22.02.2017 / Наш край

Мурман фантастический

7. МЕЧТЫ ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЕГО ГОДА

Мурманск начала 20-х. Рядом с жилыми вагонами те самые парные будочки. Дверей, как видите, действительно нет.

(Продолжение. Начало в № 240, 245, 1, 5, 10, 15, 19, 23.)

В 1924 году вышел в свет знаменитый роман Николая Муханова «Пылающие бездны». Одна из первых в Стране Советов «космических опер» содержала не только красочные картины военного противостояния Земли и Марса, но и описание будущего третьей планеты Солнечной системы. Единое мировое правительство со столицей Грозаур на Урале, всеобщий язык - азир, межпланетные полеты, ядерная энергетика, изменение людьми орбит небесных тел, искусственные солнца, увеличение продолжительности жизни до нескольких сотен лет, чтение мыслей - все это, по мнению автора, должно было состояться полтысячелетия спустя. Но мало кто знает, что еще до публикации книги Муханова мурманчане предложили свою версию грядущего, относящуюся к тому же 2423 году, когда происходит действие «Пылающих бездн».


Тропические леса морошки и брусники
«Посылаю мысль мою по могучему радио фантазии… в далекое будущее», - таков зачин статьи «Все прекрасное впереди. Первое мая на Мурмане в 2423 году». Сочинение это, подписанное псевдонимом Мечтатель, появилось на страницах «Полярной правды» ровно за 500 лет до означенной в его заголовке даты.
Начинал Мечтатель с главного: «По всемирному радио звучит громоподобный голос: «Да здравствует Земношарная Социалистическая Республика; привет красному Марсу и революционной Венере: пролетарии всей Солнечной системы, соединяйтесь!».
Затем следовал переход от всеобщего к частному: «Снегу нет - нагрели Гольфштрем исполинской электрической печкой, и потеплел Мурман так, что заросли морошки и брусники на горах разрослись в настоящие тропические леса… Все по-новому: в порту грузятся тысячи судов (вместо современных полутора в год), жители Дровяного не ездят в Мурманск и обратно с опасностью для жизни на пароходах с сомнительной репутацией, а носятся туда и обратно через грандиозный мост в невесомых вагонах умопомрачительного трамвая. В роскошном здании музея показывают под стеклом «настоящий жилой барак нашей эпохи».
Контраст между настоящим и будущим автор подчеркивает жестко: в музейном бараке посетители натыкаются на «кучу людских скелетов». Экскурсовод с печальной улыбкой поясняет: «Когда обитателей этого барака 300 лет тому назад попросили перейти во вновь выстроенный каменный дом, они не поверили, думая, что их хотят хитростно выселить; вцепились в дверные ручки и никого не пускали; так и умерли».
Впрочем, прежние заботы давно ушли в прошлое: «Весело всюду. И если кто грустит, так это только старые кольские женки, ибо нет больше весной «подснежной» брусники и клюквы».
«Все прекрасное…» - самое раннее свидетельство знакомства мурманчан с произведениями отечественной фантастики, для которой повествование о революционном пожаре на соседних планетах стало к тому моменту общим местом. Про «всемирную республику мозолистых рук» на Земле, ожидаемую тогда в самом ближайшем времени, буквально на днях, и говорить не приходится. А еще в статье предсказано появление «грандиозного моста» через Кольский залив и краеведческого музея. Да и «нагретый Гольфштрем» при желании можно принять за нынешнее глобальное потепление.
Утопия местного уровня
Год, когда выяснилось, что стоит лишь подождать полтысячи лет и все будет хорошо, стал для Мурмана особым. После тяжелого кризиса, связанного с гражданской войной и сменившей ее разрухой, наконец-то обозначились перемены к лучшему.
25 мая 1923 года Совет труда и обороны утвердил положение «О колонизации Карельско-Мурманского края». По нему Мурманская железная дорога на 10 лет получила в пользование около 250 тысяч квадратных километров земли, обрела право на эксплуатацию находящихся на ней лесов, недр, вод и других природных сил и богатств. Введенные тем же положением льготы для переселенцев должны были обеспечить приток необходимой рабочей силы.

