07.02.2009 / Культура

«Жесть» по-мурмански

Фото: Федосеев Л. Г.
Маргарита Конторина.

Перед премьерой у режиссера театра Северного флота Юрия Сергиенко настроение рабочее - идут последние репетиции, актеры оттачивают роли. Сегодня вечером они предложат мурманским зрителям непривычное зрелище: в репертуаре флотского театра впервые появилась антиутопия. Именно так определили постановщики жанр спектакля по пьесе Наталии Мошиной «Остров Рикоту». Автор, по театральным меркам, начинающий - за плечами всего четыре пьесы. Однако замах у Мошиной серьезный - на повестке дня у нее самые острые проблемы нашего отечества. Да и хватка нешуточная: грамотно выстроенные конфликты, непростые характеры, узнаваемые типажи из российской глубинки. Гламура и необычайных сюжетных сальто, как у модных столичных авторов, тут не встретишь - Мошина человек не московский, живет и работает в Уфе.

Жанр постановки, хоть и нов для заполярной сцены, сейчас в российском искусстве самый что ни на есть востребованный. Критики давно отмечают: антиутопии, столь популярные в середине прошлого века, вновь в активе, причем и в театре, и в кино, и в литературе. Тут и нашумевший «Обитаемый остров» Стругацких, воскрешенный Федором Бондарчуком, и жуткая «Новая земля» Александра Мельника, и уже хрестоматийная «Кысь» Татьяны Толстой, и сорокинские «День опричника» и «Сахарный Кремль», и многое-многое-многое. Художники вновь делают пугающие предсказания, предостерегая современников от «сахарных» иллюзий и простых решений сложных проблем, вновь замечают в настоящем опасные приметы социальных недугов. Докатилась эта мода и до нас? Юрий Сергиенко не рискует пока делать смелые предположения:

- Взяли пьесу, потому что она сразу легла на душу, показалась умной и интересной, неоднозначной. Сейчас говорят, что это наш ответ на финансовый кризис - уж больно много мотивов в тексте отсылают к сегодняшней политической ситуации. На самом же деле мы взялись за новый жанр в качестве эксперимента. О кризисе тогда, кстати, и слухов не было: постановка планировалась еще в октябре, потом из-за болезни актеров пришлось переносить на ноябрь, а затем еще на пару месяцев - и вот только теперь играем премьеру.

Художник-постановщик Раиса Чебатурина, как всегда, более резка в оценках:

- Пьеса действительно актуальная, в ней масса параллелей сегодняшнему дню, причем не только в стране - иной раз тут даже наш театр узнаешь!

Так что же за сюрприз приготовил зрителю дуэт Сергиенко - Чебатурина?

«Лампочка Ильича» освещает узнаваемую убогость «совковых» окраин: колченогие табуретки у грязноватого стола, покрытого липкой клеенкой, железную кровать и алюминиевую посуду. Попадая в такой, прямо скажем, не пятизвездочный интерьер, молодой столичный журналист Игорь (его роль исполняют в различных составах два Алексея - Гудин и Макаров) поначалу чувствует себя туристом-экстремалом. Нищета, грязь и под ногами, и в жизни здешних обитателей никак не вяжутся с образом счастливой коммуны трудоголиков, отгородившейся от суетного и жестокого внешнего мира. Между тем именно так описывают остров Рикоту, затерявшийся на дальневосточном краю России, о котором Игорь готовит серию очерков.

Тупое отчаяние, невежество, страшная и тяжелая работа по разделке туш морского зверя и обработке шкур, вонь от разлагающегося тюленьего жира, бабы с распухшими и красными от соли руками, мужики с залитыми водкой глазами - а вокруг море, и никого. Раз в месяц - баркас с провизией, вот и вся цивилизация. Таковы первые впечатления московского гостя. Впрочем, где наша не пропадала, он здесь всего на пару дней, поэтому можно чуть свысока рассматривать эту жизнь, выпивать для сугреву со старожилкой острова тетей Сашей (великолепная Маргарита Конторина), обдумывать заголовки для будущего очерка и поглядывать на симпатичную Анну, биолога, специалиста по здешним водорослям (Лариса Королева). Да еще улыбаться местным причудам, например, тому, что никто из жителей Рикоту вроде как не знает о существовании Москвы, Кремля и Красной площади и не верит, что вокруг есть большая страна Россия. Чудят островитяне!

