13.02.2013 / Культура

Винегрет в феврале

Мюзикл, видео и танцы в морозную ночь - все это Баренц-спектакль

Фото с сайта Баренц-спектакля.

Человек с ботинком на лысой голове молча стоял в углу коридора. Случайно наткнувшись на него, зрители вздрагивали - он был такой неподвижный, что хотелось ткнуть пальцем и проверить, не манекен ли. Впрочем, долго раздумывать на эту тему было некогда, ибо было еще на что посмотреть. Всех собравшихся, например, пересчитывали на старомодных счетах - блондинов отдельно, брюнетов тоже. Дальше - больше: со сцены запели про Сталина. Советским песням тридцатых годов, воспевающим отца народов, интеллигентно внимал принц Хокон - наследник норвежской короны, почтивший своим вниманием один из концертов Баренц-спектакля…

О Сталине с юмором

Этот винегрет в феврале - для Киркенеса дело обычное. Уже десять лет здесь проходит традиционный фестиваль, на который съезжаются артисты, музыканты, а также политики и общественные деятели, с тем чтобы поговорить об Арктике. Нынче это горячая тема - ресурсы, приграничное сотрудничество, политические договоренности привлекают к себе внимание всего мира. Недаром же в этом году на Киркенесскую конференцию прибыл посол Китайской Народной Республики в Норвегии господин Жао Юн. Говорил о том, что у Китая есть интересы здесь, и он не прочь бы был вступить в Арктический совет, да пока отказывают ему в этом желании. Китай - это серьезно, и эта тема потом не раз еще звучала в самых разных разговорах, ведущихся на Баренц-спектакле. Но о серьезном здесь принято говорить легко, смело смешивая жанры, темы и времена.

При чем здесь Сталин, спросите? Многие спрашивали, и многие так же волновались: зачем, мол, тащим мы не самый светлый момент своей истории пред королевские очи? Как-то неудобно вроде бы…

- Публика - дело такое: она сидит - слушает, потом встает - уходит. А мы музыканты и социологией не занимаемся - в том смысле, что опросы на тему «понравилось - не понравилось» не проводим, - пожал плечами Петр Айду, московский артист, под руководством которого был осуществлен этот проект. - Мы затевали все это как игру, как такой постмодернистский эксперимент, но отнюдь не как пародию на сталинский фольклор и уж тем более не как воспевание сталинизма.

Айду не в первый раз выступает на Баренц-спектакле. В прошлом году его «Оркестр без дирижера» тоже открывал фестивальную программу. Как рассказал артист, ему очень интересна эпоха двадцатых годов прошлого века, когда в искусстве кипели страсти и смело ставились самые безумные опыты. Использование шумовых инструментов, авангардная поэзия, сочетание самых странных вещей заинтересовали Айду и его друзей, и они постарались воссоздать атмосферу того времени.

- Собственно, все это потом Сталин и уничтожил, так что как про него не спеть? - говорит автор. - В истории российской музыки этот период задвинут на периферию, и когда мы начали свои изыскания, то узнали много любопытного. Захотелось рекон-струировать эпоху. А для этого нужны были не просто хорошие музыканты, но в первую очередь универсальные люди, способные на всякие смелые вещи.

Сыграем на чемодане?

И такие люди нашлись, их предложила занять в концерте Любовь Кузовникова, чей продюсерский центр «Девушки на мосту» много лет занимается организацией культурной программы Баренц-спектакля. Вместе с москвичами на сцену вышли артисты архангельских «Сполохов» и мурманский «Хор» Евгения Гомана. Игра на стульях, чемодан в качестве ударного инструмента, чтение футуристической поэзии - все это было продемонстрировано публике. Кстати, до этого - без «Сполохов» и «Хора» - ту же программу показывали несколько раз в Москве и единожды на фестивале во французском Лионе. Так что киркенесский концерт стал уникальным - ведь в таком составе артисты вряд ли еще соберутся. Впрочем, музыканты остались вполне довольны совместной работой, а от Баренц-спектакля можно ждать всего. Так что, как знать?

Сочетание несочетаемого здесь сделали своим кредо. Как сказал один из зрителей, случайно заметив в сугробе на окраине городка дохлую ворону: «Это уже перформанс?» Тут никогда не знаешь точного ответа на этот вопрос. А он у зрителей, особенно наших соотечественников, возникает часто. Мы-то привыкли несколько к другим впечатлениям от встречи с искусством: для нас культура - когда богато и красиво. К примеру, танцовщик Владимир Варнава приезжал в Мурманск с гастролями Петрозаводского музыкального театра, танцевал классические партии в прекрасных костюмах и полновесных декорациях. Побыв немного звездой петрозаводской сцены, он решил податься во фриланс, уехал в Питер и нынче сотрудничает с самыми разными хореографами и труппами по всему миру. А в Киркенесе он выступал на уличной сцене.