 

Центральная власть разрешила беспошлинный ввоз через мурманский порт заграничных товаров для нужд Кольского полуострова. У северной окраины страны появились новые перспективы. И - новые мечты.


«К огромному красивому зданию «Дворца ученых», находившемуся на проспекте Ленина и выстроенному из лучшего тивдийского мрамора, вывезенного из Карелии, подъезжали один за другим автомобили. Улица была запружена народом. Казалось, все трехмиллионное население Мурманска было занято одной мыслью: действительно ли сегодня подтвердятся предположения профессора Вавилова, опубликованные им в печати. На крышу «Дворца ученых», на особо устроенную площадку, то и дело спускались, чтобы высадить пассажиров - иностранных ученых, и снова улетали аэропланы».
Приведенный выше отрывок взят из рассказа «В 2023 году», напечатанного столетием ранее в журнале «Вестник Мурмана» за подписью М. Занд. Почти одновременно с ним был издан замечательный роман Якова Окунева «Грядущий мир: 1923-2123». Обращенная в грядущее мурманская греза возникла, очевидно, под его влиянием. В романе, фактически первой советской утопии, гений анабиоза профессор Моран с помощью особого газа усыпляет свою смертельно больную дочь Евгению и рефлексирующего интеллигента Викентьева, оживающих 200 лет спустя.
В рассказе выдающийся ученый Вавилов силой науки оживляет человека - телеграфиста Мурманской железной дороги - из прошлого. И точно так же, как в «Грядущем мире», герой рассказа поражен масштабами свершившихся преобразований. Правда, преобразований местного уровня. «Да, - говорил он, - наша мечта осуществилась, Мурманск ожил. Но мы и во сне не видели, что он станет таким огромным городом».
Уборные без дверей
Действительно, когда создавался рассказ, представить самый северный незамерзающий порт страны трехмиллионным мегаполисом было нелегко. Скорей уж, заполярная столица являла собой в ту пору нечто прямо противоположное своему фантастическому образу.
«Губернский город Мурманск, - характеризовал краевой центр образца 1923 года первый председатель мурманского горсовета Александр Меллер, - совсем не похож на город. «Чемоданы», бараки… Нет ни одного нового дома. Жителей в городе больше 5000. Порт только называется «торговым», товары через него не идут, ввозят преимущественно уголь для железной дороги. В порту стоит арестованный английский тральщик, ловивший рыбу в наших водах. Назревает ультиматум Керзона. У служащих еще существуют «пайки». Деньги считают миллиардами».
Руководитель побывавшего в Мурманске с гастролями в 1923 году Петроградского государственного передвижного театра Павел Гайдебуров самые яркие впечатления о заполярной столице описывал так: «Из местных культурных мероприятий обращают на себя внимание обильно рассыпанные повсеместно парные будочки. По загрязнению можно судить, что пользуются всеобщими симпатиями. Запоров нет.
- Как же вы пользуетесь ими? Хоть бы веревочки навязали.
- Так и пользуемся. Сидишь и сам караул несешь, заметил в щелочку, что женщина направляется, сейчас даешь окрик».
Это можно было бы счесть анекдотом, рассказанным заезжей знаменитостью, но Меллер свидетельство Гайдебурова полностью подтверждает. «Множество уборных, - вспоминал он, - и во всем сквозит «политика открытых дверей» (двери пошли на топливо)».
Что ж, когда окружающая действительность слишком неприглядна, именно мечта позволяет хоть как-то с ней примириться. «Я не вижу хибарок, - утверждал герой вполне реалистического, посвященного перспективам северной колонизации рассказа «Осипыч», опубликованного тогда же, в 1923-м, в том же «Вестнике Мурмана», - я вижу двадцати-тридцатиэтажные дома, я слышу кипение жизни русского Нью-Йорка, пристань, полную громадных океанских пароходов, гул работы в глубине подземных шахт, выкидывающих из недр земли неисчислимые богатства…»
Если такими словами описывали ближайшее будущее, то уж через сто лет, казалось, и вовсе наступит сплошное счастье.


