- Я убивать не хотел, хотел только припугнуть. Чтобы она не вела себя так, чтобы не смотрела на меня так презрительно, будто я не человек, а насекомое какое-то, - сказал на суде Андрей Рагозин* в последнем слове. - Правду говорю. Если бы хотел убить - убил бы.

И это действительно так. Лезвие у ножа, который он держал в тот вечер в руке, 16 сантиметров - хватило бы наделать дел. Да, в сущности, при чем тут лезвие, ярость захлестнула такая, что вполне можно было обойтись без подручных средств. Еще бы, его законная жена, его Танюшка, в обнимку с чужим парнем покуривает!

Станем друзьями, милый

Весной позапрошлого года они поженились (жить стали у Таниных родителей), а ровно через год, тоже весной, поругались. Ну в каких семьях не было ссор? Обычно через них перешагивают и дальше живут. А тут молодая жена взбрыкнула не на шутку.

- Нет уж, - сказала. - Ты уходи, а я с мамой-папой останусь. Не переживай, может, еще сойдемся. А сейчас мне надо тайм-аут взять, я тебя уже видеть не могу. Кстати, если разведемся, то потом можно и без росписи жить. Сейчас все гражданским браком обходятся и довольны.

Легко сказала, с улыбкой. Но решительно. Видно, и правда допекла ее семейная жизнь. Да и то сказать, до свадьбы с Андреем жила вольно, весело. Самостоятельный человек - проводник пассажирского вагона. Сегодня рейс в Москву, через неделю в Адлер, можно в море выкупаться, фруктов дешевых привезти. Все время в движении, всю дорогу разные лица мелькают, мужчины - и старые, и молодые - мигом стойку делают. Тем более что фигуркой и лицом бог не обидел, все при ней. 20 лет, мордашка, как у куклы Барби, волосы белые, глазищи, как звезды, в густых ресницах нарощенных.

А за Андрюху вышла, и такое началось занудство. «Сиди дома, что я тебя не прокормлю, что ли? Бросай свои поезда, знаю я, кто там ездит, это не работа для порядочной жены». От нотаций да упреков скулы сводит. Подружки твердят: да разведись ты с ним, пока детей нет. Дальше пойдешь - лучше найдешь.

В общем, решили на какое-то время расстаться. Таня так решила, если честно. Молодой муж ничего не понимал и был категорически против. Дескать, да я тебя люблю, жить без тебя не могу, пальцем никогда не тронул, и всего-то год прожили.

- Да ты не волнуйся, - сказала она ему весело. - Станем друзьями, милый. Можешь в гости забегать.

Ах, эта свадьба

Он и забежал. Буквально через месяц после расставания. Развод не состоялся, родители отговорили, но жить супруги стали раздельно. А тут как раз у подружки Танюшкиной, Сони, свадьба наметилась. И Татьяна на ту свадьбу собиралась. Так что бывший, который нарисовался на пороге, был как-то не в тему. Со своим скучным видом, скучными заботами. Постирать кое-что, вымыться в ванной (комнату Андрей снимал в деревяшке на Жилстрое, без удобств). Ну и начал на свадьбу напрашиваться, все ведь там знакомые - его и Танины. Тем более жених свидетелем был у них на свадьбе.

- А, ладно, пошли! - решила Таня. - Хоть поешь нормально и выпьешь. Там все свои.

«На свадьбе мы сидели вместе с Андреем, - сказала потом она следователю, который вел уголовное дело, возбужденное в отношении Андрея Рагозина по статье 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью). - В процессе веселья, естественно, выпивали. А когда начались танцы, я пошла танцевать с молодым человеком (он пришел со своей девушкой), и Андрей сидел за нами наблюдал. А потом мы с тем парнем пошли в подъезд покурить. Стояли на лестничной клетке между вторым и третьим этажом у окна, разговаривали. Молодой человек ухаживал за мной, делал комплименты, обнял за плечи. Потом к нам подошел мой муж и стал на меня молча смотреть. Я на него внимания не обращала, словно его и нет. Не сказав ни слова, он ушел куда-то, потом вернулся через минуты две-три и достал из рукава свитера нож».

Читаю материалы уголовного дела. «Рагозин достал нож и нанес жене удар в правый бок, причинив ей тем самым телесные повреждения». Далее идут сухие заключения экспертов о степени тяжести ранения, сведения о том, что Татьяна пролежала в больнице «Севрыба» десять дней, ей была проведена операция, лечение, за что в судебном заседании впоследствии с Андрея было взыскано более 60 тысяч рублей в пользу Мурманского городского филиала территориального фонда ОМС.

Что не вошло в материалы уголовного дела? Чисто человеческое и в данном случае очень мучительное чувство - любовь. Для Андрея она была настоящая - сначала счастливая, когда летаешь, ног под собой не чуя от радости, потом - тяжелая, отравленная обидой и ревностью, но настоящая.

Танюшка отправлялась в рейсы, и жизнь останавливалась. Поезд трогался, а он стоял на перроне и никак не мог сдвинуться с места и пойти в опустевшую без нее квартиру. Но приходил, что-то делал, когда ее уносили в дальние города весело стучащие колеса поезда, и все это было скучно, нудно и бессмысленно, как затянувшийся дурной сон. А жизнь начиналась, лишь когда она возвращалась домой.

