20.07.2013 / Культура

Исцелит врачевальная песня

Легендарный ансамбль «Рустави» готов дать концерт в Мурманске

Годердзи Джанелидзе.

«Давайте по-русски»

Моя Грузия началась там, где для немалой части россиян она закончилась, в точке невозврата - Цхинвали. Точнее, по дороге к нему: Кехви, Курта, Ачабети, Тамарашени, Эредви, Ванати, Авневи - только указатели на трассе свидетельствовали, что три года тому назад здесь были грузинские села. Остались редкие часовни да фруктовые сады, томящиеся под гнетом обильного урожая, который некому собирать. Нет, здесь не было боевых действий - с лица земли села стерли победители-осетины после ухода побежденных. Хотя какие там победители: перекопанный и умирающий от жажды Цхинвали выглядел как город после капитуляции, а те, чьи дома разрушила война, все так же ютились у знакомых. Там царила ненависть. К грузинам - с ними жили бок о бок и вели извечный спор. И - что греха таить - к русским - тех с плакатов называли освободителями а в продуктовых лавках бросали: «Оккупанты».

Тогда казалось, соседей, с которыми триста лет были братьями, мы потеряли навсегда: разрыв дипломатических отношений, черная метка в загранпаспорте - посетившим «оккупированные территории» в Грузию въезд закрыт. И унизительный шмон на российской границе: не везешь ли грузинские мандарины, чай, не говоря уж о «Боржоми».

Словно села вдоль Транскама, которые при мне ровнял с землей бульдозер, стирали общую память. Багратион, глядящий со страниц учебника, 30 лет хранившая верность погибшему Грибоедову княжна Чавчавадзе, музыка, терпкий и сладостный язык...

Потому, наверное, встретив их, я автоматически заговорила по-английски. И услышала в ответ мягкое: «Давайте по-русски».

Легендарный академический ансамбль «Рустави». Когда-то он собирал толпы поклонников на концертах в российских залах. Теперь же услышать его «живьем» удалось только в небольшом городке Фёрде, на западе Норвегии, куда вокальная группа коллектива приехала на музыкальный фестиваль.

Безбожно талантливые

- Стал немножко забывать русские слова, - говорит Годердзи Джанелидзе. Несколько лет, что наши государства, мягко скажем, не дружили, сказались на словарном запасе, практика в дефиците. И теперь тбилисские подростки значительно лучше владеют английским. Впрочем, двадцативосьмилетний Годе, как и его коллеги постарше, демонстрируют образцовый русский:

- Наши народы всегда рядом были. Это политики ссорятся, у них амбиции. А мы все равно будем дружно жить. У вас уже «Боржоми» разрешили, вино разрешили - потихоньку все наладится.

И то правда, как без вина? Какой год тосковала по нему, тайком привозя раз за лето по контрабандной бутылочке с Украины, где запретов на «Саперави» или «Кахетинское» не было.

- Вина можно не больше трех бокалов в день пить, - строго прерывает мои грезы Годе. - Иначе вредно! Можно на завтрак, обед и ужин по одному - и все!

Собственно говоря, моим собеседникам и этого почти нельзя, а на крепкое спиртное вовсе запрет, как, естественно, и на курение. Голоса нужно беречь.

Легендарный Анзор Эркомаишвили, создатель и бессменный руководитель «Рустави» (ансамблю исполнилось 45 лет), уверяет: вовсе не суров со своими подопечными.

- Я совсем не строгий, просто они мягкие. Едва моргну - подчиняются. Мы подбираем певцов не только по голосу, но и по характеру. У каждого свой - и каждый, соответственно, занимает свое место в ансамбле. Это как семья, а они - дети. И эти дети у меня безбожно талантливые!

Конкурс в коллектив бешеный, если по каким-либо причинам появляется вакансия, консерваторские мальчики в очередь выстраиваются. Но консерватории тут мало.

- Она ничего не дает в народной музыке, - утверждает Анзор Давидович. - Самое главное должны получить в семье. В «Рустави» есть выходцы из всех уголков Грузии, каждый приносит аромат и характер своей местности. У нас ведь в разных краях полифония, гармония - все разное. И каждый солист исполняет песни именно своего района. Потому что они в крови!

Сколько певцов, столько песен

Род Анзора поет уже 300 лет, он сам - седьмое поколение певцов. И не просто певцов, а собирателей и хранителей песен.

