22.06.2017 / Наш край

Черный день Мурманска

18 июня 1942 года стало самой страшной датой в истории города

Фото: Евгения Халдея

Жаркий июнь
Активно атаковать Мурманск немецкая авиация начала с конца марта 1942-го. С этого времени до конца года почти каждый день в городе звучал сигнал воздушной тревоги. При этом с каждым последующим месяцем интенсивность налетов возрастала, а сами бомбардировки с каждым днем становились все более ожесточенными. Если в первых мартовских налетах враг стремился бомбить лишь порт и корабли на рейде Кольского залива, то впоследствии все чаще и чаще разрушительным бомбардировкам целенаправленно начинает подвергаться и жилой фонд города.


По данным штаба местной противовоздушной обороны Мурманска, в мае было совершено восемь налетов, при этом в черте города взорвалось 62 бомбы разного калибра. Погибло шесть и еще 30 мирных жителей получили ранения, разрушено полностью шесть жилых домов и еще 18 частично повреждены.
В июне город бомбили уже 22 раза, на Мурманск обрушились 657 фугасных авиабомб разного калибра от 50 до 500 килограммов. В этом первом летнем месяце противник впервые применил у нас зажигательные бомбы. Итог - 115 пожаров, во время которых сгорело более 800 деревянных жилых домов и других построек. Погибло 163 человека и еще 319 получили ранения разной степени тяжести.
Чтобы представить, насколько тяжелыми были людские потери в июне, надо сравнить эти цифры с общим количеством пострадавших в городе под бомбежками за весь 1942 год, а это 310 погибших и 774 раненых. Получается, только за один этот месяц было убито больше мирных жителей, чем за все остальные 11.
Впервые зажигательные бомбы противник применил против Мурманска 14 июня 1942 года. В этот день город бомбили дважды.
Первый налет пяти «юнкерсов» Ju-88 из 1-й группы 30-й эскадры состоялся в 11.35. С высоты около шести тысяч метров они сбросили фугасные бомбы и контейнеры с «зажигалками». Большая часть зажигательных бомб упала в районе товарной станции Мурманск, где возникло пять очагов пожара. Часть фугасных бомб взорвалась непосредственно в городе, разрушив несколько жилых домов.
В отчетах МПВО отмечается, что около 1500 бомб не загорелось, еще 150 были потушены железнодорожниками, около 300 сгорели без явных последствий на песке насыпи железнодорожного полотна, но оставшаяся небольшая часть «зажигалок» уничтожила семь платформ с авиационным маслом и два вагона с медикаментами и резиновыми сапогами.
Сгорели полностью одноэтажное деревянное здание охраны торгового порта, пакгауз товарного двора, а также склады с пшеницей и зимним обмундированием. Возможно, потери могли быть еще большими, но железнодорожникам удалось быстро вывести вагоны с грузами из опасной зоны.
В вечерние часы над Мурманском снова появились вражеские двухмоторные бомбардировщики. В 17.43 семерка «юнкерсов-88» с высоты 5800 метров сбросила смертоносный груз. Как следует из оперативной сводки МПВО № 34, в результате двух налетов 14 июня в городе погибло 33 человека и еще 24 получили ранения разной степени тяжести, включая и детей.


Смертельные смеси
«Зажигалки», что тысячами сыпались с неба на крыши жилых домов в Мурманске, - это чаще всего килограммовые бомбы «В1» длиной всего 34 сантиметра, начиненные термитом и воском. Термит - смесь порошкообразного алюминия с окисями металлов, чаще всего железа. Он воспламенялся при помощи запала, установленного в носовой части корпуса бомбы и состоящего из перекиси бария и магния. Горение магния передавалось алюминию, который горел за счет кислорода окиси металла. При горении термита температура достигала 3000°C, при этом тушить его можно только песком и подобными материалами, а не водой, поскольку при такой температуре вода разлагается на водород и кислород, образуя опасный гремучий газ.
Зажигательные бомбы снаряжались в специальные контейнеры. В 30-й ударной эскадре (KG30) применялись контейнеры АВ500, в которых помещалось 184 «зажигалки». При сбрасывании бомбы вылетали из контейнера и рассыпались на большой территории. Содержимое вспыхивало уже при трении о воздух, поэтому, падая на крыши зданий или на землю, бомбы уже горели ярким пламенем, создавая высокую температуру. Причем некоторые «зажигалки» на корпусе имели ободок-выступ, для того чтобы бомба не пробивала крышу дома, а застревала в ней, что способствовало лучшему распространению пожара и затрудняло тушение. Для Мурманска, который по большей части был деревянным, этот вид оружия оказался почти смертельным.


