Планы его создания еще не успели обрести четкие очертания, но сама идея уже натолкнулась на яростное сопротивление местного населения. Жители сел Кузомень, Чапома, Чаваньга собирают подписи против появления нацпарка и пишут петиции в региональное правительство и приемную президента. На днях с ними встретились руководитель Баренцотделения Всемирного фонда дикой природы Олег Суткайтис, начальник профильного отдела министерства природных ресурсов и экологии Елена Кочкуркина, и. о. директора Дирекции ООПТ Мурманской области Виктор Петров.

«Нам и так нравится!»

- Мы приехали для того, чтобы услышать ваше мнение, ответить на вопросы, разъяснить порядок, процедуру создания нацпарка, - сразу обозначила цель встречи Елена Кочкуркина. В небольшом зале сельского Дома культуры собралось около сотни человек, пожалуй, большая часть жителей Кузомени, Чапомы и Чаваньги. Приехали люди и из Умбы. Ничего удивительного, вопрос создания нацпарка насущен для любого жителя Терского района. Сторонников у этой идеи среди местного населения, похоже, мало. Майские письма в правительство области из Чаваньги, Чапомы, Тетрина содержат шесть десятков подписей, сентябрьскую петицию на федеральный уровень из Кузомени поддержали 93 человека.

Люди опасаются, что нацпарк существенно ограничит их в хозяйствовании и свободе передвижения, нарушит обычный уклад жизни. Национальный парк связан в восприятии северян с неким суровым дядей, который запрет их в резервацию, будет запрещать и не пущать, а также брать деньги за все подряд - за проезд к деревням, за выход в лес, к реке и так далее. «Мы перестанем быть хозяевами на своей земле, жизнь здесь замрет, все будет только для туристов» - примерно так можно обозначить высказанные весьма эмоционально опасения местных жителей.

- Не нужен нам ваш нацпарк. Можно, чтоб его не было? - категорично заявляли на встрече люди.

Градус обсуждения, как легко догадаться, зашкаливал, что, видимо, провоцировало собравшихся порой на откровенно иррациональные высказывания:

- Зачем наши пески рекультивировать? Мы их любим, нам и так нравится!

- Теперь у нас нет будущего! Я хотела учиться на фельдшера, чтобы работать здесь в ФАПе, а теперь никакого ФАПа нам не будет, это же понятно!

- Вы же сами сказали на предыдущей встрече, что жителям Чапомы и Чаваньги, может, придется по девять тысяч за проезд к своим деревням через нацпарк платить!

И это только некоторые из высказываний. Впрочем, начнем с истории вопроса.

Залезли в рыбий роддом

Как напомнил Виктор Петров, первый раз о создании нацпарка заговорили в 90-е годы прошлого века. Именно тогда стало очевидно, как сокращается поголовье семги. Парк проектировали на протяжении примерно пяти лет, но до воплощения идеи дело не дошло. В самом проекте были ошибки, допустим, на заповедной территории предполагалось вести промышленную заготовку леса. У жителей возникли вопросы, на которые не было ответов, ведь законодательство еще толком не разработали. Правительство области согласилось с этим, тем более что ситуация с поголовьем семги не была настолько катастрофической, как сейчас.

Ключевая проблема, ради решения которой стоит создавать нацпарк, - сохранение семги. Да, есть региональный рыбохозяйственный заказник «Варзугский», но он не справляется с этой задачей: денег мало, инспекторов тоже... В 2007 и 2009 годах к вопросу способа охраны возвращались, обсуждали разные варианты. В частности, рыбохозяйственные заповедные зоны, как раз появилось такое понятие.

- Мы предполагали, что под это можно будет выбить ставки рыбинспекторов, и хотели заменить заказник такой зоной. К сожалению, мы, как и многие другие регионы, ошиблись. Под создание таких зон не выделяются дополнительные средства, реальную охрану не наладить, - пояснил Виктор Петров. Напомним, он также представляет общественную организацию «Кольский центр охраны дикой природы» и в этом качестве в природоохранном движении уже очень давно. Ситуация с рыбой тем временем ухудшается, а в Баренцево-Беломорском территориальном управлении Росрыболовства и в областной дирекции ООПТ катастрофически мало инспекторов.

