10.11.2010 / Служу Отечеству!

На улице - как на передовой. Перед милицейским спецназом ставят только исключительные задачи

Сегодня - День милиции. Командир спецназа полковник Алексей Ходоров.

Дневник, пропахший порохом

- 20 февраля, Назрань - подрыв «уазика» патрульно-постовой службы. 28 февраля, Орджоникидзевская - обстрел машины сотрудников уголовного розыска, трое раненых и двое убитых сотрудников райотдела, где мы квартировали. 12 марта, полночь - убийство двух милиционеров в Орджоникидзевской. 15 марта - в Нестеровской взрыв, погиб начальник местного ОБЭПа, в тот же день у нас, в Орджоникидзевской, подорвали милиционеров. 16 марта найден фугас у дверей нашего райотдела. 25-го - два взрыва в Орджоникидзевской, 26-го там же, в 400 метрах от райотдела, бой с боевиками. Они нас обстреливали из окон жилого дома, среди них была беременная женщина, и мы стрелять по ней не могли. А она из автомата поливала…

Спецназовец Игорь читает мне страницы своего дневника, который вел полтора года назад в Ингушетии. В командировке после гибели четверых товарищей, среди которых был старший группы мурманчан Андрей Кольцов, Игорю пришлось принять на себя его обязанности. Тогда он и стал вести записи.

- Каждую неделю гибли один-два сотрудника нашего райотдела (мурманчане в Ингушетии базируются в помещении одного из местных отделов милиции. - Авт.), - отрывается Игорь от страниц дневника. - Ночью бросить гранату во двор или по окнам очередь пустить - это у бандитов вроде как первое предупреждение. Второе - машину взорвать либо расстрелять кого-то из домашних. Так что там желающие работать в милиции - редкое явление. Профессия для смертников.

- Быстро к этому привыкаешь или все еще страшно? - спрашиваю.

- Если голова на плечах есть, то страшно, - отвечает Игорь. - А кому не страшно, тому там делать нечего.

- Кто к нашей службе привыкает, тому у нас в отряде не место, - жестко подтверждает командир спецназа полковник Алексей Ходоров. - Привык - значит, чутье потерял. А мне нужны люди с головой. Это к вопросу о том, что, мол, спецназовцы бутылки о головы бьют. Если такое замечу, сразу уволю - моим бойцам голова для другого требуется!

Зона ответственности

Мурманский отряд милиции специального назначения сравнительно молод, ему лишь 17 лет. Вчера, накануне Дня милиции, бойцы отмечали свой «цеховой» праздник - 32 года назад в стране начали создаваться специальные отряды быстрого реагирования, СОБР (так они назывались до не столь давней поры). Офицеры этого закрытого подразделения стараются не называть своих фамилий и не «светить» лиц - таковы требования службы. Правда, командирам это не удается, приходится бывать и на виду.

Многие бойцы отряда начинали службу в ОМОНе. Игорь, например, с омоновцами прошел Первую чеченскую. В девяносто шестом был в окружении - тогда в осажденной боевиками комендатуре людям удалось выстоять. А вот сопровождавшая их собака напряжения не выдержала.

- Сошел с ума мой собачонок там от постоянных обстрелов, - говорит милиционер. - К тому же ни еды, ни воды толком не было, ел бедняга то же, что и мы: селедку да зеленые помидоры. На такой диете ротвейлер отощал, как доберман. Под конец месяца стал бросаться на нас - пришлось к батарее привязывать...

Полковник Ходоров свою чеченскую войну начинал уже в СОБРе. Он здесь «с первого приказа» - со дня создания подразделения. За плечами уже имел армейский боевой опыт: в разведроте ВДВ прошел зоны конфликтов в Закавказье. Хорошо помнит, как, вылетая из Мурманска в январе 1995 года, был уверен, что отряд будет стоять на границе с Чечней в окопах, блокировать передвижения, чтоб никто из боевиков не вырвался. А в глубь республики - ни-ни, ведь там зона ответственности военных.

