Ох и наделал шороху в прошлом году маленький, но шустрый траулер "Электрон"! Этот то ли пиратский, то ли геройский пароход (оценка зависит от того, с какого "берега" на него смотреть), похоже, на долгие годы получил прописку в российско-норвежской политике. Ничего не поделаешь - символ!

Месяц назад в Мурманске с двухдневным визитом побывал министр иностранных дел Норвегии Йонас Гар Стёре, так самым интересным мероприятием в программе его пребывания стала встреча с нашими рыбопромышленниками. А в минувшую пятницу к нам из страны-соседки приехали аж "полтора" министра: Хельга Педерсен, министр рыбного и прибрежного хозяйства, и Лив Моника Баргем Стубхольт, статс-секретарь (то бишь первый зам) министерства иностранных дел.

Приехали государственные дамы (и мужи рангом пониже) для участия в международной конференции "Перспективы развития российско-норвежского сотрудничества в рыбной промышленности". Это было первое мероприятие такого рода, проводимое по инициативе правительства Мурманской области при поддержке правления губернии Финнмарк. Среди участников не только представители федеральных и региональных органов исполнительной власти России и Норвегии, но и руководители и собственники предприятий, специалисты рыбохозяйственного комплекса.

Если бы чиновники, как в XIX веке, носили мундиры, то от обилия звезд на эполетах и золотого шитья можно было бы ослепнуть. А с учетом заоблачного ранга выступавших стоило обращать внимание не только на то, что они говорили, но и на то, как они это делали.

Открыл конференцию Юрий Евдокимов. Губернатор сразу взял быка за рога и сказал то, что очень хотели услышать от него норвежцы:

- Власти Мурманской области крайне заинтересованы в рациональном использовании водных биоресурсов, их сохранении и преумножении. В этом наши интересы полностью совпадают с интересами населения и властей Северной Норвегии...

200-мильные зоны, которые размежевали Баренцево, Норвежское и Гренландское моря на отдельные "огороды", это, может быть, и хорошо. Но рыба не признает этих границ, и здесь мы с вами, уважаемые норвежские коллеги, просто обречены совместно управлять запасами, совместно их использовать, совместно преумножать и совместными усилиями пресекать незаконный промысел.

Итак, главные слова, осуждающие браконьерство, были сказаны. Но Юрий Евдокимов на этом не остановился:

- Незаконное рыболовство, если мы упустим время, может достичь угрожающих масштабов. Надо признать, что незаконный промысел не имеет национальности, он носит международный хищнический, разрушительный характер.

Не мог губернатор не признать большие перспективы в сотрудничестве в области рыбацкой науки, образования, совместного развития рыбопереработки и сбыта рыбопродукции. Но призвал действовать смелее, придать сотрудничеству новый импульс, больше доверять друг другу и взять на себя ответственность за ресурсы. Чтобы передать детям и внукам то, что мы получили от отцов и дедов - общее и богатое Баренцево море.

А министр рыбного и прибрежного хозяйства Норвегии Хельга Педерсен свое выступление начала с обращения к... переводчикам. Она попросила их переводить на русский одно мудреное норвежское слово не как обычно - "проблема", а более мягко и конструктивно - "задача". Такая демонстрация миролюбия настроила на оптимистический лад. Но после "обязательной программы" - признания успехов российско-норвежского сотрудничества - госпожа министр заговорила о незаконном лове. И показала железный характер и лексику.

Хельга Педерсен предложила называть вещи своими именами, говорить не о браконьерстве, а о "краже рыбы". Последняя достигает, по ее словам, огромных размеров: при ежегодной совместной квоте в 471 тысячу тонн трески браконьеры воруют дополнительно 101 тысячу тонн и 35 тысяч тонн пикши, цена украденного - 1,5 миллиарда норвежских крон.

Причем если поначалу министр говорила о неких "обезличенных" незаконных ловцах, то в середине выступления прямо назвала их национальную принадлежность - русские.

Оценивая ущерб от незаконного промысла, госпожа Педерсен отметила, что браконьеры не платят налогов. Что выловленная ими рыба идет не в Россию или Норвегию, увеличивая рабочие места в береговой рыбопереработке. Что "кражи рыбы" ведут к снижению квот для законопослушных рыбаков (они, квоты, сейчас могли бы быть на 80 тысяч тонн больше).

Что же делать? Выход Хельга Педерсен видит в плотной работе с европейскими странами - прежде всего Испанией, Португалией, Швецией, чтобы незаконно выловленная треска не нашла выхода на европейские рынки. А транспорт с "ворованной рыбой" надо гнать из европейских портов, чтобы земля (то есть вода) горела у них под ногами (то есть килем). Необходимо, чтобы Норвегия и Россия действительно выполняли принятые на себя по договорам и соглашениям обязательства. Чтобы штрафы по отношению к браконьерам были очень строгими и даже жестокими, такими, чтобы нарушать закон было экономически самоубийственно.

А закончила госпожа министр свое выступление очень поэтично, сказала, что хочет, проплывая на лайнере вдоль берегов Норвегии от Бергена до Киркенеса, видеть свет в домах на всем побережье. Того же света в рыбацких поселках она желает и жителям российского берега Баренцева моря.

