28.10.2004 / Политика и власть

Владимир Селин: "ДАЖЕ В УСЛОВИЯХ НЕЗНАЧИТЕЛЬНЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ НУЖНО СТАРАТЬСЯ ДЕЛАТЬ КАК МОЖНО БОЛЬШЕ..."

С первого сентября в Мурманской областной думе стало одним депутатом, работающим на освобожденной основе, больше. Решение полностью сосредоточиться на парламентской деятельности принял заместитель председателя комитета по бюджету, финансам и налогам Владимир Селин. (До этого он совмещал депутатскую работу с руководством Институтом экономических проблем Кольского научного центра РАН.) Этот факт послужил отправной точкой нашей беседы о десятилетнем пути становления российского парламентаризма.

- Владимир Степанович, вы - ученый, доктор экономических наук, профессор. Я не знаю, является ли политика наукой, но в любом случае между деятельностью профессионального политика и занятием академической наукой существует огромная разница. Насколько комфортно вы себя чувствуете в новой среде и почему решили оставить институт?

- Вообще говоря, эта среда для меня не совсем новая. Я не всегда был чисто академическим ученым, оторванным от всякой практики. До этого я лет пятнадцать занимал должность начальника финансового отдела. Правда, тоже в Кольском научном центре. Но мои обязанности не имели непосредственного отношения к науке. Приходилось заниматься не только финансами институтов, но и опытными производствами, автобазой, жилищно-коммунальным хозяйством, больницей и тому подобным. Кроме того, я два года был депутатом областного совета - перед тем, как его распустили. Да и в думе нынешнего созыва уже отработал два с половиной года, правда, на неосвобожденной основе. То есть необходимый опыт у меня имеется.

Что до института, то это непростой вопрос. Мое решение обусловили несколько факторов. Во-первых, у нас растет молодежь. И наступает какой-то момент, когда надо для себя выбирать, нужно ли снова переизбираться. Должность директора института - тоже выборная, а у меня как раз заканчивался пятилетний срок. Причем, может быть, технические науки меньше зависят от наших реформ - физика, знаете ли, остается физикой, - а вот гуманитарные, особенно экономика, политология, социология, они очень резко изменились. И хотим мы того или нет, но стереотип мышления у тех, кто основную часть жизни проработал в той, прежней системе, остается. Поэтому я посчитал, что надо дать дорогу молодым.

Во-вторых, у меня не очень получалось совмещать основную работу с депутатской. Решил, что теперь два года поработаю в думе. Тем более что здесь очень широкое поле работы для экономиста - в 2005-2006 годах должны быть радикально перестроены межбюджетные отношения в Мурманской области.

А наукой можно заниматься везде. И, может быть, сейчас у меня будет даже больше времени для этого. У директора института не так много возможностей для научной деятельности. Как бы он ни хотел, а восемьдесят процентов времени уходит на административные дела: финансы, персонал, организацию конференций, издание книг... Да, остальные их пишут, а он выпускает.

Все это вместе перевесило. Хотя я не исключаю, что в институт еще вернусь. Я остался там главным научным сотрудником. За мной сохранилось мое направление - макроэкономические проблемы Севера. Думаю, мои работы в этой сфере еще пригодятся.

- Парламентаризм в новой России пока делает первые шаги. Десять лет - не такой уж большой срок. Как вы считаете, структура нынешней областной думы уже сформировалась? Это работоспособный орган?

- Если говорить о численности, то 25-30 человек для законодательного собрания региона - оптимальное число. Именно такой количественный состав делает его работоспособным.

Хорошо, на мой взгляд, и то, что в следующем созыве половина депутатов будет избираться по партийным спискам. Партийная составляющая оставит меньше возможностей для неконструктивной деятельности отдельных депутатов. В думе будет две или три группы. От компромисса между ними в значительной степени станут зависеть решения по тем или иным вопросам. Работа в любом представительном органе - это поиск компромиссов. И чем эффективнее разработан механизм этого поиска, тем эффективнее, плодотворнее работает представительный орган. В принципе, тенденция к этому видна уже и сейчас.