- Я помню прадеда, который скончался в 107 лет, он учил меня, - ведет рассказ собеседник. - Мне было семь лет, когда он умирал. Было три часа ночи, мы с бабушкой сидели подле, он уже не двигался. И вдруг заговорил, как будто был совсем здоров, с выразительной жестикуляцией. Звал певцов - членов своего ансамбля. Того самого, который первым в 1907 году в Тбилиси записал 50 грузинских песен на грампластинки. Записывала лондонская фирма «Граммофон», потом у нас продавали и пластинки, и английские граммофоны. А прадеду такой подарили в благодарность за запись. И он до сих пор у меня дома хранится. Так вот когда пришли все певцы, он каждого приветствовал, а потом со всеми пел. И лишь последнюю песню не смог завершить. И бабушка поняла, что это конец.

Грузия все такая же поющая страна - об этом в один голос говорят в «Рустави». Семьи многих участников коллектива могут похвастаться особой вокальной историей. В том, что наследие предков не утрачено, огромная заслуга самого ансамбля, записавшего на пластинки и диски больше 750 песен, а многие вовсе воскресившего из небытия.

- Мы изучаем старые записи, столетней примерно давности, - поясняет Анзор Эркомаишвили. - Я объездил все страны, где сохранились таковые. Находил их в красногорском центральном архиве звукозаписей, который ныне переведен в Москву, в Ленинграде, Риге, больше пятисот обнаружил в лондонском архиве, а в парижском сохранились не только народные песни, но и голоса грузинских оперных певцов того времени. В основном все это оригиналы, первые экземпляры записей, с них потом велось тиражирование. В Москве я находил даже медные пластинки, которые удачно реставрировали.

Песни в исполнении «Рустави» звучат аутентично, маэстро утверждает, что по крайней мере за столетие они практически не изменились, как и язык. Впрочем, грузинские мелодии импровизационные, и каждое исполнение в известной степени неповторимо.

- Когда я спросил у деда, сколько вариантов у моей любимой песни, тот ответил: «Сколько хороших певцов, столько и вариантов», - улыбается Анзор Давидович. - Да что там - один солист никогда дважды одинаково не споет.

Репетирует «Рустави» - и непосредственно вокалисты, и балет (в общей сложности ансамбль - это 70 человек) - ежедневно. Хоровая группа занимается каждое утро по три часа. Признаться, я полагала, что по утрам связки «спят», но здесь секрет в том, что репетиции проходят вполголоса. И лишь когда вещь отточена, руководитель разрешает «прибавить громкости».

Что любопытно, поют грузинскую полифонию не только на ее родине: Анзор Эркомаишвили несколько лет назад обучал этому искусству американский и даже японский хоры. Говорит, пели сносно, но «не как грузины».

- Этому не научить - с этим родиться нужно, - уверяет он.

Джем в бассейне, завтрак на крыше

Руководитель ансамбля делится: после трагической потери прошлой весной одного из солистов пришлось брать сразу двоих ребят, так как у погибшего в автокатастрофе певца был особенный голос, который позволял ему исполнять мелодии разных уголков страны.

- Восточная и Западная Грузия поют совершенно по-разному! На востоке песня монодическая, с протяжными басами, а на западе развитая полифония, - поясняет Анзор Давидович. - Вы знаете, Стравинский называл грузинскую полифонию лучшим, что он слышал на свете. И писал, что она дает гораздо больше, чем все приобретения современной ему музыки. И музыковеды мира пришли к выводу, что не мы заимствовали полифоническое пение в Европе, как утверждалось раньше, а наоборот - у нас оно самое древнее! В 2001 году грузинское многоголосие было признано ЮНЕСКО шедевром мировой нематериальной культуры. А двадцатью с лишним годами раньше американцы послали запись нашего исполнения в космос. Вместе с музыкой Бетховена, Моцарта, Баха.

Грузия - особая цивилизация, уверяет Анзор, и, беседуя с ним, с радостью в это веришь. Как только они приехали, гостиница наполнилась пением. Вначале слышался напев, затем появлялись они - статные, непременно в чохах, которые нам привычнее называть черкесками, с кинжалами на поясе.