Пока не вышел на нее, ничем не отличался от зрителей: шапка, перчатки, куртка. За спиной у него и еще одного танцора, Владимира Дорохина, на полупрозрачных экранах переливались видеоинсталляции - цветные пятна пополам с кадрами убегающей вдаль дороги. На дворе, не удержусь от комментария, лютовал мороз за минус двадцать. В снегу у сцены горели свечи. Довольно инфернально, тем более и музыка подходящая - задумчивая, неторопкая такая. Простым «понравилось - не понравилось» здесь оперировать бессмысленно…

Этот проект его создатели, немецкий арт-дуэт Спрингер - Паркер, назвали «Финнмаркские дневники». Дуэт путешествовал по Северной Норвегии, побывал во многих дальних и диких уголках, а впечатления выразил в музыке и видео. О нем, и в особенности о танцовщиках, весьма положительно отозвалась еще одна участница Баренц-спектакля - Мэйда Визерс. Ее считают иконой современной танцевальной сцены Вашингтона и человеком, который своим творчеством формировал принципы нынешней хореографии. Она сказала, что видит в парнях правильную энергетику, и посоветовала им участвовать в большем числе новых проектов, в том числе рассказала об одном, в котором сама непосредственно задействована. Он развивается в США и собирает талантливых молодых танцоров из разных стран.

Захватчица офисов

Мэйда и сама выступала на Баренц-спектакле с отдельной часовой интерактивной программой. В этом не было бы ничего экстремального, если бы не возраст танцовщицы - ей под восемьдесят. Она танцевала за большим окном-витриной одного из офисов Киркенеса, а зрители располагались по другую сторону стекла, на улице. Там же, на улице, стоял микрофон, в который каждый желающий мог задать свой вопрос Мэйде. Ответ состоял и в пластике, и в собственно общении со зрителями. Зрелище было сильным: возраст свой Мэйда и не думала скрывать никакими артистическими приемами. Открытый костюм, тяжелые ботинки, резкие жесты, белоснежно-седые волосы. «Я ищу себе прибежища и здесь, и там, но меня прогоняют отовсюду! Я говорю - у меня есть деньги, я могу заплатить, но меня нигде не принимают! Я боюсь смерти - боюсь потерять свои идеи, своих детей, саму себя!» - выкрикивала эта женщина за стеклом, то распластываясь на нем, то падая и сворачиваясь в клубок.

В этом было что-то от древних колдуний, заклинающих враждебные стихии. Хотя сама создательница объясняет смысл действа по-другому. Она считает свой танец высказыванием по поводу Оккупай-движения, охватившего весь мир. Народы бунтуют, люди протестуют против сложившегося порядка вещей, а Мэйда захватывает скучные офисы, чтобы принести туда частицу жизни и свободы.

- Это процесс, - объяснила танцовщица идею своего проекта, - у него нет конечного результата в данной конкретной точке. Он длится как жизнь и заставляет нас думать.

Актеры театра «Самовар» из Киркенеса тоже предложили подумать - о том, кто и как проводит границы между людьми. В их спектакле «Арктические голоса» злобная парочка в военных мундирах прокладывала границы прямо по сцене, с помощью желтого скотча. И вот три товарища - русский, финн и норвежка - уже покорно разведены в разные углы и, хуже того, палят в друг друга из того, что под руку попалось.

«Самовар» всегда использует самые современные способы, чтобы сделать свои шоу интерактивными, - это обычно видео- и световые инсталляции, танец, музыка. Но в этот раз актеры вышли к зрителю в буквальном смысле слова - пошли по рядам, раздавая фотоальбомы. А в них - старые фото, Киркенес 20 - 30-х годов и далее, до наших дней. Совершенно семейная хроника - «Вот моя мама», - комментирует директор театра Бенте Андерсен. Дальше больше: зрителей пригласили на сцену, пройтись «паровозиком» поверх дурацкого скотча, поверх границ. Разумеется, в финале скотч безжалостно отодрали от сцены. Мир без границ восторжествовал - ну надо же с чего-то начинать, так можно начать и с театральной сцены.

Приграничное «безграничье» торжествовало и в фильме-мюзикле, снятом арт-группой «Что делать» специально для Баренц-спектакля. Таня из Никеля, Ола - ее норвежский муж. Любовная лодка не бьется о быт, хотя именно бытовые различия осложняют жизнь паре. Помогает юмор и желание быть вместе.

Еще дальше за линию границ шагнул ансамбль «Даха-Браха» - трое девушек и парень прибыли из Киева и разбавили северный колорит южной энергетикой. Заводные украинские песни на удивление органично легли на ритмы африканских барабанов. Ребята ездят в настоящие фольклорные экспедиции, собирая в дальних украинских деревнях идеи для своего репертуара, а свое творчество называют «этнической музыкой будущего».

Смешивать несмешиваемое и сочетать несочетаемое устроители Баренц-спектакля считают своей задачей. Ее ставит сама жизнь - наш хаотичный мир, в котором Китай считает себя арктической державой, а интернациональные семьи по обе стороны российско-норвежской границы давно уже никого не удивляют. «Твой мир - твои правила», - кричит нам рекламный слоган с телеэкрана. Установить свои правила на сцене вполне реально, и это всегда интересно - заставляет расширить собственные горизонты и взглянуть на мир иначе.

Фото:
Мэйда Визерс. Фото с сайта Баренц-спектакля.
Фото:
Песням о Сталине аккомпанировали на бутылках. Фото с сайта Баренц-спектакля.
Юлия МАКШЕЕВА, Киркенес - Мурманск

Опубликовано: Мурманский вестник от 13.02.2013

Назад к списку новостей

Новости региона
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,745475,776176,981773,6525
Афиша недели
Вселенная комиксов
Гороскоп на сегодня