23.10.2008 / Рубрика "Контакты"

Как упрятать «кощееву иглу»

Фото: Катериничев Игорь
Медный футляр и стальная кассета с макетом топливной сборки.

Они не только расположены практически на одной широте на западном и восточном берегах Ботнического залива. Две атомные электростанции - финская «Олкилуото» и шведская «Форсмарк» - выглядят словно близнецы, так как выполнены по одному проекту, разработанному во Франции. Недавно эти ядерные объекты двух европейских стран посетила делегация представителей СМИ Северо-Запада России.

Когда в России говорят о финской атомной энергетике, обычно вспоминают АЭС «Ловиса», построенную в 70-е годы прошлого века по советскому проекту и с помощью специалистов из Советского Союза. Ее ввели в строй чуть раньше, чем «Олкилуото». Реакторы, работающие на «Ловисе», - такие же, как и на Кольской АЭС, вода первого контура в них находится под давлением и поступает в парогенераторы, где преобразует в пар воду второго контура. Этот пар вращает вал турбогенератора, вырабатывающего электроэнергию.

На «Олкилуото», как и на «Форсмарке», установлены одноконтурные «кипящие» реакторы. Пар для вращения турбины образуется непосредственно в самом реакторе. У шведов на станции три таких энергоблока, у финнов - два, третий строится, но на нем будет установлен двухконтурный реактор, работающий под давлением.

Впрочем, объектом внимания журналистов на этот раз стали не действующие и не строящиеся энергоблоки. Тема поездки - проблема захоронения отходов, образующихся при работе атомных станций. Отходы эти, как известно, делятся на несколько категорий. Прежде всего, это отработавшее ядерное топливо (ОЯТ), относящееся к категории высокоактивных отходов.

Сразу же надо сказать, что европейский подход к обращению с ОЯТ кардинально отличается от российского. В России ОЯТ является сырьем для производства свежего топлива, поэтому после съема остаточного тепловыделения во временных хранилищах АЭС отходы отправляются на дальнейшую переработку. Раньше так поступали и с топливом, поставляемым на «Ловису» из СССР, а затем и России.

Однако в 1995 году в ЕС принят закон, запрещающий всякий импорт и экспорт любых радиоактивных отходов. С этого времени каждый производитель энергии сам стал отвечать за ОЯТ и другие отходы. Кстати, топливо на «Ловису» Россия до сих пор поставляет, а вот отработанное уже назад не возвращается. Что касается ядерного топлива для европейских реакторов, то оно имеет несколько иной химический состав и изначально не предназначено для дальнейшей переработки.

В настоящее время ОЯТ выдерживается на промежуточных хранилищах, которые есть при каждой станции. Там отработанному топливу можно находиться 20-40 лет. Считается, что это достаточный срок для решения проблемы окончательного захоронения. И, похоже, так оно и есть. Проекты хранилищ ОЯТ практически готовы в обеих странах и во многом похожи. И в Финляндии, и в Швеции ОЯТ разместят в скальных породах на глубине 500 метров. Причем каждое хранилище рассчитано на прием ОЯТ со всех реакторов своего государства.

В Финляндии на строительстве уже началась выемка грунта. Прежде чем дать заключение о пригодности скального массива для гарантированно безопасного захоронения ОЯТ в течение как минимум ста тысяч лет, геологи пробурили 43 разведочные скважины. В Швеции к вопросу подошли еще серьезнее. Там процесс выбора места захоронения ОЯТ занял более 30 лет - с 1977 года специалисты занимаются этой проблемой. Из первоначальных 8 потенциальных площадок сейчас выбраны две, в общем-то, равнозначные по своим параметрам: Оскарсхамн, где расположена одна из трех действующих шведских АЭС, и Форсмарк. Как ни покажется странным, окончательно определиться предстоит в результате «конкурса» муниципалитетов - где население лояльнее отнесется к идее размещения такого хранилища, там ему и быть.

