06.04.2010 / Культура

Карельское «Дерево песен»

Эта книга стала пятнадцатым подобным изданием в моей библиотеке. Первый, самый ценный экземпляр купил еще в конце восьмидесятых в мурманском «Букинисте». То была знаменитая антология Ежова и Шамурина «От символизма до наших дней», изданная в двадцать пятом, еще с посвящениями Бухарину и Троцкому - огромная, тяжеленная, этакий фолиант ветхозаветный. Но самая любимая, пожалуй, «Страницы современной лирики», составленная в 1981-м Вадимом Кожиновым - с чудесными подборками Николая Рубцова и Владимира Соколова, Алексея Прасолова и Юрия Кузнецова, Анатолия Передреева и Станислава Куняева. И вот - новинка - антология карельской поэзии «Дерево песен».

75 поэтов двадцатого века, живших и живущих в Карелии. Каждой подборке предшествует два слова от автора-составителя - Александра Валентика. Выстроена книга не хронологически, что более привычно для подобных поэтических собраний, а по алфавиту. Участники представлены солидно - по крайней мере, тремя стихотворениями. Оно и хорошо - можно составить внятное, отчетливое представление о всем своеобычном поэтическом пространстве республики, которая прочно связана с нашим краем и географически, и литературно. Как никак ее главный город - Петрозаводск - место редакции журнала «Север», который мурманчане всегда считали родным, своим изданием. Да так ведь и было! Все романы и повести Виталия Маслова и Бориса Романова, стихи Игоря Козлова и Николая Колычева, Владимира Сорокажердьева и Виктора Тимофеева сначала публиковались в «Севере», а потом уж становились книгами. Да и один из последних редакторов «Севера» - Станислав Панкратов долгое время жил в заполярной столице, здесь вышли из печати первые его прозаические вещи.

Именно благодаря «Северу» мурманчане хорошо знают многих поэтов, чьи стихи стали значимой частью «Дерева песен». Это и многолетний редактор отдела поэзии журнала Владимир Судаков, и вепский поэт Николай Абрамов, и Дмитрий Вересов, и тот же Александр Валентик, и другие. Александр Воронин и нынешний главный редактор «Севера» Елена Пиетиляйнен совсем недавно, в минувшем феврале, принимали участие в Рубцовских чтениях в Кандалакше, Полярных Зорях и Апатитах. А еще раньше, в конце прошлого года, Пиетиляйнен была в экипаже «Поморской лодьи» - литературного фестиваля, придуманного мурманчанами. Интересно, что в этом году «Лодья» отправится в плаванье уже по карельской земле - экспедиция запланирована на первую половину сентября.

Однако, замечу, в карельской антологии больше удивили не старые знакомцы, а поэты сравнительно молодые, которых в Мурманске даже опытные библиофилы и стихолюбы либо вовсе не знают, либо знают весьма приблизительно, по отдельным стихотворениям. Это, в первую очередь, касается авторов, рожденных в шестидесятые-восьмидесятые годы. Их произведений в книге не много, но едва ли не каждый удивил и порадовал.

Одна Анна Матасова, лауреат премии Юрия Кузнецова (за публикацию в журнале «Наш современник»), чего стоит!

Мы землю зовем - чернозем,

А хлеб называем - черняшка.

Буханку берет на излом

В мозолях рука-замарашка.

Он вкусный, когда с кислецой,

С дымком на запекшейся корке,

Такой не замесишь с ленцой,

Работу взвалив на закорки.

И пот в нем, и жар, и напряг,

И песня, дрожащая зыбко,

Улыбки простых работяг,

Ответная Бога улыбка.

От Господа - хлеб и земля,

Единой присыпаны солью

Краюхи, ломотья, поля -

С кислинкой, с кровавинкой, с болью.

Покуда огонь не погас

Не будет беды-лихоманки,

Ведь даже могилы у нас -

Как черного хлеба буханки...

Стихи замечательные. И как тут не согласиться с Захаром Прилепиным, очень точно определившим как-то, что Матасова - «это... осененная ангелом русская классическая поэзия, совсем не ученическая, с пряным вкусным вкусом и запахом: знаете, как иногда, оголодав, в зимний день прикоснешься лицом к ржаным сухарикам и почувствуешь разом и жизнь, и почву, и судьбу - вот такие вот стихи...» Действительно, стихи Анны - заостренно наши, русские, прочно связанные с родной землей, с живым, горестно-сладким русским миром.