- Вначале нас две недели тренировали в Москве, на базе «Вымпела», готовили к уличным боям, спецмероприятиям, довооружали, экипировали, - вспоминает Алексей Георгиевич. - А потом собрали и сказали: «Господа офицеры, в тылу отсидеться не удастся, будете на передовой». Доктор, проводивший занятия по медподготовке, напутствовал: «Имейте в виду: легких ранений не будет». Перебросили в Грозный, где мы и стояли потом на заводе «Красный Молот». Шли зачистки, гибли сотрудники. Боевики воевали умело, ведь большинство их тогдашних командиров прошли школу Советской армии. Всю тактику заимствовали из ее уставов, причем изучали их дотошно. Как-то на зачистке мы нашли в жилом доме документы по подготовке снайперов издания 1937 года! В общем, дилетантов на той стороне не было. Но и для нас это был бесценный боевой опыт. Я считаю, он даже необходим для бойца спецподразделения. Побывав в реальных военных условиях, уже не растеряешься на операции в городе.

А город подумал: снимают кино

На родной земле спецназу работы хватает. И пусть на дворе уже не лихие девяностые, когда громкие преступления и не менее громкие задержания были обычным делом, отряд постоянно работает. Любая буднично выглядящая улица, любой дом в какой-то момент могут оказаться для них передовой линией. Самые частые эпизоды - штурмы наркопритонов, впрочем, бывают и более серьезные переделки.

- К нашей работе неприменимы понятия «самое запоминающееся» или «самое громкое» - у нас все дела исключительные, нас иначе не задействуют, - говорит командир. - Просто мы должны и можем выполнять то, что не под силу другим подразделениям. Главное - сработать на опережение, не дать преступнику опомниться. Несколько лет назад в Кандалакше действовала преступная группа, державшая в страхе город. Ее лидер преподавал в школе рукопашного боя и не раз говорил, мол, если его будут «брать», он живым не дастся. И вот он едет по центру города, мы перекрываем дорогу, останавливаем его и просто вытаскиваем через боковое стекло - дверь была заблокирована. Здоровый мужик, метр девяносто пять ростом, вылетел из машины, как пробка из бутылки, даже опомниться не успел. Потом, говорят, неделю в себя приходил, не мог поверить, что так случилось... В Мурманске задерживали хорошо вооруженную преступную группу. Вытащили бандитов из машины, положили на асфальт, а прохожие стали фотографировать, говорят: «Смотрите, кино снимают!». То есть никто не успел понять, что произошло, так быстро и чисто сработали бойцы.

Преступники зачастую отлично вооружены, и собровцам поневоле приходится «соответствовать». В девяностые было иначе:

- Воевали с пистолетами, - улыбается Игорь.

- Да, в свое время у нас на сорок человек было десять бронежилетов. А теперь у меня с избытком и оружия, и средств защиты, и средств связи, и автобронетехники. Плавсредства, водолазное, альпинистское снаряжение - все есть, - с гордостью говорит Ходоров. И добавляет: - Но главное - люди, иначе какой я командир? У меня офицеры есть такие, что на грудь глянешь - там наград, как у ветерана Великой Отечественной. Некоторые, если посчитать, по семь полных лет провели на Кавказе... Люди у нас особые. Замкнутых нет, мы должны жить душа в душу: сегодня я кому-то спину прикрою, завтра - мне. Командировки очень сплачивают, там сразу все ясно: есть тот, кто спрячется, есть тот, кто ринется в бой, а есть тот, кто спокойно подумает и примет верное решение. У нас в отряде больше тех, кто думает.

Фото:
Сегодня - День милиции.
Фото:
Сегодня - День милиции.
Татьяна БРИЦКАЯ

Опубликовано: Мурманский вестник от 10.11.2010

Назад к списку новостей

Новости региона
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,502275,619778,015873,3817
Афиша недели
Экранизация балета и «Инстаграма»
Гороскоп на сегодня