- Ну что, все собрались? Хорошо. То, что я скажу вам сейчас, не предназначено больше ни для чьих ушей, - грозным громким голосом сказал появившийся из темноты Чингисхан.

Когда света стало чуть больше, северяне увидели, что перед ними не великий монгол, а актер областного драматического театра Сергей Гронский в костюме персонажа из спектакля «Белое облако Чингисхана». Вот так оригинально он решил начать встречу со зрителями в рамках проекта «Без грима...».

Путешествие в чемодане

- Я проведу вас по закулисью театра, по своей привычной жизни, по Мурманску, по нашей великой стране. А чтобы вы поняли, к кому в лапы попали, расскажу и о себе, - продолжил актер. - Я родился в исчезнувшей ныне стране гражданином страны, что уже развалили...

Первая исчезнувшая страна - ГДР, вторая - СССР. Родился Гронский в семье военного в городе Виттенберг, откуда принц Гамлет приехал в свой Эльсинор. Однако прожил там недолго. В шесть месяцев его увезли в Россию. В чемодане. Точнее, в немецком кофре. Еще полгода семья прожила в Москве, а потом переехала в Саратов.

- Мы жили в маленьком военном городке, четыре дома всего, и наша квартира была средоточием всего, потому что офицеры и их жены молодые, у всех рождались дети, а моя мамочка была педиатром, - уточнил актер.

Офицеры были нужнее певцов

По воспоминаниям Сергея Гронского, вырос он в творческой семье, хоть отец и был военным:

- Мамочка, она родом из-под Винницы, была очень певучим человеком. Пела разные песни, но мне больше нравились в ее исполнении мужские арии русских опер на украинском языке. Например, ария Ленского. Я заливался от смеха. Папу помню лет с двух. Он сажал меня на колени и говорил: «Сергуня, раздуваем мехи». Дыхалка у папы была огромная! А я сидел и смеялся. Потом узнал, откуда эта страсть к пению.

Сразу после войны, в мае 1945 года, отец в звании капитана поступил в академию бронетанковых сил. Его попросили спеть в хоре, и концертмейстер, старушечка из московской консерватории, сказала: «Володя, вам нужно показаться моим педагогам». И привела его к московским мэтрам, которые, услышав капитанский голос, сказали, что его ждет мировая слава. Предложили перевестись. Отец написал заявление начальнику академии, а генерал ответил: «Капитан, сейчас офицеры нужнее, чем певцы. 10 суток домашнего ареста».

- Готовясь к первой сессии в академии, отец разучил с концертмейстером несколько арий. Помню, по субботам и воскресеньям он открывал окна и распевался, предпочитал арию Мефистофеля или Варяжского гостя. Последнюю папа исполнял на сцене Саратовского театра оперы и балета имени Чернышевского в опере «Садко». К слову, в этом театре до сих пор существует традиция: людей, хорошо подготовленных, но не из профессиональной среды, брать на небольшие партии. Кир Юдин, доцент Саратовского мединститута, пел арию Индийского гостя, а отец - Варяжского. И первый театр, который я посетил, был Саратовский театр оперы и балета. Отец привел меня на «Щелкунчика», - добавил Гронский.

Из геологов - в артисты

- После окончания школы я поступил в Саратовский государственный университет на геологический факультет. Уже на третьем курсе педагоги стали обращаться ко мне по имени-отчеству и сказали, что не стоит ездить каждое лето в партии, наоборот, нужно двигать науку. Дело в том, что я постоянно таскал на кафедру какие-то разработки. Это меня и подкосило. Летом вместо геологических разведок я оставался дома и по предложению женушки начал ходить в театр, - продолжил актер.

Сходил раз, сходил два - не впечатляло. И вдруг кто-то из знакомых, имевший вход со служебной стороны здания, провел Гронского за кулисы. Это был спектакль о временах Анны Иоановны или Елизаветы Петровны. Дамы красоты необыкновенной в юбках на кринолине, париках, мужчины чуть не в колготках, друг за другом бегают гримеры, всюду облака пудры... Без пяти минут геолога сильно заинтересовал этот удивительный мир, хотя отец говорил, что сын как мужчина должен открывать земли, как геолог - месторождения.

- Я был такой накачанный, здоровый - а тут какие-то непонятные люди. Решил узнать, что это такое, и пошел в народный театр. Оказалось, что там можно открывать что-то и в своей душе. Может быть, это намного интереснее, чем открытие нефтяного месторождения...

Сергей выучил басню, стихи, отрывок прозы и помчался в Москву. А было ему уже почти 27 лет. В нескольких учебных заведениях его послушали, сказали, что все может быть, но на обучение берут парней до 25 лет, девушек - до 23, а он старше, высшее образование уже есть. В общем, зачем ему это? Так бы и ушел, но одному из педагогов, Анатолию Александровичу Васильеву, он чем-то понравился.

- Он потащил меня из ГИТИСа в школу-студию МХАТ, но мы не поймали Аллу Покровскую. Я, совсем уже расстроенный, с глазами, полными слез, спустился на первый этаж, а там висели афиши - Ярославский и Свердловский театральные институты, Нижегородское училище, Воронежский институт искусств... Анатолий Васильев сказал: «Молодой человек, я знаю, что вы будете хорошим артистом. В любой из этих вузов вас возьмут на ура». И я помчался в провинциальный вуз - театральный факультет Саратовской государственной консерватории имени Собинова. Там не стали даже смотреть, сколько мне лет. На прослушивании решил не читать стихи или прозу, а сразу выдал арию Варяжского гостя. Во весь голос. И меня приняли, - рассказал Гронский. - Я был почти на 10 лет старше своих однокурсников. В конце обучения педагоги сказали, что сначала они думали, зачем им этот дядька, но признались, что я был их любимчиком. Преподавали у нас супруги: Георгий Петрович Банников и Римма Ивановна Белякова. «Вообще-то, ты должен идти по моим стопам, потому что у нас и фактура одинаковая, и натура. У тебя должны быть такие же роли, как у меня», - поделился со мной Георгий Петрович. И первая же моя роль в профессиональном театре была одной из ролей Банникова - Егор Черкун в «Варварах» Максима Горького.

