07.06.2018 / Наш край

Хроники Мурмана

Печенга: возвращение домой

Так росла та самая труба.

(Продолжение. Начало в № 48, 52, 56, 60, 62, 64, 68, 72, 76.)

В СССР на малой родине человека, дважды удостоенного звания Героя, устанавливали его бюст - при жизни. Те, кто восстанавливал «Печенганикель», тоже были героями - и дважды, и трижды. Они жили в землянках и подвалах, вкалывали по 10-12 часов на строительстве комбината, а потом шли чистить дороги от снега, строить жилье, больницу, клуб - в «свободное время». Они отдавали по две-три месячные зарплаты на государственные займы, сначала - на оборону, после Победы - на восстановление страны. Они отдавали себя - во имя будущего.

Хоть кровь из носу...

В Государственном архиве Мурманской области хранится удивительный документ с длинным названием «Постройка первой в СССР железобетонной конической дымовой трубы высотой 152,4 м.».

Четыре страницы убористого текста, без опознавательных печатей и штампов за подписью «Зейдлец». Стиль парадоксальный: абзац в духе передовицы из газеты «Правда» сменяется старорежимными дореволюционными оборотами, пересыпанными зубодробительными техническими терминами.

Судя по всему, это отчет о проделанной работе инженера Владимира Зейдлица (именно так на самом деле пишется его фамилия), надиктованный им не очень грамотной машинистке.

С чего началась описываемая в этом документе история? С того, что немцы, отступая в ноябре 44-го под Десятым сталинским ударом, который мы знаем как Петсамо-Киркенесскую операцию, разрушили поселок Колосйоки. А главное - завод, рядом с которым поселок и появился. И тот, и другой принадлежали финнам, но в годы войны хозяйничали там немцы, поскольку завод выпускал никель - металл стратегический, крайне необходимый для производства оружия.

Собственно говоря, так же поступали и мы: отступая в 41-м, уничтожали с огромным трудом построенные предприятия, чтобы те не работали на врага. Так сказать, обычаи войны. Но мы - это мы, а они - это они. И потому:

«Исступленный враг, прижатый к морю и чужим границам, свою ненависть направил на разрушение Никелевского комбината, - гласит документ. - Вражеский замысел сводился помимо повреждения взрывом оборудования уронить существовавшую железобетонную дымовую трубу на сердце завода - на электропечи, тем самым целиком разрушить и навсегда вывести из строя существовавший завод.»

Картина, которую застали наши бойцы, в самом деле выглядела безнадежной. Немецкие саперы сработали профессионально: громадная железобетонная труба объемом 1500 кубометров, рухнув, буквально перерезала надвое основной металлургический цех. Глядя на бесформенные груды бетона и железа, казалось, что понадобятся годы только на то, чтобы разобрать их. Но никель Советскому Союзу был нужен ничуть не меньше, чем Германии. А попросту - нужен позарез.

Документ, который мы читаем, - не историческое исследование, в нем не рассказывается о том, что первыми за расчистку и восстановление взялись бойцы военно-строительного отряда 14-й армии Карельского фронта, что уже в марте 45-го началась добыча руды открытым способом. Он посвящен (это очевидно и по названию) строительству новой трубы. Нет ее - не работают плавильные печи, а значит, руда не превращается в металл. Все уперлось в трубу. Вот вынь да положь ее! Впрочем, нет, положили немцы, а ты вынь да поставь. И хоть кровь из носу...

Чип и Дейл спешат и уезжают

Возвести сооружение было поручено тресту «Союзтеплострой». У него большой опыт строительства кирпичных труб, у него и необходимые кадры трубокладов и монтажников-высотников. Но всего этого оказалось недостаточно. Понадобилась помощь из-за рубежа. И потому правительство страны разрешило, а союзный Минтяжстрой закупил у американской фирмы «Кустодис» оборудование для возведения железобетонных конических труб. А также пригласил двух американских мастеров для передачи опыта пользования им и первичных консультаций.

Доставка оборудования из Америки затянулась до середины ноября 1945-го. А значит, практически наступила зима. Мороз и укладка бетона - две вещи несовместные... Так что, ждать, пока снова потеплеет?

Заокеанским помощникам автор документа уделил немало внимания:

«В задачи фирмы, пославшей своих консультантов, входил узкий круг только показать методы пользования и отнюдь не раскрывать всех тонкостей в работе и трудностей, встречаемых при возведении столь ответственных и сложных сооружений.

