В этом году поисковому движению на Кольском полуострове исполняется 60 лет. За этот период энтузиастами проделана колоссальная работа: собраны и преданы земле останки тысяч забытых воинов, благоустроены сотни заброшенных захоронений, увековечены имена более десяти тысяч бойцов. С легкой руки патриарха поискового движения Льва Васильевича Журина в поиск вовлечены сотни молодых людей.  

Некоторые поисковые дела продолжались десятилетиями и напоминают детективную историю. 

В 1975 году поисковая группа теплохода «Канин» Мурманского морского пароходства отправилась искать захоронение воинов 12-й бригады морской пехоты. Оно, по воспоминаниям ветеранов, должно было находиться на перешейке между полуостровами Рыбачий и Средний.  

Шли мы вдоль берега бухты Озерко, и вдруг в буйном разнотравье ктото заметил поникшую оградку. Подошли поближе. На земле лежала полусгнившая деревянная пирамидка. Никаких надписей...  

Невдалеке располагался зенитноракетный дивизион ПВО. Зашли к командиру. 

- Точно не знаю, - пожал плечами подполковник. - Говорят, там захоронен летчик, капитан... 

Поставили мы на могилке новую пирамидку, подновили ограду. На мемориальной доске появилась надпись «Неизвестный летчик». 

Спустя годдва ктото из воевавших на Рыбачьем ветеранов высказал мнение, что в могиле захоронен легендарный разведчик капитан Юневич. Однако эта версия просуществовала недолго.  

В 1987 году поисковый отряд Арктической морской геологоразведочной экспедиции под руководством Димы Кондратюка установил над могилой добротный обелиск. Вокруг появилась металлическая ограда. Новая мемориальная доска гласила: «Вечная память неизвестному воину, погибшему в боях за Родину!». 

Так могила и выглядела до 2008-го. В том году участник боев за Советское Заполярье капитан первого ранга Октябрин Дмитриевич Девятов, работая по нашей просьбе в одном из филиалов Центрального военно-морского архива, случайно нашел альбом с зарисовками и фотографиями захоронений, располагавшихся на полуостровах Средний и Рыбачий по состоянию на 1945 год. На одной из зарисовок узнаем могилу на берегу бухты Озерко. Под рисунком надпись: «Здесь покоится прах старшего лейтенанта контрразведки Ахроменко Василия Ефимовича, геройски погибшего в боях на Муста-Тунтури. Январь 1918 г. - октябрь 1944 г.» Вот так! 

Кто же он, контрразведчик Ахроменко? Какой подвиг совершил, если его тело солдаты не поленились доставить от линии фронта за 25 километров и похоронить на видном месте? Поиск вступил в новый этап. 

Надо заметить, в последнее время сотрудников НКВД изображают сплошь черными красками. Что ж, некоторые этого вполне заслужили - в нашей истории хватает мрачных страниц. Но этот человек предстает перед нами в ином свете. 

Коллеги из Белоруссии установили: «Ахроменко Василий Ефимович родился 01.01.1918 года в деревне Домовичи Домановского района Брестской области, лейтенант, оперуполномоченный отдела контрразведки «Смерш» Северного оборонительного района Северного флота».  

К сожалению, попытки найти его родственников или хотя бы фотографию не увенчались успехом. По крупицам удалось установить, как погиб старший лейтенант госбезопасности. (Кстати, в НКВД звания были на две ступени выше армейских, старший лейтенант соответствовал армейскому майору.) 

Ахроменко был оперуполномоченным при особом воинском подразделении - при 614-й отдельной штрафной роте. Рота располагалась на полуострове Средний, на берегу ручья Корабельного. К октябрю 1944-го, к началу Петсамо-Киркенесской операции, она насчитывала в своих рядах около 800 штрафников. По замыслу командования, они должны были атаковать хребет Муста-Тунтури в самом сложном и труднодоступном месте - пойти в лоб на сопку Средняя с последующим выходом на высоту Большая, навстречу наступающей 12-й бригаде.  

Даже сегодня, в мирное время, притом что склоны хребта обильно заросли березками, там трудно подняться. А каково было под огнем пулеметов и минометов? Каково было ползти по скалам навстречу свинцу, используя как ступеньки тела только что погибших товарищей? 

В распоряжении Ахроменко было отделение пулеметчиков. Находясь у озера Перяярви, старший лейтенант видел, как погибали моряки. Темп атаки спадал, и Василий поднял своих подчиненных, повел их вперед. Свежие бойцы оказались как нельзя более кстати. Именно они были на острие атаки в ее завершающей фазе, и вел их в бой сотрудник НКВД. Он был смертельно ранен всего лишь в шестидесяти метрах от вершины и уже не видел, как два штрафника - Александр Данильченко и Алексей Клепач - закрыли своими телами амбразуры стрелявших по атакующим дотов. 

Но все они - и те, кто пал у подножия сопки, и те, кто через сотню метров, - все поднялись в этой яростной атаке на вершину. На вершину подвига. И мы смотрим на них снизу вверх.