13.02.2016 / Наш край

Кандалакшские африканцы

Фото: Лев Федосеев

Можно долго слушать о миграции с Ближнего Востока в Европу и рассуждать, а так ли уж велик ее масштаб. А можно, как говорится, один раз увидеть. Сегодня для этого достаточно приехать в Кандалакшу и пройтись по центру города.

Расположенная в сотне метров от здания районной администрации гостиница сама по себе не сильно привлекала бы внимание. Если бы вокруг не было людей всех темных оттенков кожи - от светло-коричневого до иссиня-черного.

Одни сидят в старых автомобилях с ржавчиной на крыльях и трещинами на окнах, другие курят у заднего входа, топча снег надетыми на босые черные ноги шлепанцами, третьи несут пузатые пакеты с логотипами ближайших супермаркетов. Кто-то, пардон за подробности, бегает справлять нужду за угол ближайшего сарая, видимо, еще не успев заселиться в номер с удобствами. И все это происходит на фоне сугробов, заиндевевших берез и свисающих с крыш пятиэтажных хрущевок огромных сосулек.

Такой тихая заснеженная Кандалакша стала в начале нынешнего года, переняв роль транзитного центра у Никеля. Кольское Заполярье оказалось в гуще миграционных процессов летом прошлого года. Именно тогда на Мурманск накатила первая волна выходцев из Сирии, ищущих спокойной жизни в Евросоюзе. Как оказалось, путь через нашу область гораздо дешевле, чем через Италию или Балканы. Сначала это были десятки, потом сотни людей.

Апогеем стал ноябрь, когда в отдельные дни границу с Норвегией в пункте пропуска «Борисоглебский» пересекали более 200 человек. При этом постепенно сирийцев становилось все меньше, а их место заняли граждане двух десятков стран: Бангладеш, Индии, Пакистана, Палестины, Афганистана, Ливии, Ирана, Ирака, Египта, Йемена, Конго, Гвинеи, Кот-д'Ивуара, Гамбии и других.

Но возможности пограничников, да и Норвегии в целом оказались не безграничны, и после введения ряда ограничений ворота в Северное Королевство существенно сузились, а очереди на пересечение границы выросли. Поэтому постепенно Никель стал для беженцев местом жительства на многие дни и недели. А когда въезд в Норвегию практически был перекрыт, арабский поток повернул на юг области - к КПП «Салла» на границе с Финляндией.

Очереди там образовались почти сразу, потому что пограничники Суоми в день пускали не более 10-15 человек. Сначала мигранты жили прямо в машинах. Отогнать от заветной черты их не смогли даже 35-градусные морозы. Но после настойчивых рекомендаций местных властей они перебрались в Кандалакшу, в две гостиницы. И теперь очередь формируется прямо в гостиницах: счастливчики на нескольких машинах отправляются в «Саллу», вновь приехавшие «встают в хвост». И живут здесь в ожидании своего счастливого дня неделю-две, готовя к поездке свои авто, о которых стоит рассказать отдельно.

Машины нужны мигрантам, чтобы пересечь границу: по закону пешком этого делать не дозволяется. А на уловку с велосипедами, на которых тысячи беженцев укатили из Печенгского района в Норвегию, пограничники Суоми не повелись. Только на автомобиле - и точка.

Машины мигранты, естественно, покупают самые дешевые, устанавливая рекорды минимальных цен. По рассказам, некоторые отдают за железного коня не более 20 тысяч рублей. Хотя, по сути, это покупка за дешево является дорогой арендой. На авто беженцам надо проехать менее 200 километров от Кандалакши до «Саллы», после пересечения границы машины, как правило, бросают прямо за КПП.

Некоторые, правда, решаются на более серьезные путешествия. Возле гостиницы в Кандалакше я встретил пятерых студентов из Гамбии на стареньком «Опеле» с московскими номерами. Оказалось, они купили его в Москве, где ранее учились, за тысячу долларов, и прямо на нем приехали в Заполярье.

Как поведала хозяйка одной из гостиниц, приютившей мигрантов, ведут гости себя спокойно и тихо. Выпивать большинству из них не позволяет вера. Народные праздники песнями и танцами они не отмечают. Даже кальянам предпочитают обычные сигареты, которые курят на улице у черного входа. На прогулку выходят нечасто - в основном за продуктами: такую настоятельную рекомендацию они получали от властей и полиции. Одеты неброско - в интернациональные спортивные костюмы и пуховики.

О национальной кухне им тоже на время пришлось забыть. Готовить в гостинице нельзя, поэтому питаются в кафе или покупают готовые продукты в окрестных супермаркетах. Популярны у них картошка фри, курица гриль и лапша или пюре быстрого приготовления. К слову, в Никеле было и того проще: беженцы скупали чипсы и печенье.

Сейчас мигрантов в Кандалакше около двухсот человек. Для небольшого, не очень привыкшего к наплыву гостей города это почти предел. Местные власти говорят, что если поток будет и дальше расти, могут возникнуть проблемы с размещением, да и местные жители вряд ли будут этому рады. Но пока граждане стран Ближнего Востока и Африки продолжают прибывать, меняя привычную жизнь Кандалакши. А за ней - Европы и мира.

Когда верстался номер

Андрей ИВАНОВ, глава администрации Кандалакшского района:

- У нас есть мигранты, но особой проблемы в этом я не вижу. Ситуация и в Кандалакше, и в районе нормальная. Проблем нет. Мигрантов действительно много, но ведут себя хорошо. Того, что нам показывают иногда центральные каналы, у нас нет.

Виктор ИЛЬИН

Опубликовано: Мурманский вестник от 13.02.2016

Назад к списку новостей

Еще по теме

Комментарии

comments powered by HyperComments
Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
58,099369,678574,436773,1158
Афиша недели
В Мурманске - свой Торонто
Гороскоп на сегодня