Необходимо также отметить, что фирменные американские консультанты не имеют права варьировать, рассуждать и вносить какие-нибудь новшества в усвоенные ими методы работы, поэтому дать разъяснение и доказать, что их метод лучше, чем тот, что кажется лучшим пытливому уму русских строителей, они не имели права или не хотели, а просто констатировали: так надо работать».

Короче говоря, американцы помогли установить основание шахтоподъемника, а также навесить опалубку - и отправились восвояси. К бетонированию так и не приступили.

Трудно сказать, сложилось ли это мнение из разговоров с ними, или автор документа домыслил за «фирмачей», но он пишет:

«Уезжая, американские мастера (...) безусловно считали, что русским одним не справиться с работами, да еще в зимний период, тем паче что они сами эту же трубу строили в летних условиях, в душе считали что без «варягов» нам не обойтись и думали, что «нас де, мол, еще позовут да и попросят».

Кадровый вопрос

Впрочем, не все так просто было и на нашей стороне. Тут в документе появляется имя Л. П. Гумницкого, который в подготовительный период работы возглавлял местный участок «Союзтеплостроя». И он, как пишет автор, «не сумел не только использовать опыта американских консультантов, но также не сумел объединить имевшийся на участке здоровый и опытный технический персонал. (…) Не доверяя своим кадрам, не веря в свои силы, опасаясь ответственности, инженер Гумницкий Л. П. старался убедить руководство «Печенганикеля» и трест «Союзтеплострой», что такое сооружение нельзя строить в зимних условиях, и затягивал работы».

Имя появляется - и исчезает... Хочется надеяться, что только с этих машинописных страниц, а не из жизни. По-всякому в те годы могло повернуться.

Да, а взамен бразды правления берет в свои руки как раз автор документа, который пишет о себе в третьем лице: «Руководство работами было возложено трестом «Союзтеплострой» на инженера Зейдлиц В. В.»

Метр за метром

...Кадровый вопрос решен - и за дело. Первый бетон был уложен 18 января 1946 года. Как это делалось? Поначалу в стационарном тепляке, то есть временном строительном сооружении наподобие шатра, которое защищает горячий бетон (и людей тоже!) от замерзания. А дальше?

«Использовав все возможности 18-метрового стационарного тепляка в сравнительно короткий срок, строители конструктивно разрешили и выполнили передвижной подъемный тепляк, и уже в первых числах марта передвижной тепляк, выполненный внутри стационарного, увидел свет и поднялся из последнего, - говорится в документе. - Картина строительства имела солидный и необычный вид. Передвижной подъемный тепляк из металлического каркаса фанерной обшивки и брезентового покрытия, имея диаметр 13 метров и высоту с учетом юбки из брезента 12 метров, висел на 12 специальных толях и тросах, укрепленных к стойкам шахтоподъемника, всегда возвышающегося над рабочим местом бетонирования на 20 метров. Этот тепляк поднимался периодически по мере готовности уложенного бетона...»

Так и работали. Метр за метром, точно гусеница, тепляк полз вместе людьми вверх. Метр за метром труба росла. К июню 46-го тепляк находился уже на отметке 55. Рабочие уложили 990 кубических метров бетона, то есть более 62 процентов общего его объема (1 580 кубов) во всем стволе трубы. Зима прошла недаром. «Вышло не по-американски, а по-русски», - отчеканил автор.

Лежа на одной доске...

А теперь о рабочих. Они проявляли и саоотверженность, и сметку, и, можно сказать, трудовую удаль. Труба сужалась, места вокруг нее становилось меньше, а необходимость защиты людей, теперь уже от ветров и дождей, оставалась.

На высоте 55 метров нижнюю часть подъемного тепляка строители сняли, на весу вырезали его с боков, убавив в диаметре. Получилось что-то вроде огромного зонта. Этот зонт поднимался до высоты 100 метров, пока не стал помехой в работах, поскольку его уже не к чему было крепить. Но труба продолжала расти...

Давайте вызволим из-под спуда прошедших семидесяти лет несколько фамилий людей, делавших это, хотя бы те, что сохранили машинописные страницы:

«Верхолазы, монтажники Прохватов А. М., Плешаков М. С., Седлецкий Ф. И. обеспечили срочное выполнение работ и лично сами выполнили самые ответственные и часто рискованные, но необходимые операции монтажа и демонтажа. Трубоклад-бетонщик Струков М. А., выполняющий систематически нормы на 180%, своим примером мобилизовал остальных; плотник-верхолаз т. Максаков был всегда впереди и лично провел много работ, когда на высотах больше 100 метров, лежа на одной доске, обеспечивал своевременную работу остальных. Технический персонал в лице производителя работ механика Пайковского Ф. Ф. и производителя работ бетонно-трубокладных т. Климкина П. З. личным примером в самых серьезных работах не считался со временем, умелой расстановкой людей и производственной смекалкой разрешал, казалось, неразрешимые моменты работ.»

