О научных исследованиях в приполюсных районах Земли рассказывает Иван Фролов, директор Арктического и Антарктического НИИ (Санкт-Петербург)

- На совещании в Мурманске правление ОАО "Газпром" подтвердило намерение ввести в эксплуатацию Штокмановское месторождение в 2013 году. Ваш институт тоже будет причастен к его разработке?

- Да, Штокмановское месторождение будет осваиваться и с помощью наших ученых. В последние годы мы проводим по заказу "Газпрома" специальные экспедиции. В дальнейшем, с вводом месторождения, станем обеспечивать эксплуатационников оперативной информацией - сообщать об айсберговой, волновой опасности.

- Для ААНИИ это далеко не первая работа для коммерческих структур. Сколько средств удается зарабатывать самостоятельно и сколько получаете из бюджета?

-- Весь бюджет института около 100 миллионов долларов в год. Что касается науки, то 20 процентов получаем от федерального бюджета, а 80 зарабатываем сами, выполняя хоздоговорные задания для "Газпрома", "Роснефти", "Лукойла", "Севморнефтегаза", "Статойла", "Тоталь", "Шелл", "Бритиш петролеум" и других компаний. Работы выполняем самые разные. Например, даем рекомендации по прокладке трубопроводов. Недавно институт посетила делегация из Кореи с крупнейшей верфи, которая производит 60 танкеров в год. Приезжали к нам за консультацией. Им важно знать параметры окружающей среды в Арктике, поскольку собираются строить суда для этого региона. Что касается научно-исследовательских экспедиций, то они финансируются в основном на бюджетные средства.

- Сейчас многие страны активно занимаются исследованиями в Арктике - США, Канада, Германия, Япония, даже Китай рвется туда. Россия некоторое время мало внимания уделяла ее исследованиям. Удастся ли наверстать упущенное?

- В освоении Арктики, действительно, был десятилетний перерыв. С 90-х годов прошлого века у нас не было дрейфующей станции, но мы ежегодно проводили десятки экспедиций по заказу коммерческих структур. Конечно, обидно, что не вели в это время исследований в Центральной Арктике - сейчас идет климатический перелом, и хотелось бы иметь свежие данные. Но нам помогут коллеги из-за рубежа, поделятся данными за пропущенное время в обмен на те уникальные сведения, которые есть у нас. Я считаю, что мы не отстали, потому что раньше другие страны меньше нас занимались Арктикой. Cейчас мы стабилизировали нашу деятельность и уже вышли на тот уровень, который достаточен для России. В советское время исследования проводилось с запасом. Большие деньги уходили, серьезные экспедиции проводились, но толку было немного, потому что не было международного обмена научными данными. Сейчас действуют международные программы. Мы вкладываем меньше, а получаем гораздо больше.

- "Полярный год" - это комплекс таких программ?

- В последние годы мы резко прибавили в исследованиях, получили средства из федерального бюджета. Это связано, в частности, и с Международным полярным годом, который начался 1 марта 2007-го и закончится 1 марта 2009-го. Многие страны, объединившись, изучают Арктику и Антарктику, согласовывая экспедиционные планы. За этот год мы выполнили то, что раньше выполняли за 10 лет.

- В делении Арктики по секторам, зонам влияния какова роль вашего института?

- Да нет никакого деления Арктики! Здесь лет 50 лет не было таких больших исследовательских проектов, как сейчас. Идут программы, которые доступны всем странам. Поэтому и шум такой. Заинтересованные страны совместными усилиями изучают палеоклимат, то есть то, что было в прошлом, и современные изменения. А что касается запасов полезных ископаемых, то мы нашу кладовую на побережье еще не разработали - лет на сто нам этих богатств хватит. Поэтому я не поддерживаю разговоры о делении Арктики. Наверняка там есть запасы, но, чтобы добыть их, нужна серьезная техника, много денег. И в ближайшие 50-100 лет нам эти запасы не понадобятся.

- А российский флаг на дне Северного Ледовитого океана? Ведь с него и началась "война" за Арктику между Россией, США, Норвегией, Данией и Канадой.