Конечно, даже далекие от атомной энергетики люди понимают, что отработавшее ядерное топливо - не зола из печки, и просто так его кучей не свалишь даже в скальной пещере на полукилометровой глубине. Технология инкапсулирования тепловыделяющих сборок ОЯТ абсолютно одинакова для шведских и финских АЭС и больше всего напоминает схему, выражаясь современным языком, «физической защиты» иголки, в которой заключалась смерть Кощея. Помните, как в старой сказке: игла, яйцо, утка, заяц, ларец, так и здесь применен принцип нескольких оболочек.

Примерно то же самое и при хранении ОЯТ. Роль «кощеевой смерти» играет радиоактивная тепловыделяющая сборка - этакая «игла» четырехметровой длины. По проекту сборки упаковывают в стальную кассету на 12 ячеек, которая способна противостоять ударам и высокому давлению. Эта кассета, в свою очередь, вкладывается в медный футляр, защищающий сталь от коррозионного разрушения. Футляр заливают специальной глиной - бентонитом, и эта конструкция размещается в индивидуальном боксе скального ложа.

Возраст скалы в Форсмарке, где предполагается построить хранилище ОЯТ, составляет примерно 1,6 миллиарда лет. Сто тысяч лет, необходимые для того, чтобы радиоактивные элементы топлива распались до безопасного уровня излучения, по этим масштабам времени сущие пустяки.

Но это все дело хоть и недалекого, но будущего. Финны, к примеру, рассчитывают построить свой «ядерный бункер» к 2020 году. А вот захоронение средне- и низкоактивных отходов идет уже давно. Тоннели для этого в обеих странах сделаны также в скале и введены в строй в Швеции в 1988 году, а в Финляндии в 1992-м. Эти объекты стали, к сожалению, единственными (не считая информационных центров), куда пустили журналистов. Здания энергоблоков довелось увидеть только издали.

Средне- и низкоактивные отходы образуются, главным образом, при работах по перезарядке реакторов и плановых ремонтах: большей частью это спецодежда, защитная пленка, протирочная ветошь, радиационно загрязненный инструмент. Вся эта «гадость» упаковывается в контейнеры и размещается в ячейках внутри большого зала, вырубленного в скальном массиве. Глубина залегания здесь в 10 раз меньше, чем требуется для ОЯТ - 50-60 метров. Да и срок хранения до безопасного состояния «всего» 500-1000 лет.

Жидкие радиоактивные отходы в Европе не хранят. Как известно, дистиллированная вода не может быть радиоактивной. Активны примеси, растворенные в ней. Поэтому жидкие отходы выпаривают, а сухой остаток отверждают с помощью специальных бетонных смесей и отправляют в хранилище в виде бетонных блоков точно так же, как и контейнеры с инструментом и спецодеждой.

В общем, поездка показала, что обращению с радиоактивными отходами наши европейские соседи уделяют самое пристальное внимание. Возможно, российским специалистам будет в какой-то степени интересен опыт Финляндии и Швеции. Единственное, что показалось странным, - ограда контролируемой территории АЭС очень уж близко расположена к зданиям энергоблоков как в «Олкилуото», так и в «Форс-марке». Например, на Кольской атомной охраняемая зона значительно больше даже на глаз. Все-таки подобный объект может теоретически стать привлекательным для международного терроризма.

На мой прямой вопрос об этом представители «Олкилуото» Кате Сарпаранта и «Форсмарка» Петер Йансон, словно сговорившись, отвечали, что все под контролем, ограда - не первый рубеж. Дескать, еще на подступах к АЭС служба безопасности видит всех и вся и в случае чего способна принять адекватные меры. Что ж, дай бог, если это так.

(Окончание в следующем номере.)

Фото: Катериничев Игорь
В хранилище средне- и низкоактивных отходов «Олкилуото».
Фото: Катериничев Игорь
Здания 1-го и 2-го энергоблоков АЭС «Форсмарк».
Игорь КАТЕРИНИЧЕВ, Олкилуото - Форсмарк - Мурманск.

Опубликовано: Мурманский вестник от 23.10.2008

Назад к списку новостей

Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,377275,225378,750572,3954
Афиша недели
По следам Роу и Электроника
Гороскоп на сегодня