- И все же вопрос о том, должен ли депутат быть независимым или он должен работать во фракции, группе, является спорным. Есть активные сторонники обоих вариантов. Доводы и тех и других в равной степени убедительны. Вы, насколько я понимаю, сторонник объединения с коллегами?

- В общем, да. Уверен, что независимых депутатов вообще не существует.

- Сначала вы входили в группу "Народный депутат Мурмана". Потом из нее вышли. Почему?

- Я вошел в группу, потому что был членом Народной партии России. Причем если большинство участников группы вступили в эту партию уже после своего избрания в думу, то я состоял в ней до этого. В свое время идеи партии показались мне и некоторым сотрудникам нашего института интересными. И мы в нее вступили. Я присутствовал на первых учредительных съездах...

Но затем оказалось, что принципы, декларируемые Народной партией, весьма плохо согласовывались с практикой. А кроме того, поскольку я работал в думе на неосвобожденной основе, мне трудно было влиять на работу группы, доказывать свою точку зрения. Когда я приезжал на заседания думы, решения в группе давно были приняты. Можно было, конечно, проголосовать против - это не возбраняется, - но повлиять было невозможно. Сочтя это положение не совсем нормальным, я около года спустя вышел и из группы, и из партии.

- Теперь вы входите в группу "Единый Мурман". На мой взгляд, она не очень заметна в думе. Некоторые считают, что причина кроется в том, что до последнего времени из пяти членов группы только один - Людмила Зажигина - работал на освобожденной основе. Теперь вас двое. Группа станет активнее? Или она и раньше была такой, просто я не замечал?

- Наверное, мы постараемся активизировать нашу работу. Хотя мы и прежде согласовывали решения по ключевым вопросам, постоянно оказывали друг другу помощь в законотворческой работе. Пяти голосов, конечно, недостаточно в случае, если большинство депутатов с нами не согласны. Но консолидированное мнение пяти человек тоже создает определенный эффект приближения к рациональному решению.

Замечу, что группа создана не на партийной основе. Она не носит фракционного характера. Просто есть желание объединить усилия. В том числе и при работе в избирательных округах. Может быть, как раз там наша работа более заметна.

- В последнее время государство активно выстраивает вертикаль исполнительной власти. Но и власть законодательная должна иметь четкую структуру, преемственность. По статистике лишь около трех процентов инициатив, поданных из регионов, доходят до Президента. Остальные либо зависают в Госдуме, либо вообще не рассматриваются. Ну не обидно ли?

- Действительно, связка между центром и регионами здесь достаточно слабая. Сигналы и законотворческие инициативы из субъектов Федерации редко находят понимание на уровне Федерального собрания. Но, как мне кажется, в этом есть и объективный момент. Страна у нас очень большая. И очень разноплановая. Я имею в виду уровень экономического развития, социальные процессы, религиозный и национальный факторы. Скажем, 17 регионов поддержали какую-то инициативу. Это очень много. Но, с другой стороны, их у нас 89. И, может быть, остальным эта инициатива не важна.

Возьмем вопросы, связанные с природопользованием. Их регулирование фактически изъято у субъектов Федерации. 80 или 90 процентов квот на биоресурсы делятся в Москве без их участия. То же происходит и с минерально-сырьевой базой. Все лицензионные и конкурсные комиссии созданы на уровне федеральных органов. Эта проблема волнует все регионы. И тут же оговорюсь: все, в которых есть эти ресурсы. А таких не так и много.

Или северные льготы. Надо понимать, что на Севере проживает менее 10 процентов населения страны. Основная часть депутатов Госдумы далека от этих проблем. И то, что так долго удается отстаивать законы о государственных гарантиях и компенсациях для северян и об основах социально-экономической политики на Севере, результат очень напряженной работы депутатов всех уровней, представляющих эти регионы.

- Давайте теперь поговорим о связке между депутатами и их избирателями. Был недавно в одном из городов области. Сразу оговорюсь, это не Апатиты, где избирались вы. Так вот, в разговоре с коллегами зашла речь о том, кто представляет их округ в областной думе. Знаете, даже с фамилией депутата возникла заминка. А уж его имени-отчества и вовсе не вспомнили. Так и должно быть?

