28.05.2016 / Наш край

Край - не рай

Фото: Лев Федосеев

Знакомство с особенностями Шпицбергена для нас - десятков российских, норвежских и финских журналистов, пресс-тур которых на архипелаг задумала и провела международная организация «Баренц-пресс» - началось уже в аэропорту Осло. Высоченный китаец пытался выяснить у стоящих в международном коридоре пассажиров, нужна ли на Шпицберген специальная виза. Это ведь территория Норвегии, и рейс, получается, внутренний.

Ему объяснили, что здесь, в аэропорту Осло, заканчивается Шенгенская зона, поэтому в паспорте и ставится штамп. Нам бы обратить внимание на треволнения путешественника-новичка, но мы пропустили его слова мимо ушей, о чем впоследствии пожалели.

Грумант - так называли Шпицберген поморы, в Норвегии этот архипелаг зовут Свальбард. Споры о том, кто открыл его первым, не утихают по сей день, но официально это сделал близкий северному сердцу голландец Виллем Баренц в 1596 году. Он-то - за остроконечные вершины - и назвал эту землю Шпицбергеном.

По Парижскому договору 1920 года, подписанному без участия нашей страны, и дальнейшим международным соглашениям земля эта норвежская. В трудные для Советской России времена пришлось обменять неравные условия на официальное признание СССР страной-соседкой.

Хозяйственную деятельность под чутким взором Северного королевства здесь могут вести более 40 стран, присоединившихся к трактату 20-го года, который определяет международно-правовой статус архипелага до сих пор. Последней в январе 2016-го к трактату присоединилась Северная Корея. Но пальма первенства все-таки принадлежит Норвегии и России. Противоречия, конечно, есть, но и в годы холодной войны, и сейчас сотрудничеству ничто не может помешать. В этом уверен фанат архипелага, гуру норвежской журналистики Арне Холм.

- Норвегия решила поддержать Евросоюз в санкциях против России, тем не менее сотрудничество русских и норвежских властей на Свальбарде только усиливается, да и на материковом Севере мы продолжаем взаимодействие как обычно. Я не думаю, что у нас много проблем в области рыболовства. У нас хорошо получается вместе заботиться о рыбе, - утверждает Арне.

Наши рыбаки, правда, думают несколько иначе. Считают, что единых правил регулирования рыболовства и регламента проверки судов пока нет. О чем на встречах и лекциях подробно говорил председатель Координационного совета ассоциаций, объединений и предприятий рыбной промышленности Северного бассейна Вячеслав Зиланов, приглашенный организаторами в качестве консультанта по теме российско-норвежского рыбного сотрудничества. Он, к нашему большому удовольствию, то и дело вносил «живинку» в общий разговор:

- Нужно разъяснять свою позицию и добиваться, чтобы наказания для наших судов при нарушении правил рыболовства были соизмеримы с тем ущербом, который наносится, и рассматриваться эти нарушения должны российским судом, поскольку сами корабли под российским флагом. Тем более что Россия не признает двухсотмильную рыбоохранную зону.

Надо сказать, установленная Норвегией двухсотмильная рыбоохранная зона сыграла с самим Свальбардом злую шутку. Все поселения - и российские, и норвежские - на архипелаге росли вокруг угольных шахт. После резкого падения цен на уголь они стали нерентабельны, и теперь надо переориентироваться на другие отрасли, в первую очередь научную деятельность и туризм. Но добытые в море и на суше биоресурсы напрямую поставлять в тот же Лонгйир нельзя, все идет возвратом через Большую землю.

- Туроператоры рады бы развивать гастрономический туризм, который во всем мире пользуется гигантской популярностью, да не могут. Нужно специальное разрешение норвежского правительства, - объясняет нам генеральный менеджер туристической компании Ронни Брунвол.

Цены на свежие продукты питания заоблачные. Зато в беспошлинной торговле в три раза дешевле, чем на материке, сигареты и алкоголь. Последний, правда, для местных по специальным карточкам, чтобы не злоупотребляли. Пьют здесь, сокрушается норвежское статбюро, намного больше, чем на Большой земле.

Люди в этой вечной мерзлоте, без всякого намека на деревья, долго стараются не задерживаться, край - не рай. В среднем работают по 7 лет. Из 10 постоянных жителей, а такими считаются те, кто остается на срок более полугода и могут сами о себе позаботиться, шестеро - мужчины. Женщин с высшим образованием почти половина. Стариков после 70 практически нет.