Сигнал «ВТ» длился почти восемь часов
18 июня 1942 года стал черным днем в истории Мурманска. Авиация 5-го воздушного флота нанесла три массированных удара по порту и городу. В 11.30 в городе прозвучал сигнал воздушной тревоги (ВТ), длительность которого в этот день стала самой продолжительной за все годы войны и в общей сложности составила 7 часов и 45 минут.
14 двухмоторных «юнкерсов» Ju-88 из состава 1-й группы 30-й эскадры в 11.43 с высоты 6000 метров сбросили на город 12 мощных 500-килограммовых фугасных бомб и еще 98 фугасных бомб разного калибра. Из 12 контейнеров, которые раскрылись на высоте 1000-1500 метров, с клубами черного дыма вывалилось более 1200 «зажигалок», которые огненным дождем посыпались на крыши многочисленных деревянных жилых домов и других построек.
Немецкие штурманы ошиблись в расчетах, и основная серия зажигательных бомб легла с недолетом в стороне от города. Тем не менее сильный южный ветер, который в этот день в порывах достигал 17 метров в секунду, начал с огромной быстротой распространять огонь из очагов пожара на большие расстояния.


Именно после этого первого налета и запылал в городе жилой массив площадью около одного квадратного километра. Черный и густой дым, поднимающийся над Мурманском, был виден за десятки километров от города: его видели защитники полуостровов Среднего и Рыбачьего, красноармейцы на линии обороны в районе Западной Лицы и даже вражеские летчики из 5-й истребительной эскадры «Eismeer» со своего аэродрома Луостари.
В 16.15 на мурманчан снова посыпались бомбы. Две эскадрильи пикировщиков в составе 13 Ju-87 с пикирования сбросили на морской порт и город - в море огня - еще 65 фугасных бомб калибром от 50 до 250 килограммов. Падая на уже горящие дома, они взрывались, разбрасывая пламя на соседние здания. Немецкие летчики во время бомбардировки из своих кабин наблюдали «грибовидные облака дыма», поднимавшиеся в небо.
В 17.12 с аэродрома Банак в воздух поднялись 14 двухмоторных «юнкерсов» Ju-88 1-й группы 30-й эскадры. Когда уже в городе были потушены основные очаги пожара, эта группа бомбардировщиков в 18.54 сбросила на Мурманск еще 14 500-килограммовых фугасных бомб и 114 фугасных бомб меньшего калибра. Не забыли прихватить с собой еще четыре контейнера с зажигательными бомбами, основная часть которых огненным дождем упала в воду Кольского залива, но его начало все же накрыло район Жилстроя, железнодорожные станционные постройки и многочисленные склады на восточном берегу. А конец этой серии «зажигалок» зацепил причалы на западном берегу залива, в результате чего они загорелись вместе с мотоботами, стоявшими там на обсушке.
В результате трех налетов жилой массив между улицами Карла Либкнехта, Профсоюзов, улицей Софьи Перовской и железнодорожной станцией площадью около одного квадратного километра превратился в пепелище. Пожар уничтожил около 600 деревянных и семь каменных домов, а также более тысячи сараев и других хозяй-
ственных построек.
Под защитой своих батарей
На отражение бомбардировщиков наши истребители в этот день совершили в общей сложности 215 самолето-вылетов. В результате фактически был сбит один самолет противника - тяжелый двухмоторный истребитель «мессершмитт» Bf-110, экипаж которого погиб. Наша сторона также потеряла один самолет - биплан И-153, но североморцу старшему лейтенанту Ткаченко удалось совершить вынужденную посадку и остаться в живых.
По сути, в этот день над Мурманском сталинские соколы не сумели отразить ни один из трех налетов на город. В чем же дело?
К сожалению, в этот сложный для нас период воздушного противостояния в небе Кольского Заполярья, когда явное качественное превосходство в технике было на стороне противника, при появлении больших групп «мессершмиттов» многие советские истребители даже и не пыталась отразить налет, предпочитая уйти под защиту заградительного огня своих зенитных батарей, расположенных на сопках вокруг города. Такой «тактический прием» летом 1942 года в районе Мурманска применялся довольно часто.
Как о само собой разумеющемся о подобных действиях советской истребительной авиации говорится в одном из июльских отчетов боевой деятельности ВВС 14-й армии в районе Мурманска:
«При бомбардировочных налетах на Мурманск истребители ВВС армии преимущественно высылались на перехват бомбардировщиков противника при уходе их от цели, так как при налетах на город противник высылал на сковывание наших истребителей в район аэродромов Мурмаши и Шонгуй сильные группы истребителей, доходившие до 28 самолетов типа Ме-109 и Ме-109Ф. Наши ВВС армии, не имея достаточного количества истребителей, вынуждены были или уклоняться от боя с уходом в зону своей зенитной артиллерии, или вести оборонительные бои с превосходящими по количеству силами противника».
Вот как описывал в письме к автору от 12 марта 1985 года действия нашей истребительной авиации летом 1942 года летчик 768-го ИАП ПВО Георгий Иванович Козлов. Речь о его первом бое на «харрикейне» в районе Мурманска:
«12 июня 1942 г. при налете немцев на Мурманск и порт в воздухе с обеих сторон было большое количество авиации. Не успел начаться воздушный бой, как вся наша авиация ушла вниз под прикрытие зениток и кораблей, стоящих в Кольском заливе. За ними последовали и мои орлы, не предупредив меня. В схватке боя я не сразу заметил, что остался один на этой высоте, немцы со всех сторон начали атаковать меня, трассы проходили около - буквально на расстоянии метра. Обстановка для меня складывалась критическая. С КП 122-й ИАД полковник А. И. Швецов непрерывно подавал мне команды, но у меня не было времени на них реагировать. В эти мгновения родилась одна спасительная мысль - сорвать самолет в штопор, что я и сделал. Когда я вывел самолет из штопора, внизу в карусели было большое количество нашей истребительной авиации - от Сафонова (ВВС СФ. - Ю. Р.), от Кутахова (ВВС 14А. - Ю. Р.) и наши от ПВО».