- Нет, не должно. Но при этом надо смотреть на ситуацию объективно. У меня лично законотворческая деятельность вызывает гораздо меньше неудовлетворения, чем работа с населением в округе. Не стану скрывать: хорошо, если удается помочь одному из трех обратившихся.

- Это тоже серьезная цифра. Ведь для каждого человека его вопрос - главный...

- Верно. И все же... Но столь низкая результативность связана с тем, что вопросы населения решать очень сложно. С чем в основном приходят люди: коммунальные проблемы (трубу проравало, крыша течет), трудоустройство, особенно молодежи, много сложностей с паспортным режимом, гражданством (законодательство в этой сфере достаточно запутано)... У депутата очень мало инструментов для решения подобных вопросов. По существу, просто приходится самому ходить куда нужно, просить, потом напоминать, опять просить.

Наверное, подобная работа могла бы быть эффективнее, но я не вижу для этого возможностей. Исполнительная власть всегда больше связана с практическими нуждами людей. Но она имеет для этого и гораздо больше инструментов. А у представительной ветви власти и функции другие - контроль, создание нормативной базы...

- Кстати, о нормативной базе. Насколько глубоко она проработана в нашем регионе? Какие важные законы, касающиеся экономического блока, который вам, безусловно, ближе всего, уже приняты и действуют, какими вопросами предстоит заняться в ближайшем будущем?

- Я считаю, что у нас в области достаточно подробно разработаны вопросы бюджетного процесса. Сейчас идет активный поиск устраивающего все стороны варианта взаимодействия регионального и муниципальных бюджетов.

Но бюджет - это всегда дележ уже имеющихся средств. Главное же - создать базу для того, чтобы поступающих туда налогов было как можно больше. В немалой степени решение этой задачи связано с развитием бизнеса. И здесь нам всем есть над чем работать. У нас до сих пор не создан региональный фонд развития. Есть фонд потребления. А адресная инвестиционная программа в Мурманской области пока только формируется. Вместе с федеральной частью она составляет всего около 200 миллионов рублей (без дорожного фонда). Это 2-3 процента от областного бюджета, что не дает возможности воздействовать даже на малый и средний бизнес, создавать инвестиционно-правовое поле.

Что касается крупного бизнеса, то наиболее значимыми проектами в ближайшем будущем должны стать развитие транспортного узла и разработка шельфа. Причем желательно осуществить стратегический прорыв, добившись строительства на нашей территории нефтеперерабатывающих предприятий. Их вклад в бюджет области был бы соизмерим с налоговыми поступлениями от Кольской ГМК. Я уже не говорю про новые рабочие места, инфраструктуру и прочее.

- Но ведь для усиления экономической привлекательности региона у областных законодателей очень мало нормотворческих инструментов? Все решается в федеральном центре.

- Это, конечно, так. Но даже в условиях незначительных возможностей нам нужно постараться сделать как можно больше. Надо создавать благоприятный психологическикй климат, совместной работой доказать, что у нас сильный союз всех ветвей власти. Для инвестора очень важен имидж региона. В рейтинге инвестиционных рисков мы входим в первую двадцатку наиболее привлекательных российских регионов. Ситуация у нас в целом весьма стабильная.

- Сейчас бурно обсуждается инициатива Президента о замене прямых выборов губернаторов фактически их назначением главой государства. Я не беру сейчас в расчет политическую составляющую. Но как, по вашему мнению, скажется подобное изменение на экономике области, если, конечно, вообще скажется?

- Влияние на губернаторов со стороны вышестоящей власти, безусловно, усилится. Но исторически России, и это не секрет, никогда не были свойственны демократические тенденции. И раньше, до 1917 года, губернаторов назначали. Вопрос в том, как сейчас это повлияет на жизнь населения.

Если вертикаль власти будет выстроена с соответствующим финансовым обеспечением, это благоприятно повлияет на ситуацию в регионах. В настоящее время государство накопило триллион рублей в виде стабилизационного фонда и профицита федерального бюджета. Добавьте к этому золотовалютный резерв в 70 миллиардов долларов. Это еще два триллиона.

