26.06.2010 / Политика и власть

Как поделить рыбный пирог без обид

Предстоящее разграничение в Баренцевом море не должно ухудшить условия работы

Любовь - любовью. А контракт не лишний

Два исконных пользователя Баренцева моря - Россия и Норвегия - наконец-то договорились о разделе «общего» моря, грубо говоря, пополам. Произошло это 27 апреля во время официального визита в Осло российского президента Дмитрия Медведева. Однако российские рыбопромышленники считают, что потребуются значительные усилия двух сторон, чтобы осуществить раздел по уму и не навредить рыбным запасам и рыбакам обеих стран. Встретившись уже 6 мая с российскими журналистами, замминистра иностранных дел Северного Королевства Элизабет Валос высказала надежду, что окончательная конкретизация координат делимитационной линии будет определена уже через год. Но у российских рыбаков иное мнение: они считают, что на это потребуется не менее 10 - 15 лет.

Понятно, что любая дележка - это если не конфликт, то опасения каждой из сторон, не отхватит ли партнер кусок пожирнее. А что думают о делимитации (разграничении) Баренцева моря мурманские рыбаки-практики?

- Определенные опасения есть, - признался многие годы отработавший в море, а ныне генеральный директор Союза рыбопромышленников Севера Василий Никитин. - В коммюнике, которое прозвучало, были сказаны хорошие слова о том, что рыбная отрасль не пострадает и стороны, как российская, так и норвежская, предпримут все усилия, чтобы работа на промысле шла успешно. Но возьмем житейский пример. Два молодых любящих сердца решили объединиться в семью. Но, несмотря на чувства нежные, перед свадьбой все же составляют брачный контракт, вызывая этим изумление окружающих - а как же, дескать, любовь и доверие? У нас сегодня примерно та же ситуация. Да, мы понимаем: у нас с норвежцами единые запасы в море, одно море, и мы с Союзом рыбаков Норвегии в прекрасных дружеских и партнерских отношениях. Но все же будет лучше, если все это будет подтверждено документально: где пройдет линия раздела, какие условия промысла будут установлены и так далее. Именно на этом мы и настаиваем. И просим сегодня правительство, МИД, чтобы совместно с норвежскими властями были узаконены эти правила. Требования мурманских рыбаков подтверждают сегодняшние реалии.

У всех еще на памяти недавний арест архангельского судна «Викинг» за то, что вместе с отходами было смыто с рыбфабрики несколько рыбешек. Это случилось в районе архипелага Шпицберген за пределами норвежской экономической зоны. Но откуда знать россиянам, какие правила там действуют? Пока нет общих правил для российских и норвежских рыбаков, причем четких, ясных и прозрачных - конфликтов и арестов не избежать. По мнению Василия Никитина, Норвегия не имеет права вводить рыбоохранную зону вокруг Шпицбергена, но в документах о грядущей делимитации проскальзывает, что норвежская юрисдикция после раздела будет простираться западнее этой линии, а России - восточнее. Что это будет для нас означать - пока не ясно. Так как наши рыбаки не собираются покидать богатые рыбными запасами промысловые районы Шпицбергена, они просят гарантию, что на ближайшие пятнадцать лет будут сохранены все прежние условия. И лишь СРНК (смешанная российско-норвежская комиссия по рыболовству, раз в год определяющая правила игры на промысле обеих стран) сможет их, в случае необходимости, поменять, причем по взаимному согласию сторон.

Подвоха мурманчане не ждут, но считают, что повод для опасений имеется. К примеру, на последней сессии СРНК осенью прошлого года норвежская сторона выставила требование, чтобы наши рыбаки поменяли тралы на суперсовременные, с квадратной ячеей, отличными от наших делями и иными прибамбасами, которых пока в России не выпускают. Также норвежцы требуют, чтобы мы ввели новые переводные коэффициенты при выпуске филе в море. При этом никаких предметных предварительных исследований не проводилось и убедительных аргументов с норвежской стороны представлено не было. Не вдаваясь в технологические подробности, скажу, что для наших рыбаков подобные новации затратны, невыгодны, да и неоправданны.

Понятно, что это - не злонамеренные происки их норвежских коллег в стремлении «утопить» россиян в море «долгоиграющих» проблем, а обычная конкурентная борьба за место на рыбном рынке. «Ничего страшного в этом нет, - подчеркивает Василий Никитин. - Мы не пушками воюем, а просто каждый стремится завоевать свое место под солнцем».

