высшее мореходное училище имени С. О. Макарова - радиотехнический факультет, который традиционно считается одним из труднейших.

Костин радистом ходил на многих судах Мурманского морского пароходства. На берегу его ждала жена Тамара. До свадьбы, которая состоялась в 1953-м, она носила фамилию Кочерова. Кстати, представительница рода, который живет на Кольском полуострове с XVIII века (сюда был сослан далекий предок за участие в восстании Емельяна Пугачева). Она подарила мужу двух сыновей, которые, как и отец, получили в Ленинграде высшее техническое образование, а ныне живут и трудятся в родном Мурманске.

Между прочим, долгие годы Тамара Викторовна понятия не имела о подробностях боевого прошлого своего мужа. Узнала, лишь когда в центральной газете появился очерк о наших разведчиках. И меня это не удивляет. Встречаясь время от времени с ним на шестом этаже нашего пароходства, где располагается радиоцентр, я пытался завязать разговор о его фронтовой жизни. Он обычно смущенно отнекивался, отделывался несколькими фразами… Вот так же и с фотографией. Михаил Николаевич увлекался ею, оставил после себя множество снимков, на которых запечатлены родные, друзья, места военных действий на Кольском полуострове. А собственных фото почти и нет. Что тут скажешь? Настоящий разведчик.

Последние годы жизни Костин трудился старшим мастером учебно-курсового комбината, где делился опытом с молодыми радистами. Тяжелая болезнь подкосила, когда ему едва исполнилось шестьдесят. 21 сентября 1982 года последний разведчик группы «Х-13» ушел туда, откуда нет возврата. Откуда не пробьется даже радиосигнал.

Фото:
Владимир Ляндэ, 1944 г. Фото из архива Т. В. КОСТИНОЙ.
Фото:
Михаил Костин, 1944 г. Фото из архива Т. В. КОСТИНОЙ.
Фото:
Фото из архива Т. В. КОСТИНОЙ.
Рашид САЛЯЕВ

Опубликовано: Мурманский вестник от 20.03.2010

Назад к списку новостей

Новости региона
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,241675,707578,225873,3426
Афиша недели
Экранизация балета и «Инстаграма»
Гороскоп на сегодня