30-го горел Жилстрой
Несмотря на явное господ-ство люфтваффе в небе над Мурманском в эти дни, были и летчики-истребители, которые не искали спасения над позициями своих зенитных батарей, а искали бреши в заслонах патрулирующих «мессершмиттов» и атаковали бомбардировщики.
Именно в эти дни о себе заявили летчики 1-й эскадрильи 78-го ИАП, которую возглавлял 21-летний капитан Петр Сгибнев. После гибели 30 мая 1942 года над союзным конвоем РQ-16 самого именитого североморского аса Бориса Сафонова этот молодой летчик весной 1942 года стал самым результативным летчиком Заполярья. К началу лета на его счету уже было 10 побед. За те бои был награжден двумя орденами «Красного Знамени» и представлен к званию Героя Советского Союза.
1 июля бой летчиков 78-го ИАП во главе с капитаном Петром Сгибневым стал одним из самых значимых в истории ВВС Северного флота, когда семерка «харрикейнов» отразила налет вражеской ударной авиации и при этом заявила о семи сбитых пикировщиках без единой потери своих самолетов! И, хотя немецкая сторона подтверждает потерю двух своих бомбардировщиков Ju-87, экипажи которых полностью погибли, для того периода это был несомненный успех летчиков-североморцев.
Но, как говорится, один в поле не воин. Двухмоторные «юнкерсы» продолжали засыпать Мурманск зажигательными бомбами.
Если два массированных налета - 23 и 24 июня не привели к тяжелым последствиям, то 30 июня 22 Ju-88 сбросили на город более 10 000 «зажигалок». Снова какая-то часть бомб ушла в Кольский залив, но остальные уничтожили 265 деревянных строений, из которых 108 были жилыми и 157 производственными на территории порта и железнодорожной станции. В общей сложности в течение дня погибло девять человек и 32 получили ранения. Немецкий воздушный разведчик зафиксировал в этот день над Мурманском клубы дыма на высоте 1500 метров.
На следующий день, 1 июля, после налета восьми Ju-88 практически сгорели последние складские помещения на территории морского порта. Правда, они уже были пустые, так как все грузы и имущество со складов вывезли несколькими днями ранее. Теперь грузы в порту не задерживались, а сразу вывозились из опасной зоны и распределялись на железнодорожных станциях южнее города - в Коле, Выходном, Шонгуе и Лопарской, где теперь и формировались железнодорожные составы. Но в районе порта на путях все же сгорело семь цистерн со скипидаром, один с водкой, один с мукой и платформа с досками.
В последующие дни люфтваффе заметно снизила активность в районе Мурманска. Прежде всего это было связано с вынужденным перерывом поставок грузов союзников. Главной целью для немецкого 5-го воздушного флота в августе 1942 года стал морской порт Архангельска, который впервые подвергся ударам с воздуха 19 августа.
В начале ноября 1942 года большая часть KG30 в срочном порядке перебазируется из Северной Норвегии в Средиземноморье. На Крайнем Севере останется лишь I./KG 30, которая будет действовать на Мурманском направлении до середины июля 1943 года. После чего бомбардировки города прекратятся. Но двухмоторные «юнкерсы» Ju-88 до самого конца войны еще долго будут завывать над Мурманском, но это будут лишь воздушные разведчики, фиксирующие на фотопленку все передвижения в Кольском заливе и на Кировской железной дороге.

Опубликовано: Мурманский вестник от 22.06.2017

Назад к списку новостей

Новости региона
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,241675,707578,225873,3426
Афиша недели
Экранизация балета и «Инстаграма»
Гороскоп на сегодня