Мурманчанин Андрей Иванов преподает в Мурманском государственном педагогическом университете. А еще - пишет интересные стихи и прозу, публиковавшиеся в газете "Полярная правда" и литературном альманахе "Мурманский берег". В "Мурманском вестнике" произведения Андрея печатаются впервые.

ОТКРЫТКА

Будет новая зима,

А пока тепло - награда.

Если я схожу с ума,

Значит, это мне так надо.

Ты уедешь далеко,

Где синеет море густо.

Пусть к тебе совсем легко

Там притронется медуза.

Это будет мой привет -

Ты возьми его в ладошку,

Поцелуй чуть-чуть в ответ -

Ну, конечно, понарошку,

А потом пусти с волной,

Как со всем уже ушедшим,

И споет тебе прибой

О веселом сумасшедшем.

28 СТРОК

стучат гремят мосты разлук

разводят разжимают круг

сплетенных ног и сжатых рук

и губ в предутреннем объятье

телами закрывали мы

не пядь земли, а пядь любви

последних пять часов любви

на стуле обреченно платье

висело как пробитый флаг

подкрался незаметно враг

трамваев первых канонадой

нас оглушило бьют часы

прощаться может быть не надо

до отчужденья полосы

последний шаг дошли патрон

в железку сей дорожный ствол

уже наводится перрон

уже поплыл ты шепчешь чушь

стараясь всю лесную глушь

прижать ко лбу сквозь лед стекла

в сырую мглу летит стрела

воспоминанья тусклый блик

самоубийцы краткий крик

не получилась жизнь с листа

он передумал было но

власть разведенного моста

одно предписывает дно

и наступает пустота

В ДОРОГЕ

Тебя доверчиво встречая,

прозрачный вечер

с немой заботой иван-чая

затеплит свечи,

и ты поверишь, как Поприщин

во время оно,

что лучше нет деревни нищей

в окне вагона,

и ты поймешь: перед арестом

вот так "буржуи"

жалели родину проездом

свои - чужую.

Захочешь жить в поселке бедном,

привыкнуть к скуке,

старинный лик в окладе медном

оставить в скупке,

за то, что на обоях новых -

Алсу и Алла,

ругать ребенка бестолковым

и бесталанным,

и коль не пить, так соблазниться

бесплатной верой,

и по субботам к адвентистам-

-миссионерам

ходить выслушивать прилежно:

"Ты будешь в силе,

И Богом осиян, как прежде,

Народ-Мессия".

Скорей же, жить продажей пива

"а кто желает?"

для проходящих торопливо

начнешь, не зная,

что этот день - как поезд летний -

судьбы не больше,

продлится дольше, чем столетье,

и тронет столь же...

Железный путь тебе начерчен.

И, горе грея, - от Благовещенска до Керчи -

цветы кипрея.

* * *

Вдохните, легкие, стихи!

В природе нет пустот.

На полотенцах петухи

Остались в черный год.

Закрутит желтый лист кругом,

И сени загудят,

Вопросом синим над столом

Повиснет самосад.

Да, пили все, да, за разор

Вели беседу зло,

Так кто донес про разговор?

Где все занесено?

Занесено навек, зане

Осенняя страна

И та, что всех грустней, да не

Отговорит она.

Отговори... или отпой

Кто выдохнуть успел...

По всей Руси портретик твой,

Повешенный... пострел...