Ближе к морю и Полярной звезде

После театрального Гронский попал в Курган, где проработал целый год. Жил в гостинице, нельзя было толком ни постирать, ни приготовить еду. Но зато за год сыграл восемь ролей: пять центральных, две первого или второго плана и один эпизод. Это было немыслимо! Кроме того, сам поставил спектакль «Память» - по своей прозе и стихам поэтов военной поры, участвовал в двух театральных телевизионных постановках. В апреле во время каждого его спектакля у ворот служебного входа стояла скорая помощь: если нужно было, в антракте его спускали на первый этаж, делали горячий укол, и он отправлялся доигрывать. Это настолько утомило, что когда театр поехал на гастроли в Вологду, Гронский умотал в Москву и увидел на актерской бирже надпись: «Мурманск». Его мечтой было жить на Крайнем Севере, как настоящий геолог. Или у моря. А тут пожалуйста - вот тебе и Баренцево море, и Полярная звезда, и полярный круг - живи не хочу. Мурманский драматический театр в те годы гремел, был третьим по эффективности после Ленкома и еще какого-то московского.

- На бирже подошел к режиссерам, которые поинтересовались, что я могу. Танцевать могу, пять вальсов знаю, пою, стихи пишу. И добавил, что мне нужна квартира, - продолжил Гронский. - Они переглянулись, ответили, что будет однокомнатная, и пригласили. И вот представьте, второго октября 1988 года приехал в Мурманск, третьего числа я был принят в труппу, а четвертого уже первый раз ступил на сцену. Одна из первых репетиций - спектакль «Дальше, дальше, дальше». Зрелые актеры играют роли, всю молодежь закатали в массовку. Мы ходили с кактусами в руках, держа их перед собой. Нормальная стезя начинающего актера. Я в последнем ряду, поскольку длинный. А там был подиум наверх. Отхожу по нему до упора, высота - метра два, внизу лежат маты. Стою на краешке, и черт меня дернул качаться на носочках. И вдруг прямо передо мной сверху падает тяжеленная рама, углом вниз. Режиссер весь побелел, орет: «Кто так крепит? Вы могли актера угробить!» А ведь она упала именно туда, где я стоял минуту назад, и этим бы углом рама упала мне на голову, если бы черт меня не дернул отойти.

Брить или не брить?

Пока актер рассказывал, цилиндр, стоящий на сцене, постепенно заполнялся бумажками с вопросами. Публику интересовали самые разные аспекты жизни Сергея Гронского. Например, попросили рассказать о первой любви.

- Актер не был бы актером, поэт - поэтом, если бы не влюблялся. Без этого невозможно. Я первый раз влюбился годика в четыре. И до сих пор помню имя этой девочки - Ирочка Лисицина, тоненькая, с прекрасными рыжими волосами. Мы были в одной группе в детском садике, и на тихий час я старался, чтобы моя раскладушка стояла рядом с ее, - ответил Гронский. - Вторая влюбленность не менее романтичная. Я пошел в первый класс и увидел девочку. Лина Карпова. Нужно же было учиться писать, и я завел отдельную тетрадку, 24 странички, и все их исписал: «Лина Карпова, Лина Карпова...». Но главное, что 19 лет назад я нашел настоящую любовь и до сих пор счастлив.

Другой вопрос удивил многих своей оригинальностью: сбривает ли когда-нибудь Сергей Гронский усы?

- Дело в том, что актеры - люди гололицые, это принципиально для театра. Не должно быть ни бороды, ни усов. Но со мной такая штука получилась: ношу усы 21 год, правда, несколько раз сбривал их, - поделился Гронский. - Был у нас в театре изумительный главный режиссер Михаил Самуилович Морейдо. Он ставил тогда «Ледяной дом», в котором я играл итальянца. Михаил Самуилович попросил меня сбрить усы, однако чуть позже, на генеральной репетиции, подозвал и сказал, что что-то не так, и велел гримерам усы наклеить. Я отрастил свои.

Следующий главный режиссер - Феликс Григорьевич Григорян, увидев Гронского на своей репетиции, также напомнил, что актеры - люди гололицые. Гронский снова побрился.

- Прошло пару дней, - продолжил актер. - Сижу в гримерке, он проходит мимо: «Простите, а вы кто? Сережа? Заболел, что ли? А-а-а, ты усы-то зачем сбрил? Вернуть на место!» Потом был Султан Назирович Абдиев. Очень тактичный человек. Готовили спектакль «Люди и мыши», он подозвал меня и сказал, что нельзя актеру иметь усы. Я предупредил, что через несколько дней он сам скажет мне вернуть их на место. «Нет, неправильно это, сбривай», - был ответ. Через день репетируем, он все присматривался ко мне, а потом сказал, чтобы отращивал усы. Вот такая история. Что усы мне прибавляют? Не знаю. Единственное, сбривал их для игры в «Коле» - у моего персонажа тоненькая шкиперская бородка, другой растительности на лице нет.