Да что там, они пели даже в бассейне, где участники фестиваля отдыхали между концертами. Ну хоть там «Рустави» оказались без костюмов! Уловив мелодию, бултыхавшиеся по соседству «сильно загорелые» ребята из Сенегала принялись выстукивать ритм ладонями по воде. Полная интернациональная гармония. Вокалисты, впрочем, периодически прерывались, чтобы продемонстрировать прибывавшей дамской публике пару сальто... И, разумеется, срывали аплодисменты. Одно слово - грузины.

На «Фёрде фестиваль» «Рустави» приезжает не впервые, но находит, чем удивить публику, съехавшуюся со всего мира. Первый концерт дали в полночь в местной кирхе. Струи проливного дождя за деревянными стенами обрушивались на городок, а в полумраке алтаря пели покойно и сладостно.

К слову, грузинские церковные песнопения отличаются от музыки других православных церквей мира. И в их сохранности тоже заслуга рода Эркомаишвили. Дед Анзора был лучшим знатоком церковного пения Грузии, знал наизусть более двух тысяч произведений. Скрывал это в годы борьбы с религией. А в шестидесятые, перед смертью, решился записать. Вот только петь церковную полифонию было уже не с кем: Эркомаишвили-старший остался к тому времени единственным знатоком. И все же сумел перенести на магнитофонную пленку хоть малую часть того, что берег в памяти.

- Он пел вначале первый голос. Потом включал запись и в паре с самим собой выводил второй. Потом третий. Так успел записать 108 песнопений, - говорит Анзор Давидович.

Второй норвежский концерт состоялся в умытом ливнем городке ранним утром. Слушателей ждали под открытым небом, на крыше местной картинной галереи, а выступление превратили в завтрак, усадив рядом за столы артистов и гостей. Плескалось в бокалах вино, алели цветы, угощали свежими овощами и горячими лепешками. И звучали тосты. Ах, как произносил их тенор Мераб Самкурашвили, красавец и умница! После - пели. С достоинством, с удовольствием - словно и правда часть этой цивилизации под названием Сакартвело, как грузины называют свою родину, воцарилась здесь, на самом севере Европы.

Не катастрофа, а путь

Как живется в Грузии сейчас, после войны, громкого развода с Россией, увядающего романа с Америкой?

- После распада СССР было трудно, как и всем, после войны стало еще труднее, - признает Анзор Давидович. - Но я имею в виду сугубо экономику. Могу сказать, что сейчас у нас очень строго стало с исполнением законов. Воровства нет вовсе. Можешь машину оставить открытой и уйти, можешь ночью гулять по городу. Как здесь, в Норвегии, - он с улыбкой указывает на оставленную на виду кем-то из фотокоров камеру. - Никто не возьмет.

- На Саакашвили мы действительно возлагали огромные надежды в начале его правления, - вспоминает Годердзи Джанелидзе. - И первые его решения были весьма разумны. Это касается и наведения порядка, и реформы полиции, которой мы без преувеличения гордимся. Была строжайшая переэкзаменовка, теперь это образцовая структура. Но власть развращает. Что касается военного конфликта 2008 года, тут, стоит признать, обе стороны «хороши».

Оставленный в руинах после той войны Цхинвали для Годе особая боль - он оттуда родом. Там был дедовский дом. Уехали еще в первую войну, в начале девяностых. И молодой человек по опыту знает, как невозвратно потерянное, как трудно залечивается рана.

- Мы, грузины, долго не терпим: не хорош стал Саакашвили - поменяли власть, - объясняет Джанелидзе. - Это нормально, в порядке вещей, демократия. Иванишвили (новый премьер-министр, представитель большого бизнеса, 153-й в списке богатейших людей мира, по версии «Форбс». - Прим. авт.) сейчас многим нравится, у нас все знают друг друга, так вот у него репутация порядочного человека. И любящего страну. Пример: он подарил Тбилиси стадион. Саакашвили его продал. Иванишвили выкупил - и вновь подарил Грузии. Но если и он разочарует - что ж, будет еще одна смена власти. Это не катастрофа, это путь.

В один голос они говорят о том, как противоестественны раздоры между грузинами и русскими. Вспоминают, каким восторгом публики запомнились им недавние - после десятилетнего перерыва - концерты в России. И сами, чувствуется, с удовольствием говорят по-русски.

- Если вернется постоянное общение, легко вспомнится и язык, - уверен Годердзи. - А оно будет. Нам воевать грешно.

Закройте глаза - и увидите

- А в Мурманск приедете?