В этом стремлении у каждого свои способы. Скажем, сегодня Норвегия предлагает, и требует от нас того же, полупелагический и пелагический (бестраловый) промысел трески и пикши. Это значит - рыбу придется брать только специальными тралами, ярусами, ставными неводами, электронными удочками и так далее. Но наши корабли пока не готовы к этому виду промысла. А что если завтра Норвегия объявит «бестраловые» зоны? В этом случае российским рыбакам формально будет разрешено работать в норвежской зоне. Но… используя при этом орудия лова, которых у нас пока нет. Именно из-за этого российские рыбопромышленники просят установить пятнадцатилетний переходный период для окончательного разграничения моря. За это время можно будет изучить, как развивается промысел, куда он идет и, наконец, можно будет переоборудовать корабли, если в том будет нужда. Но ведь ее может и не быть - этой нужды.

- Мы направили свои предложения еще до встречи в Осло и президенту Дмитрию Медведеву, и в МИД России, - отметил Василий Никитин. - Состоялся еще до этого предметный разговор в Мурманске с руководителем Росрыболовства Андреем Крайним, который поддержал нас. И сейчас мы вновь продублировали свои вопросы и предложения, направив их опять в МИД и первому вице-премьеру Виктору Зубкову. Хотим, чтобы они были учтены при разработке новых документов. Пока нам никто не отказал. Но все же есть опасение, как бы при принятии большого политического решения о разделе Баренцева моря не остались интересы рыбаков и их проблемы, что называется, за бортом.

Конкурентов в море не отстреливают. Просто вытесняют

Сегодня в Мурманске тема раздела Баренцева моря - одна из основных, которую обсуждают члены рыболовного сообщества самых разных уровней. Вот что думает об этом председатель координационного совета «Севрыба», вице-президент ВАРПЭ (Всероссийская ассоциация рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров), профессор Вячеслав Зиланов:

- За всю огромную историю нашего соседства с Норвегией мы никогда не воевали, - подчеркнул он. - Все вопросы, которые когда-либо возникали, решались с помощью пера и ума. Ум предлагал то или иное решение, пером оно оформлялось в соглашения.

- А бесконечные аресты наших рыболовных судов норвежской береговой охраной в последние годы? А те безумной величины штрафы в отношении наших рыбаков со стороны норвежских властей? Ведь к своим промысловикам в случае нарушений они применяют куда более щадящие санкции…

- Согласен. Все последние годы каждый хочет нас ущипнуть. Не надо забывать главное: мы сейчас находимся в единых рыночных условиях. Мы - конкуренты. А с конкурентами борются. Конечно, не в том понятии, что их можно отстреливать. А в том, что конкурента не грех вытеснить с рынка. И упомянутые аресты рыболовных судов свидетельствуют о том, что определенные круги Норвегии используют этот прием именно для вытеснения нас из районов промысла как конкурентов. Причем для этой неудобоваримой конфетки используется красивый фантик - аргументы. Один из самых частых до некоторых пор был такой: русские, мол, перелавливают рыбу, превышают квоты, браконьерствуют. А Шпицберген - наша рыбоохранная зона, она в юрисдикции Норвегии, и мы боремся с вашими переловами.

Кстати, когда впервые норвежцы выбросили в прессу информацию о том, что наши рыбаки якобы перелавливают чуть ли не двести тысяч тонн трески в год, у специалиста с полувековым опытом работы в отрасли Вячеслава Зиланова эта новость вызвала неудержимый смех. Потому что все попытки делать подобные расчеты косвенными методами - это ошибочный путь. Сейчас после тщательного мониторинга промысла точно установлено: перелова у российских рыбаков нет. И сами норвежцы это подтверждают. Но с существенной оговоркой: дескать, да, перелова нет, но русские просто исправились. Более того, по мнению Вячеслава Зиланова, норвежцы пытаются навязать нам какие-то косвенные методы расчета вылова. И это сегодня, когда рыболовная общественность во всем мире приняла единые методы борьбы против незаконного, нерегулируемого и несообщаемого вылова. Это - контроль в портах и на промысле. А еще контроль собственными средствами государства. И наконец, контроль международными организациями. Четыре вида контроля! Какой еще косвенный метод требуется?

В общем, есть аспекты, в которых мы с норвежцами существенно расходимся. Но это не значит, что нам невозможно договориться о такой важной вещи, как раздел Баренцева моря. Как считает Вячеслав Зиланов, здесь норвежским коллегам надо досконально проанализировать те методы, которые они применяют к российским рыбакам. Сегодня, по его мнению, эти методы дискриминационны, неадекватны и задевают наше национальное самосознание.

