10.09.2015 / Увлечения

Евгений Миронов: «Это кино для нас, как прыжок в космос»

Известный актер рассказал о съемках нового фильма Тимура Бекмамбетова «Время первых»

Фото: Вадим Тараканов

Договориться на интервью с актером Евгением Мироновым нелегко. Но не потому, что Евгений Витальевич не любит общаться с прессой. Просто художественному руководителю Государственного Театра наций, который к тому же нарасхват у театральных и кинорежиссеров, найти для этого время довольно сложно. Нам удалось пообщаться с ним на съемочной площадке кинокомпании Тимура Бекмамбетова «Bazelevs» в перерывах съемок фильма «Время первых».

Картина основана на реальных событиях и рассказывает о легендарном Первом отряде космонавтов и одном из самых ярких его участников - Алексее Архиповиче Леонове, который первым в истории вышел в открытый космос. Именно эта роль и досталась Евгению Миронову.

Сначала была идея

- Евгений, почему вы согласились на этот проект? Кстати, насколько я знаю, вы еще и художественный руководитель этого фильма?

- Точнее будет сказать - сопродюсер. Я просто увидел по телевидению документальный фильм. Если я не ошибаюсь, он назывался «Полет в космос». Я был потрясен. У меня сразу возникла мысль: «Почему мы до сих пор не сняли такой фильм?». Я позвонил Тимуру Бекмамбетову, стал рассказывать какие-то детали, подробности. Он сразу заинтересовался этой темой. И дальше все закрутилось, завертелось - и в итоге превратилось в то, что мы с вами находимся сейчас на съемочной площадке, где идут съемки фильма «Время первых».

- Сложно было совместить графики?

- Всех подробностей не скажу, потому что я не знаю, как они соединяли всех нас на одной площадке, это сложно. Я знаю, что Костя Хабенский (он играет второго космонавта Павла Беляева. - Прим. авт.) с удовольствием согласился, во-первых. А во-вторых - мы оставили на это большие временные блоки. Параллельно нет никаких других проектов, все работаем здесь.

- Как бы вы определили жанр фильма?

- Тут сложно дать какое-то узкое определение. Кроме того, что это блокбастер, фильм-катастрофа, это еще и драма. Как все это можно совместить? Мне казалось всегда, что либо то, либо другое. Надеюсь, что все, что мы задумали, получиться. Сейчас еще только начало - рано еще судить и давать какую-то оценку работе.

- Скажите, а Алексей Леонов консультирует вас на съемках?

- Да, безусловно. Мы с ним встречались уже много раз. Были весной в Подмосковье на открытии памятника космическому кораблю «Восход-2», с борта которого он впервые в истории человечества шагнул в космическое пространство. Мы подарили ему там «киношное» кресло с его фамилией. Но на съемочной площадке он пока еще не был. Я надеюсь, что мы его пригласим сюда, когда будет съемка самого полета. Ведь это довольно сложные в техническом плане сцены. Ну и драматически тоже. Когда Алексей Архипович рассказывал нам подробности своего выхода в космос, мы сидели с открытыми ртами.

- Он помнит все подробности?

- Да. У Алексея Архиповича - просто отличная память на все: на фамилии, на время, на детали, даже на мельчайшие какие-то вещи. Это для нас очень ценно.

По прозвищу Блондин

- Для этой роли, я вижу, вам пришлось изменить внешность - вы стали блондином…

- Да, есть такое. У Алексея Леонова было такое прозвище - даже Юрий Гагарин называл его Блондин. В тот момент, когда Юрий Алексеевич полетел в космос, Алексей Архипович находился на Сахалине, сидел там в рубке дальней космической связи. Так вот, Гагарин умудрился особыми сигналами передать ему сообщение: «Привет блондину!». Это довольно любопытный факт, и обойти стороной или просто проигнорировать такую яркую деталь мы не имели права. Поэтому и пришлось немного скорректировать мою внешность.

- Как готовились к роли?

