29.10.2015 / Культура

«Скажут с улыбкой: храбрый шут!»

Фото: Фото из архива

Недавно поездом возвращалась из Вологды. Вспоминался «Лес» Островского. Помните, там Счастливцев с Несчастливцевым ходят-бродят в поисках актерского пристанища из Вологды в Керчь, да и обратно - из Керчи в Вологду. Комедию эту в недавнем прошлом разыгрывали в театре Северного флота. Комика Счастливцева играл артист Николай Новодворский.

Роль замечательная! Была она выстроена режиссером Юзефом Фекетой с немалой долей риска, на грани фола, что называется. Шаг вправо, шаг влево - неминуема эстетическая промашка: пошлость, а то и вовсе скабрезность. Но опытный комедийный актер так филигранно обошел все узкие места, что нельзя было не насладиться его творческой раскованностью - высшим пилотажем исполнительского мастерства.

От воспоминаний о «Лесе» отвлек очень знакомый голос: проводник нашего вагона разговаривал с интонациями все того же… Счастливцева, то есть актера Новодворского. Да и внешне смахивал на Николая Ивановича: эдакая народно-интеллигентская моложавость, предупредительная пластика движений. То ли проводник этот был артистичен, то ли Николай Новодворский демократичен... А может, это и есть та подлинность искусства, когда артисту удается в образе воплотить истинно народное, житейское? Когда художественное и человеческое сливаются воедино? Он один из нас. Такие ездят в троллейбусах, ходят в магазин, посещают библиотеки и выставки. К нему испытываешь особый род зрительского доверия.

Николай Иванович Новодворский родом из крохотной деревеньки под Кемерово. По жизни его вела мечта стать настоящим артистом. Поступил в Красноярское театральное училище, но забрали в армию. Там освоил работу бухгалтера. Мог бы преспокойно всю жизнь проходить в нарукавниках, со счетами, но вернулся в училище. Потом, как водится, помаялся по театрам: Канск, Пермь… Собрался в Кокчетав, багаж уж собрал, а тут, как в картах, перемена участи. Мурманскому театру Северного флота срочно потребовался Пастушок в первом спектакле Юзефа Фекеты «Свалка». Внешность молодого Николая для этой роли очень подходила. Уговаривать его вербовщикам на бирже долго не пришлось. И багаж изменил направление: из Кокчетава в Мурманск.

Приехал на Север в сентябре 1989 года. Проникся красотой рябиновых аллей, теплыми еще закатными вечерами на проспекте Ленина. Понравился и театр. Труппа сплоченная, много настоящих, преданных сцене профессионалов, ищущий и требовательный главреж. Новодворский остался и вот уж четверть века служит во флотском театре. Послужной список богатый, более сорока ролей. Большей частью яркие, запоминающиеся эпизоды.

Один Пуговичник из «Пер Гюнта» чего стоит: дрожь пробирает от встречи с таким полумистическим персонажем. Из последних работ, безусловно, запоминается Еврей-покупатель в драме «Элькино золото». Как любовно этот старый больной человек притрагивается к каждой выцветшей старинной вещице в магазине: за скупым жестом угадывается судьба. Вот такая лампа горела в его доме, когда он был совсем маленьким; вот на такой кушетке он сиживал, болтая ногами, мальчиком… Но жизнь прожита, и прошлое лишь сон.

Что бы ни играл Новодворский, это всегда попадало «в яблочко», становилось маленьким актерским шедевром. Спектакль в целом мог вызывать и сопротивление, но то, что исполнялось «королем эпизода», заслуживало, на мой взгляд, лишь комплиментов. «Новодворский - воск. Работать с ним легко. Он абсолютно четко выполняет все поставленные задачи», - не раз объяснял мне секрет сценического успеха артиста Юзеф Фекета.

Рано или поздно судьба делает новый поворот. А что-то в ней приходит к завершению. Нынешний сезон театр Северного флота проведет без Николая Новодворского. Судьба диктует свой маршрут: с Севера - в Сибирь, домой. Как знать, может быть, артист еще доиграет свое в сибирских театрах? Во всяком случае, хочется от души пожелать ему этого: заслуженный отдых подождет!

Но не мог Николай Иванович уехать «по-английски». В день 80-летия флотского театра - 29 октября он попрощается с труппой, поклонниками, критиками.

Артисту важно доиграть все уготованные ему талантом роли. А мне важно досказать вслед уходящему поезду: спасибо за художественную дерзость вашей, Николай Иванович, последней большой (что бывало редко - главной!) роли. В спектакле по пьесе С. Белова «Мамуля» Николай Иванович играет горе-авантюриста, ради денежного вознаграждения взявшего на себя роль… мамаши хозяйки дома, которую он еще недавно пытался обвести вокруг пальца. Интрига спектакля более чем запутанная, артисту приходится почти ежесекундно держать во внимании два, а то и три плана действия.

Комедия положений смешна для зрителей, но коварна для исполнителей. Николай Новодворский в роли искателя приключений удивительно легок, изобретателен и отчасти лирически печален. Его персонаж в «Мамуле» тоже артист, для которого перевоплотиться - пара пустяков. Но каждая принятая на себя роль - это и чья-то чужая судьба. Присвоенные на вечерок чужие чувства, мысли, откровения, даже болезни становятся и твоей «шкуркой», твоей болью. Труден лицедейский хлеб! Но все возможно, когда «публика ждет».

Не знаю, любит ли Николай Новодворский арию Мистера Икса из знаменитой оперетты. Но ради неизбежной при прощании сентиментальности хотелось бы проводить его именно этой мелодией. Каждый артист - это Маска. Узнаваемы лицо, интонации, жесты. Безупречны сыгранные роли. Привычно имя в программках и на афише. Казалось бы, весь на виду, смешной, трогательный и серьезный. А ведь, если подумать, - тайна.

Людмила ИВАНОВА, театральный обозреватель

Опубликовано: Мурманский вестник от 29.10.2015

Назад к списку новостей

Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,875776,184879,000772,9161
Афиша недели
По следам Роу и Электроника
Гороскоп на сегодня