02.08.2008 / Культура

Нежный Панюшкин

Фото: Федосеев Л. Г.
В Североморске, в газете «На страже Заполярья», где многие годы работал поэт, руководитель флотского литературного объединения «Полярное сияние» Владимир Панюшкин, состоялось представление сборника «На флаг и гюйс!..» Выступает Сергей Совпель.

В июле увидела свет новая книга стихов поэта-североморца Владимира Панюшкина

«На флаг и гюйс!..». Совсем недавно в Североморске, в газете «На страже Заполярья», где многие годы работал поэт, руководитель флотского литературного объединения «Полярное сияние», состоялось представление сборника читателям.

О том, как создавали книгу, рассказал инициатор издания и один из ее редакторов - поэт и журналист Вячеслав Черкасов.

- Он находил возможность издавать книги и тогда, когда, казалось, это никому не нужно… А сам, как выяснилось, написал очень много. Рукопись мы со-брали большую, а средств было не так много. Прошло полтора года, и она наконец стала книгой…

Помогли ей увидеть свет региональные отделения Союза машиностроителей России и общероссийского движения поддержки флота.

- Люди снова хотят читать книги, - очень точно подметил, выступая на презентации, председатель общероссийского движения поддержки флота, депутат Государственной думы Михаил Ненашев. - Я слышал, в Североморске два новых книжных магазина открыли. Правда?

Получив утвердительный ответ, Михаил Петрович с восторгом заговорил о стихах Владимира Панюшкина о природе, Родине, любви.

- У меня ж просто мурашки по телу, когда читал! - признался депутат. - Вот это очень хорошо: «Пусть будут обелиски каменны, Но не сердца, но не сердца…». Вообще, когда читаешь Панюшкина, хочется быть сентиментальным.

Лариса Александровна Панюшкина, вдова поэта, вспомнила, как еще в семидесятые говорил о ее муже известный прозаик-североморец Леонид Крейн.

- «Нежный Панюшкин» - так он сказал, - говорила Лариса Александровна. - Вот этот сборник - именно такой…

Замечание очень точное. Сборник, хоть и назван бодро, по-флотски, «На флаг и гюйс!..», но основу его составили стихи вовсе не боевые, а - нежные, лиричные, негромкие. О чем бы ни писал Владимир Панюшкин, он верен этой, видимо, заданной свыше, своей тональности - созвучной мягкости, доброте. К читателю он относится бережно, с несуетным вниманием, без всяких там «нате!» и прочих резких слов, к которым мы так привыкли сегодня, - и в жизни, и в искусстве. Нельзя сказать, что все стихи нового сборника одинаково хороши, но порой читаешь и - сердце замрет, как от его «Воскрешения»:

На память, как на льдинку,

ступаю невесом,

Плыви, моя ладьинка, -

не подгоню веслом.

Путь пройденный не труден.

Ну, с Богом, не спеша…

Пусть парусом нам будет

воскресшая душа.

Дивные и опять же очень светлые строки. Это, может быть, лучшее стихотворение Панюшкина.

«Я буду нем и кроток…» - читаем дальше. Мне кажется, эти слова очень точно говорят о самом авторе, немногословном и кротком. Как о человеке мне судить о Владимире Владимировиче трудно, недостаточно хорошо его знал (встречались, но редко - уже после того, как я переехал в Мурманск - на презентациях и поэтических вечерах), но в стихах он - такой.

Я хорошо помню Североморск середины-конца восьмидесятых годов, когда литературная жизнь в городе как-то замерла, стихла. Писатели, которых здесь всегда было немало (флот ведь все-таки чрезвычайно благодатное для сочинительства жизненное пространство - страстей и конфликтов, столкновений характеров тут как соленой воды в океане), поразъехались кто куда. Поэт Борис Орлов перебрался в Петербург (сейчас, к слову, тамошнюю областную писательскую организацию возглавляет), прозаик Леонид Крейн - в Мурманск. По-прежнему жил в городе военных моряков поэт Евгений Гулидов, но он больше в ту пору не стихами, а газетой занимался - был заместителем, а потом и редактором «Североморской правды», нынешних «Североморских вестей». Возрождение началось в девяностые, когда, в значительной степени благодаря именно Владимиру Панюшкину, удалось возродить литературное объединение Северного флота при газете «На страже Заполярья» «Полярное сияние». Североморское лито - непростое, с традициями, как-никак именно здесь впервые явил свои стихи публике, начал печататься будущий русский гений Николай Рубцов.

После второго рождения «Полярного сияния» постепенно вернулась в Североморск литературная жизнь, выросли свои поэты. Что говорить, если сейчас в городе уже пять членов Союзов писателей - причем и Союза писателей России, и Союза российских писателей. Буквально накануне вечера, посвященного книге Панюшкина, увидел свет сборник произведений «Свет слова в Заполярье», в котором есть и стихи североморцев Владимира Соловьева и Михаила Зверева.

- Я когда-то подписал Панюшкину свою публикацию в нашем альманахе «Мы - земляки» словами: «Благодарю за первый шаг в большую литературу…», - вспоминал на вечере поэт, автор-исполнитель Сергей Совпель. - Про «большую литературу», может быть, взял на себя смелость, но писал от души. Действительно, с благословения Владимира Владимировича я вошел в литературный круг Североморска.