Хоронить тут нельзя, рожать тоже. Будущих мамочек загодя отправляют на континент. Большинство иностранцев - граждане России, Швеции, Таиланда. Последние работают в сфере услуг и, похоже, по жаркому солнцу не сильно скучают. Душу греют норвежские кроны, впрочем, как и русским, и украинцам, которых в Лонгйире немало среди барменов, таксистов, продавцов.

Главная достопримечательность и символ архипелага - белый медведь. Проще всего его увидеть, конечно, в местном музее. К поселкам хищников не подпускают, стараются усыпить и вертолетом переправить на безлюдные острова. Одного такого отправили за день до нашего приезда, что стало самой популярной новостью в местной газете.

После запрета на отстрел популяция повелителя Арктики увеличилась до 3 тысяч голов и порядком превысила количество людей - 2600. Каждый год в среднем все-таки погибает 3-4 медведя из-за травм или болезней, реже их убивают в целях вынужденной самообороны. В университете Свальбарда, где познают арктические науки студенты из разных городов мира, в том числе и мурманчане, первым делом их учат пользоваться ружьем и выдают право на его ношение. Все туристические группы здесь сопровождают вооруженные гиды.

Один из самых популярных маршрутов - российский Баренцбург, куда наша журналистская братия отправилась на снегоходах - самом главном для островитян средстве передвижения.

К сожалению, я хоть и родилась не в понедельник, но 130 километров на техническом чуде самостоятельно пройти побоялась. Пришлось Льву Федосееву брать меня пассажиром, пристроить за рюкзаком с оборудованием и, вместо того, чтобы запечатлевать мгновенья прекрасного, как ему и положено по судьбе и службе, периодически рычать: «Лена, давай жми вправо!» или « влево» - в зависимости от того, в какую сторону мы намеревались свалиться.

В российском Баренцбурге все по-прежнему вращается вокруг треста «Арктикуголь», который, шагая в ногу со временем, образовал специальный туристический департамент. С перспективами развития туризма нас познакомил административный менеджер, бойкий петербуржец Иван Величенко:

- Перспектива для развития туризма здесь, у нас в Арктике, просто безграничная. В поселке Баренцбург, также и в Пирамиде только и делаем, что развиваемся. Из России в год около 400 человек принимаем, а то и до 500, не говоря о европейских туристах, которых намного больше. В общем, поле непаханое...

Тем, кто жаждал попасть в законсервированный социализм, приходится мириться с изменениями. Хотя и бюст Ленина, и знаменитая стела «Наша цель - коммунизм» в полной сохранности. Однако поселок преображается: повсюду ремонтируют дома, улучшают условия жизни русских и украинских шахтеров, которые здесь традиционно работают. Правда, если раньше их было несколько тысяч, то теперь меньше 500.

Экскурсантов в шахту водит Константин Чекулаев, в недавнем прошлом шахтер из Луганской области. Говорит, теперь его дом здесь, возвращаться с женой и сыном некуда да и пока незачем. Ни родины, ни флага. Украинцев сейчас в Баренцбурге да и на всем Шпицбергене больше, чем русских. Противостояния нет, но больные темы стараются не затрагивать.

Есть в поселке бассейн, маленькая свиноферма, школа, часовня в память о 128 погибших в авиакатастрофе в Лонгйире в 1996 году горняках. Батюшка приезжает из Осло, сам с запада Украины, но, как говорят прихожане, настроен пророссийски.

Наведывается в Баренцбург и сюсельман - губернатор Шпицбергена, полномочия которого распространяются на весь архипелаг и 12-мильную зону территориальных вод. Он же, вернее она - Кьестин Оскот, возглавляет местную полицию, организует спасательные операции, регистрирует браки и разводы, выдает визы. Считает, что с российской стороной налажен хороший диалог, контакты регулярные, кризисы и санкции не отразились на Свальбарде.

Встречаясь с сюсельманом, мы и не подозревали, что очень скоро вспомним о ее праве оформлять визу. Перед вылетом обратно в Осло выяснилось, что у одного из нас - разовый въезд в зону Шенгена, и эту возможность журналист уже использовал. Выходов два: сидеть ждать оформления новой в Лонгйире или лететь вместе со всеми, не ведая, что с тобой будет в Осло.

К счастью, все обошлось. Полиция аэропорта отнеслась к нечаянному нарушителю режима на удивление бережно и после 10-часового ожидания оформила ему экспресс-визу.

Елена БЕЛКИНА

Опубликовано: Мурманский вестник от 28.05.2016

Назад к списку новостей

Комментарии

comments powered by HyperComments
Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
57,511867,892772,079970,4646
Афиша недели
Конец света на любой вкус
Гороскоп на сегодня