- У нас есть специальный тренер, который занимается с нами в спортивном зале - со мной, с Костей Хабенским и другими ребятами. Но у нас стоит задача не мышцы нарастить, а просто быть в хорошей физической форме. У меня уже были съемки в невесомости - и это, признаюсь честно, довольно сложное дело - даже несмотря на то, что у меня есть небольшой опыт такого плана в театре, когда меня подвешивают на тросах, и я там тоже верчусь, кручусь. Просто на съемках ты находишься по 12 часов в таком положении - в полном обмундировании, в скафандре. В этом смысле нам даже сложнее, чем космонавтам: там у них хотя бы есть вентиляция, у нас этого ничего нет.

Прыжок в неведомое

- Состояние невесомости, наверное, еще и технически сложно создать? Где проходила съемка?

- В специальном павильоне, потом уже в 3D будет накладываться картинка. Я, кстати, в 3D впервые снимаюсь. Как и все мы. И у нас уже было много внештатных ситуаций на съемочной площадке.

- Например?

- Например, кран не может нормально перемещать камеру, предназначенную для таких съемок - она ведь тяжелая очень. И построение кадра - тоже довольно сложное… А мы боремся с этими внештатными ситуациями. Видимо, это и есть тема картины.

- Насколько я знаю, во время первого выхода человека в космос было несколько внештатных ситуаций…

- Семь - и это только те, которые зафиксировала комиссия. А так, по мелочам - больше. Корабль, конечно, был не подготовлен, и Сергей Королев честно об этом сказал и Павлу Беляеву, и Алексею Леонову. Но они все равно вместе приняли решение лететь. И дело было не в том, что американцы, НАСА, готовили в тот момент идентичный полет. Гонка была, безусловно, но ребята сами считали, что они готовы. Но что касается самого этого полета, то никто не мог предвидеть, что будет в открытом космосе, включая Королева. Так и случилось. Но Алексей Архипович со всеми задачами справился блестяще. Он выполнил задание.

- И вошел в историю...

- Вообще, как мне кажется, тут много смыслов, в этой истории. Алексей Леонов - это такой яркий представитель нашего русского человека. Знаете, мы вот жить по законам не очень умеем. Даже если есть закон - все равно есть какой-нибудь Иван Иванович, который исправит проблему: «Да ладно, что там - решим!». Но вот когда случается что-то экстраординарное и надо действовать не по инструкции - мы все можем. Как мне кажется, жили бы мы в Ледниковым периоде - мы бы и мамонтов пережили, потому что включаются какие-то внутренние резервы. Другого такого народа я не знаю…

- Так как все же удается создать невесомость?

- Если честно - я не знаю, можно ли про это рассказывать… Все дело - в специальных технологиях. Я тоже про них до этих съемок не знал. Говорят, что когда американцы работали над фильмом «Гравитация» с Сандрой Буллок в главной роли - он же тоже про космос - то состояние невесомости вроде бы снимали под водой. Честно говоря, я не думаю, что это так и было. И наши ребята-каскадеры разработали свою систему - это наше ноу-хау: каким образом человек подвешивается, где у него находится центр тяжести... В итоге удается добиться нужного результата - становится очень похоже на невесомость. А дальше уже начинается моя работа - мне необходимо сыграть эмоции, переживания космонавта.

- Как вам работается на съемочной площадке?

- Мне здесь очень комфортно. Но и есть некое особое чувство. Надо преодолеть некий барьер. Мне кажется, что для всех для нас, включая режиссера Юру Быкова, эти съемки - прыжок в неведомое. Для меня - потому что я раньше не снимался в таких блокбастеров и не играл космонавтов. Для Юры - потому что раньше он в основном работал в драме и не выходил в такое большое кино. Это для всех, кого ни взять, своеобразный, что ли, подвиг. Хотя подвиг - слово довольно громкое. Скажем лучше так: каждый должен здесь на съемках что-то важное сделать. Преодолеть себя, свой страх - и шагнуть в открытый космос…

Валерия ХВАЩЕВСКАЯ, (ИА «Столица»)

Опубликовано: Мурманский вестник от 10.09.2015

Назад к списку новостей

Комментарии

comments powered by HyperComments
Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
61,409072,008276,043670,2082
Афиша недели
Битва титанов
Гороскоп на сегодня