Причин уменьшения поголовья семги несколько, главная из них - перелов. Думается, всем понятно, что это значит. Испокон веков, кстати, поморы преимущественно вели промысел в море. Теперь же вся Варзуга перегорожена сетями, в том числе и нерестилища. Как говорят, залезли в рыбий роддом. Стоит ли удивляться, что ее воспроизводство уходит в минус?..

Пора принимать решение

Таким образом, необходимо радикальное решение о способе сохранения семги, от которого, собственно, зависит жизнь всего Терского берега. На собрании в Кузомени не раз прозвучал вопрос: кто предложил создание федеральной ООПТ? Внятного ответа не прозвучало, хотя никакой тайны тут, в общем, нет. Областная дума после встреч со специалистами-природоохранниками и руководством района одобрила организацию встречи с населением, чтобы понять, согласятся ли люди с созданием нацпарка. И от этого уже начинать «плясать». Так и вышло, что в июле 2018 года в селе Варзуга муниципалитет организовал сход, на котором было предложено обсудить сохранение семги путем создания нацпарка.

Вот эти умолчания заставляют людей подозревать организаторов, по-видимому, в некой закулисной игре. Дальше ситуация развивалась так, что население Кузомени решило, будто действо, непосредственно их касающееся, разворачивается за их спинами и без согласования с ними. Напомним, голосовала Варзуга, которая, как изначально было понятно, в границы нацпарка не войдет, а вот Кузомень вполне может.

Что происходило потом?

- По результатам этого схода в Варзуге сведения поступили в минприроды Мурманской области, - рассказала собравшимся Елена Кочкуркина. - Учитывая имеющийся протокол, то есть проявленную волю населения, мы ходатайствовали перед Минприроды России о включении будущего парка в национальный проект «Экология». В проект его включили, с предполагаемой датой создания в 2021 году, и рекомендовали создать рабочую группу, в которую вошли в том числе руководство Терского района и представители предприятий. Мы приступили к подготовке материалов для создания нацпарка.

Елена Алексеевна, как и другие спикеры, неоднократно подчеркнула, что мнение местных жителей в таких вопросах имеет определяющее значение. Против их воли населенные пункты в ООПТ не войдут.

Пустышка не нужна

Итак, больше года идет речь о создании на Терском берегу федеральной ООПТ. Однако людям никто толком ничего не объяснял вплоть до минувшего лета, когда в Чапоме и Кузомени побывал Олег Суткайтис. У рабочей группы есть на то свое объяснение: не решается ключевой вопрос, от которого зависит, стоит ли вообще заниматься созданием нацпарка. И этот вопрос - рыбопромысловые участки колхоза «Всходы коммунизма» на реках Варзуга, Кица и Пана. Как считают специалисты, если убрать хотя бы четверть из них, то это разгрузит семужий водоем настолько, что можно будет говорить о реальном природоохранном значении этих действий.

Пока колхоз, как ясно из заседаний рабочей группы, прошедших весной этого года, готов поступиться лишь самыми незначительными со всех точек зрения участками, которые проблему не решат. А если так, то нацпарк свою природоохранную роль не выполнит, окажется пустышкой. Тогда, как говорится, и начинать нечего. Вот поэтому пока не идет проектирование, не предлагаются границы. Еще нечего обсуждать, говорят организаторы.

И тут с ними стоит не согласиться. Разъяснительную работу, конечно, нужно начинать сразу, чтобы не было места для кривотолков. Теперь же общественное мнение приобрело отрицательную окраску. Люди сами придумали и в Интернете почерпнули разные страшилки, ведь не все нацпарки одинаково хороши. Многое зависит от руководства конкретной ООПТ и от сотрудничества с населением. Разбушевавшееся пламя погасить, увы, трудно.