И лишь когда ни через день, ни через два не приходит за Игорем баркас, журналист понимает, что «попал». Надолго. Всерьез. И что обычаи загадочного острова придется постигать на собственной шкуре. Вот тут и начинается, что называется, «жесть». Тихая Анна оборачивается подлинной хозяйкой Рикоту, властной и жесткой, а философия жителей наполняется жутковатой мистикой. При ближайшем рассмотрении Игорь понимает, сказки про «чудо-остров» не врут: его обитатели действительно по-своему счастливы. Только счастье это вселяет страх. Отгородившись от всего мира, они живут растительной жизнью, словно водоросли, удовлетворяя чисто физические потребности и не пытаясь даже взглянуть вверх, на небо, или внутрь, в себя. Они довольны собою, не подозревая о том, что бывает иначе. Их социум устойчив, закрыт и в этой изоляции непобедим.

Кстати, режиссер признается: во время репетиций не раз случались споры, исполнители расходились в оценках этого придуманного мира. Быть может, его обитатели достойны восхищения, они подлинно счастливые люди? Или всего лишь несчастные, ограниченные жертвы чужого властолюбия и собственной нищеты? Вопросы, заставлявшие актеров спорить до хрипоты, стоят и перед героем спектакля. Игорь делает свой выбор: незаметно он становится одним из островитян, заводит детей от Анны, решая «демографическую проблему» Рикоту, на бесплодной земле которого доселе никто не рождался. Каково будущее этого потомства, не знает никто.

Изоляция или открытость, самобытность или ограниченность, незамысловатое счастье или та простота, что «хуже воровства», - как угадать здесь судьбы отечества? Вопросы, которые ежеминутно принуждено решать наше общество, ставит перед театралами Мошина. И, замечу, выбор такого, безусловно, актуального материала для мурманской сцены в известной степени - новый шаг. В наших театрах давно не говорили со зрителем о судьбах современности. Удачен ли будет сегодняшний разговор и верно ли выбран язык, судить публике.

И еще одно. В необычную ткань пьесы, сюжет которой, возможно, примет не каждый, на редкость точно вкраплены пронзительные человеческие истории. Таких людей полно на просторах бескрайней страны. Услышать их голоса - значит понять себя. Такова, например, история старика Тимофеева (Николай Новодворский, Виктор Смольков), всю жизнь охранявшего от вероятного противника какой-то радар на соседнем острове, где раньше была воинская часть. Радар, который «за американцами следил», после расформирования части остался на попечении Тимофеева, а когда радар, по выражению тети Саши, «сократили», старик свихнулся. На Рикоту он все еще чувствует себя на боевом посту и «проявляет бдительность», не расставаясь с двустволкой и регулярно обходя дозором рубежи новой родины. И лишь вечером, выпив заботливо предложенного тетей Сашей самогона из алюминиевой кружки, подолгу сидит, глядя в пустоту, забыв о своей службе. Что видят его будто незрячие глаза? Остров, соседей, море? Будущее? А может быть, самого себя? Как знать, как знать...

Фото: Федосеев Л. Г.
Маргарита Конторина.
Фото: Федосеев Л. Г.
Лариса Королева.
Фото: Федосеев Л. Г.
Фото: Федосеев Л. Г.
Алексей Гудин и Ольга Цыплякова.
Фото: Федосеев Л. Г.
Фото: Федосеев Л. Г.
Фото: Федосеев Л. Г.
Татьяна БРИЦКАЯ

Опубликовано: Мурманский вестник от 07.02.2009

Назад к списку новостей

Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
62,293472,465976,340969,7942
Афиша недели
Призраки российского проката
Гороскоп на сегодня