Но объяснить ей это было невозможно. Не понимала. Как не понимала и того, что он испытывал на той свадьбе, когда сидел, как оплеванный, под недоумевающими взглядами гостей - его и Танюшкиных друзей, а его все еще жена, красивая и сияющая, танцевала с чужим парнем, глядя ему в глаза так же головокружительно и неотрывно, как совсем недавно ему, Андрею.

Кто-то из друзей знал, что они разбежались, кто-то не знал. Но и те, и другие с большим интересом и с обидным сочувствием смотрели на него. Дескать, да, лоханулся ты, братан, жена-то об тебя ноги вытирает, а ты глядишь да покуриваешь. Никогда в жизни он не ощущал себя мужиком второго сорта. Хороший специалист, на работе ценят, высокий, спортивный, работящий, все при нем. А тут словно штампик на нем поставили: «ушлепок». И кто поставил? Танюшка, жена.

- Ведь вы же помнили, что все еще состоите в браке, и все же так себя вели, - сказал на суде председательствующий Татьяне. - Неужели не понимали, что для мужчины большего унижения нет? А если бы вы оказались в его положении? Можете себе представить?

- Нет, не могу! Он всегда меня любил, еще со школы и до сих пор любит, - с гордостью сказала Татьяна.

О ножевом ранении она уже забыла, все зажило быстро и без последствий. И сказала она в том смысле, что уж она-то никогда в жизни не оказалась бы в столь унизительном положении, как незадачливый муж.

Добить. И растереть в порошок

...Мы потом сидели с судьей и говорили вот о чем. Почему наши супруги столь немилосердны друг к другу? То, что нынешние девочки, которым не сегодня-завтра замуж выходить, визжат от восторга от фильмов с боями без правил, где и ногами, и руками бойцы в момент превращают физиономии друг друга в кровавое месиво, - это одно. Боль физическую, что там ни говори, залечить и позабыть куда проще, нежели рану душевную.

В разговоре со мной судья вспомнил, как разводил несколько лет назад, когда работал в одном из небольших городков области, молодую пару. Обычная житейская и, прямо скажем, не очень красивая история. Действующие лица - муж, жена и друг мужа, который примерно за полгода до развода соблазнил эту женщину. Нимало не оправдывая ее безнравственный поступок, судья под конец процесса не мог не проникнуться к ней обычной человеческой жалостью. Произошло это, когда тот самый друг, приглашенный мужем в качестве свидетеля, в присутствии бывшей любовницы принялся живописать, как именно, на каких квартирах и при каких обстоятельствах он с ней практиковал любовные утехи. В лицах, в красках, с датами и адресами.

Процесс был открытый (ну подумаешь, развод, ведь не убийство, не изнасилование), и присутствующие в те моменты просто выдохнуть не могли - жарко стало в зале, как в бане. После очередного откровения друга семьи ответчица вскрикнула, как подстреленная, и зарыдала так отчаянно, что судья невольно прервал свидетеля.

- А вы зачем друга-то позвали сюда? - спросил у мужа-истца с изумлением.

- Как же, как же? А если бы вы мне не поверили про факт супружеской измены. И не развели бы, - парировал обиженный супруг.

- А вы... продолжаете с этим гражданином дружить? - не мог не спросить председательствующий.

- Конечно. А что такого? - удивился пока еще муж.

Женщина рыдала взахлеб, словно оплакивая свою испоганенную отныне и навеки жизнь. Что ж, ее купили и продали - не первая и не последняя. А судья смотрел на ее бывших мужчин и молчал, не зная, что сказать. Ему-то, который провел к тому времени сотни бракоразводных процессов, ситуация была вполне понятна: супруг хотел не просто расстаться, но добить. Просто не в силах был уйти, пока не увидит крови. Добить и растереть в порошок. И начал он здесь - в зале суда маленького городка, а там молва (так называемое общественное мнение) пойдет - живого места не оставит. Она в провинции прет на человека и давит его насмерть - беспощадно и слепо, как танк.

Мы в тот день долго говорили с опытным юристом о жизни и людях. И о нелюдях. О разводах, которых становится все больше, о брачующихся, которые вскоре после свадьбы неизвестно зачем начинают мучить друг друга. Выходят замуж, потому что пора, живут, потому что так принято, походя, не глядя, изменяют, ненавидят друг друга, деля при этом постель, еду, деньги и попутно рожая детей. А потом я вышла из здания суда и по дороге не смогла не позвонить Татьяне. Покоя не давали ее слова, сказанные в судебном заседании с непередаваемым самодовольством:

- Я знаю, что он до сих пор меня очень любит. Да и я пока не все чувства к нему утратила.

Так мне хотелось написать ко всей этой истории хэппи-энд. Услышать звонкий голосок Танюши, который скажет, что они наконец-то услышали и поняли, простили друг друга, и она бросила разъездную свою лихую работу, и они снова вместе.

Но ее нет дома. Любезный голос матери сообщил, что Татьяна сейчас в рейсе, по-прежнему работает проводницей. Вернулась ли к мужу? Ну что вы! К этому ненормальному? Замужем ей не понравилось.

Вот так. Миновала очередной пункт назначения. Простучали пулеметной очередью колеса, мелькнули станционные домишки и забыты навсегда. Не понравилось и незачем вспоминать. Поезд мчит вперед так, что и оглянуться некогда. Не то что задуматься.

*Имена изменены.