- Конечно, приедем, приглашайте, - в один голос откликаются собеседники. Анзор Давидович помнит, как привозил «Рустави» в наши края двадцать лет назад. Теплый прием, отличная публика - они очень хотят приехать вновь. И уже этой осенью готовы оказаться у нас - хоть в полном составе, хоть вокальной группой. «Рустави» редко выступает с микрофонами - руководитель презрительно называет их «химией», предпочитает живой звук.

- На днях в Китай, потом в Швейцарию, - перечисляет Годердзи Джанелидзе. - В прошлом году выступали в Москве - в «Крокус сити холле», и в Петербурге - в «Октябрьском».

Годе - обладатель редкого голоса, его бархатный, мягкий бас прежде звучал в Тбилисской опере. Анзор поясняет: репертуар ансамбля всегда выстраивается вокруг солистов:

- У нас каждый вокалист хорош, но бывает, свет такой озаряет, звезда появляется! Звездой «Рустави» до восьмидесятых годов был Гамлет Гонашвили, лучший певец Грузии всех времен. Про его пение говорили: закройте глаза, и вы увидите все цвета мира.

Звезды, небо, море - в их упоительных песнях и впрямь слышится это. Так что даже излишне уточнять, о чем они.

- О любви, - мягко подсказывает Годе. - Но есть и «рабочие песни», которые сопровождали, например, сбор винограда...

Их музыка, как и они сами, излучает такое солнечное обаяние, такую любовь к жизни, что лечит любую тоску. Но к вопросу о лекарствах, есть в репертуаре «Рустави» и нечто совершенно особенное - врачевальные песни. Их издревле поют отцы приболевшим детям.

- Когда мне было года четыре, я тяжело заболел, температура была за сорок, бредил, - напоследок рассказывает Анзор Эркомаишвили. - Помню, бабушка уложила меня в комнате, которую сплошь уставила красными цветами. Зажгла свечи. Пришли отец, дед и прадед и, наигрывая на чонгури, запели врачевальную песню. Так сладко пели! И я уснул. Во сне видел, будто стою на горе, а вокруг барашки. И сверху спускается какой-то старик в белых одеждах - я узнал своего деда, пригрозил он палочкой и разогнал всех овечек, которые меня напугали. И проснулся я здоровым.

...Провожая «Рустави», отчего-то вспомнила: прекрасный петербургский художник Саша Флоренский рассказывал, как накануне восьмидневной войны оказался в Тбилиси - приехал на пленэр к другу-живописцу Михаилу Шенгелии. Когда полетели тревожные сводки, грузинская мама запретила бородатым «мальчикам» выходить на улицу - того гляди русские танки придут. Пришлось рисовать то, что было под рукой. Так у Саши появилась серия «Стратегические запасы семьи Шенгелия» Натюрморты запечатлели тушенку, груши, арбузы, баклажаны, пачку папирос... Грузинский и русский художники держали осаду от внешнего мира, дурных новостей, телевизионной пропаганды - и рисовали. И потом, когда все миновало, были выставки. И в России, и в Грузии.

Едва вновь открыли перелеты через русско-грузинскую границу (теперь уже и визы отменили), главными пассажирами лайнеров в оба направления стали не отдыхающие, стосковавшиеся по черноморским курортам, а в первую очередь артисты. Помните, только в этом году в Мурманске пели Тамара Гвердцители и Нино Катамадзе... Аншлаги, море цветов, очереди за «лишним билетиком». А Юрий Башмет после Цхинвали дал концерты в Тбилиси. Мы соскучились. Они тоже. И может быть, нам всем - и русским, и грузинам - нужна настоящая врачевальная песня. А пока она звучит, забываются все обиды, и уходит жар противостояния. Мы тоскуем друг без друга. Потому что это - любовь.

Фото:
Фото:
Анзор Эркомаишвили.
Татьяна БРИЦКАЯ, Фёрде-Мурманск.

Опубликовано: Мурманский вестник от 20.07.2013

Назад к списку новостей

Еще по теме

Это - наши острова!
В Мурманской областной научной библиотеке прошла презентация сразу двух книг, напрямую связанных с такой далекой от нас Японией
Поедем - поедим, на сейды поглядим...
Накануне холодных новогодних каникул региональным комитетом по культуре и искусству совместно с отделом развития туризма была представлена культурная программа для гостей Кольского Севера

Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,875776,184879,000772,9161
Афиша недели
По следам Роу и Электроника
Гороскоп на сегодня