Впервые в «Дереве песен» я прочел и Алексея Жидкова, и Марину Андрееву, и Дмитрия Свинцова, и Зою Маляренко, и совсем юных Галину Смирнову, Екатерину Ольшину, Кристину Коротких. Жидков, детский врач-реаниматолог, потряс своими стихами-песнями - «Соловецкой» и «Колыбельной для волчонка». О Маляренко много слышал прежде, но подробно прочел только сейчас. Поэт трагический, настоящий. Обмолвилась как-то потерянно и безотрадно: «Жизнь моя - это форма боли».

Еще из радостей - Павел Шувалов, с которым довелось познакомиться в 2009 году, когда в Петрозаводске гостила культурно-просветительская экспедиция «На звон колоколов». Поэт чрезвычайно интересный. Его книга «Смутный май», помнится, очаровала... Юмор, ирония, которыми проникнуты лучшие шуваловские стихи, покоряют. Шувалов наблюдателен, афористичен, порой безжалостно, издевательски ироничен, в том числе и к самому себе: «Вот живу, пишу себе стишки... Чем еще занять досуг полезным?.. Похудею - свалятся очки, разжирею - в тапочки не влезу». Но бывает он и совершенно серьезным. Какой светлый и нежный получился у него «Покров»:

Воронье - под окном покалякать -

послеталось не зря вечерком -

грязь-дорога, осенняя слякоть

покрывается первым снежком.

Всем своим существом огрубелым

я приветствую близость зимы:

станет мир ослепительно белым -

и поля, и деревья, и мы…

Будто не было осени мглистой -

бесприютно чужой и твоей!

Очищающий запах смолистый

благодатно прольется с ветвей…

И не нужно - ни вздохом, ни словом -

ни на миг омрачать торжество;

в храме сумрачном, в храме суровом

да продлятся минуты его!

Неожиданностью стали стихи Яны Жемойтелите, которую я хорошо знал как редактора «Севера», читал интересную, зрелую прозу Яны, а вот стихи прочел впервые. И порадовался. Хороши! Прочное, надежное основание для ее романов и повестей.

Отдельный разговор - о Владимире Морозове, легендарном петрозаводчанине, кумире литературной Москвы конца пятидесятых, к сожалению, очень рано ушедшем из жизни. О нем говорили, как об одном из самых талантливых студентов Литинститута той поры. Покруче своих, ставших позже гораздо более известными земляков, Марата Тарасова и Роберта Рождественского. Стихов Тарасова, кстати, в новом издании вы не найдете. Причина? Она не совсем понятна, тем более из нашего, мурманского, «далека». Противоречий, споров-раздоров в литературной среде всегда в достатке. В Карелии, кстати, одних только писательских союзов четыре! О единстве, в общем, говорить не приходится.

Немножко удивило, что не нашлось на «Дереве песен» места для одного из признанных мастеров русской поэзии ХХ века - Валентина Устинова. Да, он давно живет в Москве, но начинал-то, а потом и лито руководил в Петрозаводске. И по стихам, по сути своей поэтической, ладу внутреннему он совершенный северянин. Какая чудесная у него вещь о Варлаамии Керетском!

Как бы ни было, но наших соседей можно поздравить с хорошей книгой. Поэзию Карелии она представляет очень достойно, объемно и целостно, даже несмотря на отсутствие некоторых известных авторов. У нас пока такого, равнозначного петрозаводскому, издания нет.

Даст бог, дождемся выхода из печати антологии поэзии Кольского края. К печати она готова давно, да все никак не найдут создатели денег на издание. Книжица-то немаленькая… «Отсюда начинается Россия» - так будет называться наша антология. Она побольше, чем карельская, авторов - 140, стихотворений - около четырехсот, и включает не только стихи собственно жителей нашего края, но и тех поэтов, что приезжали к нам на разный срок, как когда-то Константин Случевский, в творчестве которого Заполярье отозвалось великолепный циклом «Мурманские отголоски».

Когда вот только выйдет... Государство на книги у нас в последнее время тратиться не желает. Не нужны ему поэты.

Дмитрий КОРЖОВ.

Опубликовано: Мурманский вестник от 06.04.2010

Назад к списку новостей

Новости региона
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,433775,389077,300673,1697
Афиша недели
Вселенная комиксов
Гороскоп на сегодня