При этом все субъекты Федерации вместе взятые имеют бюджет в два триллиона. То есть у государства сейчас намного больше денег, чем у регионов. А откуда взялись эти деньги? Они появились из-за того, что где-то что-то недофинансировалось.

Если после завершения перестройки вертикали власти эти деньги будут направлены в субъекты, если в них будет создано финансово-правовое поле для нормального обеспечения федеральных и региональных законов, это укрепит власть на местах.

Я не исключаю, что через некоторое время бюджетный федерализм и вовсе трансформируется в некий сметный принцип, когда все деньги будут собираться в федеральном центре, а потом распределяться пропорционально численности населения по регионам. С учетом, естественно, их особенностей. Скажем, у нас потребительская корзина раза в два дороже, чем во многих других краях и областях. Это нужно иметь в виду.

Подобный механизм может оказаться не менее эффективным, чем нынешний. При этом он будет более справедливым. Ведь, независимо от того, есть ли в регионе собственные значительные источники доходов или нет, ему нужны деньги для обеспечения нормальной жизни населения.

- Опять вернуться к уравниловке?

- А разве главная цель государства не состоит в том, чтобы все его население жило одинаково? Оговорюсь: одинаково хорошо. Сейчас бюджетная обеспеченность в шести-семи регионах-донорах (Ханты-Мансийский, Ямало-Ненецкий автономные округа и так далее) в два с половиной раза выше, чем в Мурманской области, и в шесть раз выше, чем, скажем, в Псковской. И я не уверен, что это нужно. Ведь это происходит не потому, что люди там так хорошо работают. Просто по воле природы на их территории оказались огромные природные богатства.

Но государство должно обеспечить равные условия всему населению, способствовать выравниванию (естественно, в сторону повышения) уровня его жизни во всех регионах. Все россияне имеют равное право на качественное медицинское обслуживание, образование, обустроенность их населенных пунктов. Например, в ФРГ и США очень большие деньги направляются в рамках федеральных программ на развитие отстающих субъектов.

- И последний вопрос. Он касается ближайших перспектив. Речь идет об областном бюджете на 2005 год. В своем недавнем докладе о социально-экономической и общественно-политической ситуации в Мурманской области губернатор назвал его напряженным. Реформа межбюджетных отношений изменила принципы оплаты труда бюджетников, определила новую систему поддержки льготников, заменив натуральные льготы ежемесячными денежными выплатами. Что ждет нас в будущем году?

- Действительно, изменен большой пакет федеральных законов. И очень много расходных обязательств переданы на бюджеты субъектов Федерации. В том числе и такие дорогостоящие вопросы, как зарплата бюджетников, льготы ветеранам, пособия на детей. Все это усложняет принятие областного бюджета 2005 года.

Мы пока не знаем его параметры. Но в первом чтении принят бюджет федеральный. В нем почти на 60 миллиардов рублей сокращена доходная часть бюджетов субъектов. И это при столь резком увеличении расходных обязательств. Образуются ножницы. И как их разрешить - не очень понятно.

Пока реально только одно: на величину дефлятора повысится фонд финансовой поддержки регионов. Но это процентов десять от тех дополнительных сумм, которые им необходимы. А они оцениваются в 250-300 миллиардов. Хотя, если вспомнить про тот самый триллион, о котором я говорил, проблему можно решить на федеральном уровне. Скажем, выполнение обязательств по самому дорогостоящему закону, я имею в виду закон о ветеранах, можно было бы переложить на субвенциональной основе на федеральный бюджет. Это было бы решением для всех регионов сразу. Но пока государство на это не идет. Если подобное решение так и не будет принято, с областным бюджетом могут возникнуть сложности - и в следующем году, и в 2006-м.

Что касается нашей законотворческой деятельности, в частности, приведения региональной нормативно-правовой базы в соответствие с изменившейся федеральной, то мы готовы работать. Все, что зависит от нас, сделаем.

Беседовал Игорь КУРСАКОВ.

Опубликовано: Мурманский вестник от 28.10.2004

Назад к списку новостей

Комментарии

comments powered by HyperComments
Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
64,068374,184777,953471,6592
Афиша недели
Айболит, а не гангстер?
Гороскоп на сегодня