Счастье по-мурмански
Вернемся к рассказу «В 2023 году». Вот как выглядит счастье по-мурмански: «Посмотрите сюда. Видите - весь квартал занят целым заводом... Здесь исключительно происходит копчение рыбы. А вот там - эти четыре здания - с тысячью людей вызваны к жизни креветками, которых у берегов Мурмана так много, и притом они не уступают по вкусу французским. На другом конце Мурманска находятся громадные отделения, в которых рыба вялится и засаливается... Мы являемся главнейшими поставщиками для всего земного шара рыбьего жира как для лечебных, так и для других целей... Оленьи стада теперь настолько велики, что заготовка мясных консервов является не меньшей отраслью, чем рыбные промыслы».
Гость из прошлого не может прийти в себя от изумления: «Но ведь это сказка, - пробормотал он. - Мне кажется, я сплю и вижу это во сне». Потрясенному телеграфисту показывают железную дорогу. И он восклицает: «Позвольте!.. Ведь это колея моей родной Мурманки!.. Но где же паровозы?.. Где дым родной, который так и сладок, и приятен!..» Леониду - так зовут телеграфиста - с полным сочувствием к его отсталости поясняют: «Мурманка электрифицировалась... Нет больше дымящих паровозов. Электрические поезда с быстротой молнии мчатся из Мурманска в Петроград».
Но окончательно добивает ожившего «целый лес мачт парусных судов и труб океанских пароходов» в мурманском порту. В состоянии близком к обморочному его увозят прочь, и после этого он, не в силах вынести обрушившихся на его голову столь разительных, пусть и прекрасных, перемен, тяжело заболевает.
Тем не менее конец у рассказа счастливый. Леонид находит себя на Северном полюсе. Колонизация там идет полным ходом, но все-таки макушка планеты еще не столь обустроена, как заполярная столица. В финале воскрешенный реликт минувшей эпохи окончательно встраивается в грядущую жизнь и женится на дочери профессора Вавилова Ие. Хэппи-энд, да и только.
Рубильник будущего
Сегодня, когда 2023 год уже не столь далек, казавшееся некогда захватывающим и возвышенным описание будущего нашего края вызывает улыбку. В самом деле, у полета человеческой фантазии тоже имеются пределы, и представления о грядущем формируются непременно в границах, которые определяет реальная жизнь.
Помнится, есть такой старый-старый, еще немой фильм, в котором гениальный ученый запускает ракету на Луну. Самое интересное, как происходит запуск. Гигант мысли со всклокоченной от напряженной умственной работы шевелюрой, с дерзким блеском в глазах подбегает к стене и опускает рукоять громадного, в полкомнаты рубильника. Сверкает молния - ракета отправляется в полет... Вот и нарисованное М. Занд «светлое будущее» тоже чем-то смахивает на этот гигантский рубильник.
Хотя многое ведь угадано. И пусть не трехмиллионным, но почти полумиллионным Мурманск действительно был. Крупнейший в Европе рыбокомбинат существовал до начала 90-х именно здесь. Пусть не «Дворец ученых», но Дворец пионеров стал реальностью. Проспект Ленина по сей день остается центральной улицей. И лес мачт в порту, и огромные заводы, и электрифицированная железная дорога - все воплотилось в жизнь. Вот только всеобщее счастье по-прежнему за горами... Да и судьба выдающегося биолога Вавилова оказалась на самом деле совсем иной, куда более трагичной. Но это уже другая история.
(Продолжение следует.)

Опубликовано: Мурманский вестник от 22.02.2017

Назад к списку новостей

Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,875776,184879,000772,9161
Афиша недели
По следам Роу и Электроника
Гороскоп на сегодня