Буквально с «корабля - на бал», с поезда, успел на презентацию поэт, член Союза писателей России Владимир Соловьев. И тут же прочел новые стихи, как когда-то читал только что написанное, совсем свежее Владимиру Панюшкину.

- День сегодня радостный и немного грустный, - признался Владимир Викторович. - Но если грустить, то Володя бы нас не понял. Человека такой душевной доброты я не встречал и, видимо, не встречу. Это помимо несомненного литературного таланта.

- Владимир Владимирович - пронзительной, светлой души человек! - согласился с коллегой поэт Александр Акопянц, который также входил в редакционную коллегию сборника «На флаг и гюйс!..». - Я рад, что причастен к изданию этой книги…

Грусть, о которой сказал Соловьев, объяснима. По общему мнению, эта книга должна была увидеть свет раньше, при жизни писателя, скончавшегося четыре года назад. Но тогда не удалось. И жизнь была несколько иной, и отношение к литературе, к производству книг - тоже. Сейчас многое изменилось. Новых художественных книг, в том числе и поэтических, в нынешнем году в избытке. Сборник Владимира Панюшкина «На флаг и гюйс!..» занял в этом ряду достойное место.

Владимир ПАНЮШКИН

ВОСКРЕШЕНИЕ

На память, как на льдинку,

ступаю невесом,

Плыви, моя ладьинка, -

не подгоню веслом.

Путь пройденный не труден.

Ну, с Богом, не спеша…

Пусть парусом нам будет

воскресшая душа.

И под густой, набатный

лесов оживший гуд

пусть облака обратно

за нами поплывут.

Я буду нем и кроток -

уже совсем не тот…

За дальним поворотом

вплывем в солнцеворот.

Живой водою брызнет

луч детства. Не угас!

Все мелочное в жизни

вдруг - пеленою с глаз.

Все мелочное - где-то,

а здесь одно поёт:

я с миром - однолеток,

он - существо моё,

во мне все звезды зреют,

во мне - и рай, и ад…

Я в этот миг прозрею,

как Янко-музыкант.

КРАЙ НЕЛАСКОВЫЙ

Небо - изморось. Тучи, тучи.

Шквальный ветер - в лицо всегда.

Валуны, да гранитные кручи,

да гремящая с сопок вода.

И не ласковый он, и не нежный,

этот Богом забытый край.

Задубелый в морозе, снежный…

Вот таким его принимай.

Вот таким - пустынным,безбрежным,

Напружиненным встречь грозе.

Только видится что-то нежное

в диковатой его красе.

Только тянет ему открыться,

как на исповеди, до конца.

…Потому и летят сюда птицы,

как обретшие крылья сердца.

ПИСЬМО О СТРАННОМ СНЕ

«Завод у часиков кончился,

а ключик потеряли…»

Из письма.

Среди вороха слов колючих,

Среди мусора черствых чувств

Я нашел непонятный ключик,

Ни на что не похожий ключик, -

И отправился с ним к врачу.

- Доктор, доктор, скажите, что это?

- Это ключик, - ответил он. -

Им заводят в начале рассвета

Самый лучший на свете сон.

- Заведите, прошу вас, скорее!

- Что ж, извольте. Скоро рассвет…

Только - плата: проснетесь старее

На пятнадцать прожитых лет.

Был ответ не очень-то ясен.

Но сама потянулась рука:

- Эх, была не была… Согласен!

…Облака, облака, облака…

Я лечу… Узнаю как будто

Эти скверы, мосты, дома…

А вокруг серебрится утро,

Словно жизнь серебрится сама.

Чей-то голос послышался: «Пропуск!»

Отвечаю ему: «Двадцать два…» -

Прилетел я во сне, как в отпуске,

В дорогие мои года.

Все, как прежде.

Но что-то случилось.

Будто сдвинулась тайная дверь…

И матрешкой в матрешку

вместилось

Слово «было» в слово «теперь».

Я не сплю. Я живых живее,

Молодою душою бурлю,

И кого-то - как было - жалею,

И кого-то - как будет - люблю.

ПРОГУЛОЧНЫЙ КАТЕР

Бухта - голубая скатерть,

Ни одной волны-морщины.

И по бухте ходит катер,

Тарахтит своей машиной.

Катер маленький, прогулочный,

Чисто палуба помыта.

Пассажиры пахнут булочной

И на море смотрят сыто.

Море - вот оно, не страшное,

Можно, как щенка, погладить.

Кто о нем наплел там разное,

Будто трудно с ним поладить…

Пассажиры ходят гордые:

Что там штормы и экватор…

…Ходит на виду у города

Не видавший моря катер…

* * *

Я не устал.

Я, кажется, отстал.

Ушли друзья за горизонт куда-то,

Как корабли, которым нет возврата.

А я остался здесь, на берегу.

И в сердце, словно в сейфе, берегу

Прошедших лет листочки.

Все помнится до капельки, до точки.

А помнят ли меня ушедшие вперед?

…Давно уж писем нет.

И тишина, как лёд.

Фото: Федосеев Л. Г.
В Североморске, в газете «На страже Заполярья», где многие годы работал поэт, руководитель флотского литературного объединения «Полярное сияние» Владимир Панюшкин, состоялось представление сборника «На флаг и гюйс!..»
Дмитрий КОРЖОВ

Опубликовано: Мурманский вестник от 02.08.2008

Назад к списку новостей

Новости региона
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
65,975176,504780,539973,5615
Афиша недели
Хит из медвежьего угла
Гороскоп на сегодня