Заместитель министра сельского хозяйства РФ (курирующий рыбпром) Владимир Измайлов выступал долго и очень обтекаемо: сначала, как и положено, об основных направлениях российско-норвежского сотрудничества. Потом о переработке отечественного законодательства, направленной на ужесточение контроля за рыболовством и ответственности за незаконный промысел. Основной инструмент - всю выловленную в море рыбу "заводить" на российский берег (что вряд ли придется по нраву всем рыбопромышленникам, зато рыбопереработчики встретят такой результат аплодисментами).

"Новая норвежская политика в области северных регионов: содержание и приоритеты" - так была обозначена тема выступления статс-секретаря министерства иностранных дел Норвегии Лив Моники Стубхольт. "Друзья моря, голубой нивы!" - так проникновенно обратилась она к собравшимся. А потом, процитировав слова Михайлы Ломоносова об общем небе над Норвегией и Россией, сделала вывод: "Это не только очень красиво, но и очень верно".

После чего госпожа статс-секретарь напомнила о вещах менее поэтичных - случае с "Электроном" и российском запрете на импорт норвежской рыбы - правда, назвав их очень деликатно: "парадоксы".

Что до норвежских приоритетов, то им на ближайшие годы должны стать северные губернии. И здесь одним из ключевых шагов будет разрабатываемый правительством стратегический документ - комплексный план управления норвежской частью Баренцева моря. А отсюда вытекает необходимость тесного сотрудничества с Россией, так как - "реверанс" в адрес Юрия Евдокимова - "рыба не знает границ". А устойчивое развитие невозможно без тщательной и кропотливой работы над возобновлением ресурсов. Что, во-первых, означает борьбу с незаконным рыболовством. А во-вторых, добыча нефти и газа в море должна вестись не в ущерб рыбным запасам.

Завершила свою речь Лив Моника Стубхольт очень по-женски:

- Спасибо, что Мурманская область пригласила нас на этот вальс (конференцию. - П. Б.), может быть, мы еще и танго станцуем?

Затем последовал перерыв, во время которого наши рыбопромышленники оживленно обменивались впечатлениями. Одни, как гендиректор ЗАО "Мурмансельдь-2" и депутат облдумы Юрий Задворный, прозвучавшее с трибуны оценили положительно:

- Очень хорошо, что было сказано о наследстве, которое мы должны передать детям и внукам. Те, кто пришел в этот бизнес всерьез и надолго, а не взять "на хапок", тоже заинтересованы в сохранении ресурсов.

Другие, горячась, убеждали друг друга в том, что свои национальные интересы надо защищать жестко, например вести "агрессивный лов" краба.

Но и первые, и вторые сходились в одном: негоже норвежцам одних россиян винить в браконьерстве, они и сами не без греха. Чего стоит только право каждого норвежца - жителя прибрежного района вылавливать в год 4 тонны трески (и это не входит в объем согласованной национальной квоты). А право, предоставляемое Норвегией европейским туристам приезжать и ловить во фьордах до полутонны трески "для личного потребления"? Ведь одних немцев - любителей рыбалки за туристический сезон бывает на Севере если не тысячи, то уж точно сотни...

Словно подслушал их руководитель департамента продовольствия, рыбного и сельского хозяйства Мурманской области Вячеслав Зиланов. Выйдя после перерыва на трибуну, он сначала проговорил "положенное" - про историю и достижения российско-норвежского сотрудничества. А потом возразил против "попыток придать незаконному промыслу национальную прописку" (точнее - российскую. - П. Б.).

Вячеслав Константинович напомнил, что за 30 лет советско-норвежского рыболовного сотрудничества СССР и Россия 11 раз недобирали свою тресковую квоту, а вот Норвегия 20 раз ее перебирала, в частности, в 1981 и 1982 годах рыбаки Северного королевства превысили квоту почти в два раза.

Говорил Вячеслав Зиланов и о "асимметричном промысле": норвежские рыбаки 35-40 процентов улова берут тралом, остальное - ярусом, у нас же траловый промысел дает до 80-90 процентов улова. А весь "пресс" норвежского законодательства направлен именно против тралового лова.

Руководитель рыбного департамента области и не думал отрицать проблему браконьерства: "Незаконный лов не отвечает интересам и России, и Норвегии". Но выход он видит в выработке единых для обеих сторон правил рыболовства, одинаковых наказаний за одни и те же виды нарушений. Только так наши страны могут воплотить в жизнь намеченные планы.

На этом, собственно, "политическая" часть конференции закончилась. Дальше слово брали не политики и чиновники, а практики - руководители объединений рыбопромышленников Мурмана и Норвегии, "рыбные" ученые.

Причем конференция не ограничилась только громкими заявлениями, был у нее и конкретно-практический результат: соглашения о сотрудничестве заключили между собой союзы рыбопромышленников, учреждения науки и образования, в ближайших планах создание совместного ежемесячного "рыбного" журнала, обмен специалистами и студентами, поставки техники и современных технологий.

Так и должно быть, когда о рыбе говорят не в Москве и Осло, а в Мурманске - ближе к "земле", то есть в нашем случае - к морю. А еще хорошо, когда партнеры "танцуют" один и тот же танец. Ведь если мы кружимся в элегантном вальсе, а вы в страстном танго, так можно - из самых лучших побуждений - и ноги друг дружке оттоптать...

Петр БОЛЫЧЕВ