- Разумеется, я горжусь теми, кто его установил. Но когда разговариваю со своими западными коллегами, не ощущаю никакой "войны". Есть интересная работа, которая дает хорошие результаты. "Война" идет только на газетных полосах.

- Сейчас все внимание переключилось на Арктику. Антарктика стала менее интересна?

- Нет, просто работа там стабилизировалась раньше, но исследования ничем не уступают тем, что идут в Арктике. В 2008 году из федерального бюджета на изучение Антарктиды выделено около миллиарда рублей. Пять наших станций работает здесь. На подходе суперпроект - бурение озера Восток, которое находится под 3,5 километрами льда. Мы уже подошли к самому озеру - пробурили на 3,5 километра в глубь ледника, получили керны. Увидели, какие изменения климата там происходили за последние 450 тысяч лет. Они значительно больше, чем за последние 100 лет. Сейчас за 100 лет температура изменилась на 0,6 градуса, а за тот период - на 15-20 градусов.

- До озера Восток осталось пройти несколько десятков метров. Проникнуть в него вы планируете в 2009 году. Каких результатов ждете?

- Сразу на десятки миллионов лет мы проникнем в глубь истории планеты, узнаем, что происходило с климатом. Эти данные могут сыграть важную роль в построении сценария естественных изменений климата. Пробы воды и льда озера Восток представляют огромный интерес для биологов, ведь этот водоем несколько миллионов лет был изолирован от атмосферы Земли, и организмы, находящиеся там, могли развиваться по особым законам эволюции.

- Но есть опасения со стороны ряда западных ученых, что вы нарушите в этом районе экологию.

- Некоторые опасаются, что мы загрязним озеро, некоторые просто завидуют... В Горном институте создана технология, которая практически полностью исключает проникновение в воды озера керосина и фреона, главных составляющих буровой смеси. На всех международных форумах мы ее защитили. Сейчас оборудование проходит испытания в Горном институте.

- А каковы в целом масштабы международных исследований в приполюсных районах?

- В Арктике наиболее активно ведут исследования - Россия, США, Канада, Норвегия, Германия и некоторые другие. Дрейфующая на льдине станция есть только у России. Примерно 40 стран принимают участие в исследованиях Антарктики. Всего там действуют 64станции. Россия имеет четыре постоянных и одну сезонную, по столько же Великобритания и Чили; Аргентина - шесть, США - четыре постоянных... Согласно договору об Антарктике, любая страна в научных целях имеет право создать свою станцию южнее 60 градусов южной широты. И такие работы идут. Правительство Германии вкладывает 26 миллионов евро в строительство новой станции, использующей наиболее современные и экологически чистые материалы, ранее применявшиеся только в космических технологиях, - в нынешнем году она заменит их "Невмейер-2". Вскоре начнется строительство бельгийской - "Принцессы Елизаветы", которая будет получать энергию от солнечных батарей, расположенных на крыше, а также от ветровых турбин. К 2009 году Китай намерен построить станцию "Дуся". Она станет третьей для этой страны, но первой в мире, находящейся в самом высоком районе Антарктики.

- 2,5 миллиарда рублей из бюджета выделено на строительство нового научно-исследовательского судна взамен "Академика Федорова", которому исполнилось 20 лет. Что вы можете сказать по этому поводу?

- Параметры судна будут примерно такие же, как у "Академика Федорова". Проект разработан в ЦНИИ имени Крылова. Мы планируем спустить его на воду в 2010 году, так что какое-то время у нас будут работать два научно-исследовательских судна. Создан новый корабль науки специально для Антарктиды, но летом мы сможем задействовать его и в Арктике.

Фото: Соснов Юрий
Фото: Соснов Юрий
Фото: Соснов Юрий
Фото: Соснов Юрий
Фото: Соснов Юрий
Фото: Соснов Юрий
Фото: Соснов Юрий
Фото: Соснов Юрий
Подготовили Эльви УСМАНОВА, Виктория КУЦЕНКО.