22.01.2011 / Наш край

Ключевая фраза

Корнелий Баздеров.

Глубокая осень 1941 года. Мне семнадцать с половиной лет, я еще учусь в средней школе и занимаюсь в студии при Астраханском театре. Занятия идут нерегулярно, время трудное - война. Названия пьес на афишах театра говорят сами за себя: «Ключи Берлина», «Осада мельницы», «Фельдмаршал Кутузов».

Готовится очередная премьера - «Полководец Суворов». Мы, студийцы, бегаем в массовках, изображаем «народ» или солдат враждующих армий, или в лучшем случае персонаж с двумя словами - «Кушать подано».

Есть в пьесе эпизод - «Чертов мост» называется. В бревенчатом домике Суворов ведет совещание с офицерами, вдали грохочет перестрелка с неприятелем. Кругом заснеженные горы до небес. Альпы! Репетиция идет туго, режиссер нервничает, артисты тоже.

По ходу действия нужен солдат, который вбегает в домик и говорит одну фразу: «Чертов мост взорван!» Помощник режиссера зовет студийцев на сцену. Выходим, стоим рядком человек пять-шесть, худые, тонкошеие. Посмотрел на нас постановщик, покачал головой, ткнул пальцем в мою сторону, сказал, что по такой-то реплике войдешь в домик и скажешь громко: «Чертов мост взорван».

- Смысл ясен?

Конечно ясен, еще бы!

Жду реплику, наконец вот она. Вхожу и говорю, как мне кажется, громко и внятно, что де Чертов мост взорван.

- Что ты там пищишь?! - кричит режиссер. - Ты же пришел не к своему приятелю договариваться, когда пойти на танцы! Принес боевое донесение самому Суворову! Ты бежал чуть не целую версту сюда, лез через какие-то обледенелые завалы, острые камни, едва не свалился в пропасть! Вспомни картину Сурикова. Тебе сорок пять лет, а не семнадцать, ты устал, бежишь из последних сил, чтобы срочно сообщить эту весть. Ключевая фраза в спектакле! Ключевая! После нее полководец принимает важное, оригинальное решение! И одерживает еще одну победу!! Понял?!

- Понял, - ответил я и пошел за кулисы готовиться к повторному выходу.

В закулисье набегался, напрыгался, наприседался. Держу в уме картину Сурикова… Подошла реплика. Распахиваю дверь, вбегаю, дышу тяжело, плечи поднимаются-опускаются, грудь тоже («бежал чуть ли не версту»), а в голове одна картина Сурикова… и больше ничего. Пауза. Стою, хлопаю глазами и молчу!

Артист, игравший Суворова, медленно поднялся из-за стола, посмотрел немигающими глазами в мои мигающие и как гаркнет своим Иерихоном:

- Да говори же ты хоть что-нибудь!

Вернул меня с заоблачных высот на землю. Вдруг куда-то исчезла картина Сурикова, и ясно, четко возникла нужная фраза. И я, набрав грудью как можно больше воздуха, крикнул:

- Черт..! - но тут как будто чья-то рука изнутри сжала горло, связки - и ни туда, ни сюда, никакого звука, один хрип, писк и что-то совершенно нечленораздельное, вылившееся в звук последнего слова фразы: - ...ван!!

Наступила, как пишут в романах, зловещая тишина. Все смотрят на меня, а я проваливаюсь и лечу в какую-то бездонную пропасть...

Режиссер, помолчав, тихо сказал как бы сам себе:

- И названия какие-то страшные - Чертов мост, Дьяволов палец, Сатанинское ущелье…

А у меня в это время в голове: «Да, это тебе не два слова - «кушать подано». А целых три - «Чертов мост взорван!» Ключевая фраза!»

Думал, снимут с роли... Нет, оставили.

Пожалели, наверно!

Публикации по этой теме:

Страничка нерожденной книги "Мурманский вестник" от 22.01.2011

Корнелий БАЗДЕРОВ

Опубликовано: Мурманский вестник от 22.01.2011

Назад к списку новостей

Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,377275,225378,750572,3954
Афиша недели
По следам Роу и Электроника
Гороскоп на сегодня