Конец - делу венец

Прошло 177 рабочих дней, и наступило 15 августа 1946 года. В этот день легли на место последние из 1580 кубометров бетона, сцепившего 150 тонн арматуры, труба достигла проектных 152,4 метра. Можно бы утереть пот: успели до новых заморозков!.. Но утерли - и снова за работу: необходимо еще завершить укладку 565 кубов кислотоупорной внутренней рубашки (футеровки), ведь по трубе пойдет не деревенский дымок, а едкий сернистый газ. Рубашку «сшили» к концу сентября. А в целом труба была готова к работе 13 октября.

«Коллектив, справившись с возложенным на него правительством заданием, не только сам освоил методику работ, но ввел много нового, необходимого в работах, особенно в части безопасных методов работ, на которые капиталистические страны не обращают внимания, и одновременно подготовил кадры, которые в дальнейшем с успехом и меньшей затратой труда будут украшать заводы нашей любимой Родины железобетонными коническими трубами, - торжественно докладывает под конец автор. Который не забыл и о себе, чуть выше написав: - В целом объединил труд всего коллектива, умело его направлял, используя свой заслуженный авторитет и знание начальника участка инженер Зейдлиц Владимир Владимирович.»

Известно же, сам себя не похвалишь...

Но к черту ехидство. Они это сделали! Лишь тот, кто в жизни не ударил палец о палец, не поймет распиравшую инженера Зейдлица гордость.

Только что под его руководством построили Самую-Высокую-В-Стране-Трубу. Заполярной зимой! Вопреки!

Знай наших!

Подготовлено по материалам, предоставленным Государственным архивом Мурманской области.

(Окончание следует.)

Опубликовано: Мурманский вестник от 07.06.2018

Назад к списку новостей

Еще по теме

Хроники Мурмана

К концу восьмидесятых годов численность Мурманской таможни достигла 85 человек

Хроники Мурмана

Таможня: годы, события, люди

Хроники Мурмана

В послевоенные годы работа Мурманской таможни была подчинена главной задаче - восстановлению народного хозяйства

Хроники Мурмана

В жизни окраинной, пограничной Мурманской области таможенная служба всегда играла существенную роль

Хроники Мурмана

Тем, кого в 40-50-е годы еще не было на свете, трудно, почти невозможно понять, как наши земляки тогда жили

Хроники Мурмана

Облисполком 30 августа установил вводимые в Мурманске и области с 1 сентября розничные цены на овощи и зелень первого сорта

Хроники Мурмана

Это сейчас, в век Интернета, мобильной и спутниковой телефонии, мы перебрасываемся анекдотами про стоящую на трех черепахах «Почту России»

Хроники Мурмана

Для комбината «Печенганикель» термин «градообразующее предприятие» мал в плечах: комбинат пришел в Печенгу раньше советской власти

Хроники Мурмана

Нам сейчас очень трудно представить, в каких муках рождался Печенгский район

Хроники Мурмана

Красная Армия освободила Печенгскую область в октябре 1944 года

Хроники Мурмана

Гитлеру было мало заполучить «свой» никель, он хотел, чтобы никеля не было у Сталина

Хроники Мурмана.

В ходе Второй мировой Финляндия была козырной картой, которую великие державы поочередно выкладывали на игровой стол

Хроники Мурмана

В течение 12 последующих лет финские геологи исходили область Петсамо вдоль и поперек

Хроники Мурмана

Что общего у Республики Крым и Печенгского района?

Хроники Мурмана

На конец 1950 года (плановый срок окончания первой очереди восстановления Мурманска) жилфонд города должен был составлять без малого полмиллиона квадратных метров. Для этого надо было восстанавливать разрушенные дома (на 49700 «квадратов») и строить новые - на 249300 квадратных метров. Ежегодно планировалось вводить в эксплуатацию по 60 тысяч «квадратов» жилья. Это на бумаге. А что на деле?

Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,753576,232579,920473,3547
Афиша недели
В поисках грустного йети
Гороскоп на сегодня