Все можно обсудить

Итак, если обсуждать спокойно, то что имеем? Семужья река и вообще весь уникальный природный комплекс Терского берега, которые нужно охранять. Ведь если ничего не менять, то семга в течение пары десятков лет, как говорят специалисты, вымрет. И вот уж тогда делить точно будет нечего.

С другой стороны, принципы создания нацпарков направлены не на то, чтобы все запретить. Это достаточно гибкий механизм, который позволяет учесть интересы населения, живущего на территории ООПТ или по соседству. «Нацпарк делается для людей», - убеждают северян Олег Суткайтис и Виктор Петров. Функции этой ООПТ - не только природоохранные, но и социальные. Например, привлеченные из федерального бюджета и внебюджетных источников средства парк зачастую пускает на реставрацию, ремонт, строительство соцобъектов. Как правило, он хорошо содействует развитию туризма и частному бизнесу, связанному с этим. Придется играть в таком случае по определенным правилам? Несомненно. Но они не людоедские, и все обсуждаемо. Главное, чтобы население не уходило в глухую оборону, а было готово к сотрудничеству.

Принципиально важно: даже если населенный пункт входит в состав парка, это не означает, что его жителям запрещена вся хозяйственная деятельность. Они остаются владельцами своих домов и земельных участков, они точно так же могут продолжать собирать ягоды, грибы, заниматься рыбной ловлей в разрешенной форме для собственных нужд (непромышленным образом, конечно). Хотя для продажи или реконструкции дома потребуется разрешение Минприроды РФ, а это, само собой, нелегко. Но жизнь не останавливается, она развивается и продолжается, хотя немного по другим правилам.

Кстати же, уточним: проезд и проход по территории парка бесплатен не только для жителей вошедшего в нацпарк села и членов их семей, прилегающих сел, но и, скорее всего, района. Обо всем этом рассказывали на собрании в Кузомени.

Услышать друг друга

Стоит признать, что переломить недоверие собравшихся к назревающим переменам не удалось. По крайней мере, пока. Люди категорически не хотят, чтобы их привычный уклад жизни был нарушен новыми правилами. Правилами игры, в которую они не верят.

- Мы вас услышали. Против вашей воли село в границы нацпарка при проектировании не войдет. Любое действие по созданию парка «Терский берег», если он будет создаваться, будет обсуждаться с жителями тех сел, чьи интересы он затрагивает, - заверили участников схода.

Варианты создания особо охраняемой природной территории будут обсуждаться и дальше. Например, организация ООПТ в верховьях Варзуги и Паны - у нерестилищ, в стороне от населенных пунктов. Пока же идет прояснение позиций рыбопромысловиков, у членов рабочей группы появилось предложение: отправить активных жителей села в ознакомительную поездку в выбранный ими нацпарк, сходный по условиям с предлагаемым. За счет организаторов, разумеется. Возможно, такая поездка развеет многие опасения тех, кто сейчас протестует против неизвестности.

Кстати, обратим внимание на позицию главы района Геннадия Попова. Он создание нацпарка приветствует, и вот почему.

- Самое главное богатство Терского берега - это семга, на сегодня мы пришли к точке невозврата, - рассуждает он. - Предки нам оставили огромное богатство. И что с ним стало? Семга пропадает, лосей и оленей в лесах нет. За двадцать пять лет мы уничтожили почти все, а ведь думали, что оно неисчерпаемо. Заказник не справляется, денег не хватает. Мы раз пятнадцать в Мурманске встречались, решения принимали. И с каждым годом все хуже и хуже. В конце концов стало ясно: нужен нацпарк. Съездил я в Архангельскую область, Кенозерский нацпарк посмотрел. Просто здорово! Пообщался с населением, с администрацией, с работниками парка. Увидел, как влияет особо охраняемая природная территория на жизнь населения. Положительно! Побывал и в Горно-Алтайске в нацпарке, тоже пообщался с народом. И понял: нацпарк нам необходим. Наши дети и внуки уезжают отсюда, а без молодежи нет будущего. Два года назад я бы, может, тоже протестовал, а теперь убедился - это работает! Для населения это означает перспективы, и туристский поток урегулируем. Надо наводить порядок!