02.03.2017 / Наш край

Мурман фантастический

8. НА ПОРОГЕ ВСЕМИРНОЙ КОММУНЫ

Фото: из журнала «Всемирный следопыт». 1926 г.
Разгон пассажирского воздушного снаряда на мурманском трамплине.

(Продолжение. Начало в № 240, 245, 1, 5, 10, 15, 19, 23.)
Демонстрации под красными знаменами в Лондоне и Австралии. Баррикады в Париже и Нью-Йорке. Кровопролитные бои между рабочими и полицией в Антверпене и Кейптауне. И как итог - всепланетное государство победившего пролетариата… Мировая революция! Когда-то надеждой на ее осуществление жили многие. В том числе и писатели-фантасты, создавшие немало произведений соответствующей тематики. Действие некоторых из них захватывает Север, Мурманск.


Счастье на штыках
Одна из первых пометок в записных книжках Алексея Толстого, относящаяся к работе над «Гиперболоидом инженера Гарина», включала следующие слова: «Начало - тундра. Ледовит[ый] океан». Роман, ставший классическим, часто переиздававшийся (в 1977 году выпустило его и Мурманское книжное издательство), завершался не только крахом авантюриста Гарина, но и всеобщим восстанием трудящихся, победой революции в Соединенных Штатах Америки. От заполярных идей Толстой в конечном счете отказался. Не то, как знать, пригодился бы ему для чего-нибудь и наш край. Тем более что в реальной жизни мурманчане едва не внесли в мировую революцию свой весомый вклад.


В марте 1920 года с инициативой похода в соседние северные страны выступил председатель Мурманского революционного комитета Иван Александров. «Буржуазия Финляндии и Скандинавии стоит на пороге… быть может, уже окончательного своего развала, - докладывал он губкому РКП(б), требуя довести свои соображения до товарищей из Совнаркома. - Терять момента, пожалуй, не имеет смысла. Моральное давление на классовые сознательные силы уже произведено, революция северного края там нашла эхо в сердцах, пылающих одним и тем же пролетарским огнем. Быть может, теперь он разгорится при небольшом фактическом надавливании».
Вот так. И в сказанном глава Мурревкома был далеко не одинок. Помимо русских большевиков нести за рубеж счастье на штыках собирались проживавшие на Мурмане финны. Некоторые из них были участниками революции в Финляндии и, вынужденно эмигрировав на Кольский Север после ее поражения, мечтали победоносно вернуться на родину. «Местный финский отряд, - сообщал Александров, - сто семьдесят два человека с товарищем Петерсоном во главе… рвутся, охваченные революционным порывом». Существовала надежда и на экспорт диктатуры пролетариата через приграничный норвежский Финнмарк, считавшийся тогда в Стране фьордов очагом коммунистической заразы, центром антибуржуазного заговора. Правительство Норвегии всерьез опасалось создания на севере государства республики, которая объединится с Советской Россией. Впрочем, как выяснилось чуть позже, тревоги были напрасны. Заполярных мечтателей своевременно одернули из Москвы. Поход на Запад через Мурманск не состоялся.
Двухсоткилометровый трамплин
Зато в повести Сергея Григорьева-Патрашкина «Гибель Британии», опубликованной в 1926 году, наш край поспособствовал-таки крушению мирового капитала. Точнее он сыграл роль связующего звена между прогрессивными деятелями Запада и Новой Страной, выросшей из СССР. Представьте себе: конец XX века. Запад задыхается в тисках жесточайшего экономического кризиса. Великобритания на грани революции. Американский репортер Бэрд Ли и англичанин Лонг Ро отправляются в Москву. Их путь лежит через Кольский полуостров, где к тому времени возведено колоссальное двухсоткилометровое сооружение для нового сверхскоростного вида транспорта - трамплина. «Полуночное солнце коснулось глади океана… у берегов Ярфьорда, - повествует автор. - Лонг Ро и Бэрд Ли… взяли воздушный кэб, который быстро домчал их на станцию мурманского трамплина; над гранитными горами Лапландской тундры они увидели постройки и гигантскую спираль трамплина на Москву».
Трамплин, собственно, и представляет собой подвешенную на мачтах громадную спираль из трубчатого проводника, с относительно небольшим - около ста метров в высоту - подъемом в конце и расширением в виде раструба. «Вагон-якорь, подхваченный бегущим магнитным полем и увлеченный им, сначала бежал по рельсам, потом, ускоряя ход, взлетал в трубу, мчался в воздухе по оси трубы и вылетал из ее раструба на волю со скоростью около десяти километров в секунду». Пролетев положенное расстояние, вагоны, именуемые снарядами, улавливались раструбом принимающего трамплина, который гасил их скорость и останавливал, «чтобы потом бросить с легкостью игрока в теннис тысячепудовую махину обратно на расстояние полутора тысяч километров».


Правда, за скорость приходится платить. От последствий почти мгновенного перемещения в пространстве не спасают даже мягкие комфортабельные купе, напоминающие по форме… гробы: «Бэрд Ли в легком обмороке лежал теперь ничком, головой в сторону Мурмана, откуда вагон совершил свой лет. Влияние холодного ветра пробудило пассажиров к жизни, они встали, разминаясь, из своих гробов и выходили в зал прибытия трамплинного вокзала. Надпись гласила: «Станция Москва Великая». Бэрд Ли взглянул на часы: с того момента, как он улегся в гроб на Мурманской станции, прошло всего пять минут».
Сам Григорьев-Патрашкин, по-видимому, однажды побывал на Мурмане или у его берегов. Во всяком случае, в рассказе «Радио на Маре-Сале» он от первого лица излагает подробности плавания на пароходе «Ломоносов» из Архангельска в Вардё. Ну а в финале повести, после рассказа о многочисленных чудесах Новой Страны, атаковавшая ее Британия терпит поражение и начинает переговоры «об унификации мирового хозяйства», а Бэрд Ли со своей возлюбленной отправляется на далекую планету, обозначенную «в звездном каталоге под номером 00345875-678097-А-75».
Интересно, что появление в заполярной столице если не нового вида транспорта, то новой транспортной инфраструктуры было в ту пору вполне возможным. Во второй половине 20-х - начале 30-х шло активное обсуждение связанных с этим масштабных проектов.
Мурманск мог стать конечной станцией Великого Северного железнодорожного пути - магистрали, соединяющей берег Баренцева моря с водными артериями Западной Сибири и далее идущей на восток вплоть до Татарского пролива. На северной окраине города, в Росте, планировалось разместить базу для дирижаблей, доставляющих людей и грузы в труднодоступные районы Арктики.
Наконец, административный центр нашего края предполагалось сделать головным портом Кольского канала, проложенного по внутренним территориям региона. В общем, предвидение Григорьева, пусть и фантастическое, было вовсе не беспочвенным.
(Продолжение следует.)

Опубликовано: Мурманский вестник от 02.03.2017

Назад к списку новостей


Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
57,160263,647967,995265,1866
Афиша недели
Канны: вопросы без ответов
Гороскоп на сегодня