И все-таки на первом плане у наших рыбаков сегодня - предстоящее разграничение Баренцева моря. И особенно район Шпицбергена, где происходит самое большое количество арестов российских судов. По версии норвежской стороны, юрисдикция и суверенитет над морскими районами Шпицбергена отходит к Норвегии. И тем самым идет прямое нарушение Договора о Шпицбергене от 1920 года, что никак не согласовывается с позицией Российского государства, которое до сих пор не признает рыбоохранной зоны архипелага Шпицберген, созданной де-юре норвежской стороной.

Некоторую ясность для рыбаков Северного и Западного бассейнов внесла встреча, которая состоялась в Мурманске 14 мая между ними и представителем МИДа по Мурманской области Сергеем Клюшевым. Мурманчане, калининградцы, архангелогородцы узнали, что переговоры о разграничении 200-мильных экономзон континентального шельфа наших стран, как заявил президент России после визита в Норвегию, вошли в заключительную фазу. Достигнута договоренность о том, что спорный район по всей длине 200-мильных экономических зон будет поделен ровно наполовину. Главное, на чем настаивают наши рыбаки сегодня, это то, что рыболовный промысел в районе Шпицбергена должен осуществляться по правилам рыболовства, которые действуют сейчас в рамках решений, принятых СРНК. И ни одно предложение в области рыболовства там не должно быть принято в одностороннем порядке, а только совместным решением смешанной российско-норвежской комиссии.

- Нас не интересуют лозунги, - подытожил свое мнение Вячеслав Зиланов, - нас интересуют прагматические решения, прописанные на бумаге. В частности: Соглашение продлевается на 10-15 лет. СРНК продолжает свою деятельность, как она и работала. Районы промысла для российских и норвежских судов остаются доступными, как они были до подписания Соглашения. И наконец, стороны до вступления в силу документов о разграничении двухсотмильных экономических зон примут единые правила рыболовства для всего Баренцева моря. И еще. Обе стороны достигнут договоренности о гармонизации наказаний за нарушения и оптимизации контрольных функций двух государств. Конечно, мы соседи и должны найти возможность, коли уж случится нарушение, передавать судно-нарушитель для наказания тому государству, флаг которого оно несет. Такая практика широко применяется в межгосударственных отношениях, особенно соседних стран. Как видите, простые правила. Мы за то, чтобы их принять. Думаю, что норвежские рыбаки тут с нами будут солидарны.

Бывших рыбаков не бывает

Ну и последнее - что думают о предстоящей делимитации региональные власти.

С заместителем председателя рыбохозяйственного комитета Мурманской области Вадимом Соколовым мне говорить было легко. Когда-то (позволю себе личный шаг в сторону. - Н. А.), почти двадцать лет назад, он был капитаном-директором на огромной плавбазе «Даурия», где я - журналист - трудилась судовой буфетчицей. Полгода длилась моя командировка от газеты, чтобы набрать материал для рубрики «Журналист меняет профессию». Так что могу смело утверждать, что, повидав Вадима Соколова в лютых штормах Баренцева, Норвежского, Северного морей, когда гигантское судно под беспощадными ударами ураганных волн скрипит и гнется, словно спичечный коробок, сминаемый в кулаке, я убедилась в его умении сохранять присутствие духа и принимать четкие и целесообразные решения в самых форсмажорных ситуациях. Так что никакими новациями бывшего капитана «Севрыбхолодфлота», а нынешнего рыбного чиновника не огорошишь.

- Что касается самого разграничения водных пространств в Баренцевом море, этого мы комментировать не будем, - сказал Вадим Соколов. - Решение президента России принято, с норвежцами согласовано, да к тому же этот вопрос муссируется уже на протяжении сорока последних лет. В проведение делимитационной линии мы, как региональная власть, так и рыбаки, не вмешиваемся - это дело дипломатов, где она пройдет. Нас волнуют только вопросы непосредственно рыболовства. Надо прямо сказать, до сегодняшнего дня существующее положение устраивало как норвежских рыбаков, так и российских. Мы ловим по своим правилам, они - по своим. Сегодня наших рыбаков тревожит вот что. Мы все понимаем, что когда пройдет раздел моря, будет определено четко: здесь - юрисдикция Норвегии, здесь - России. И из опыта международного рыболовства (а такие разграничения были в районе Канады, к примеру, когда она разделила море с США), мы знаем, что рыбаки получают вследствие этой операции немалую головную боль.

- Почему?

- Очень просто. Происходит раздел, и чуть что, каждая сторона говорит: это - моя территория, а вот твоя. И до свидания. А на своей территории у каждой страны свои законы. Что сегодня у нас? В смежном районе мы ловим по своим правилам, а вот в районе Шпицбергена де-юре мы работаем по своим правилам, а де-факто приходится выполнять и норвежские требования. На сегодня в постсоветской России нет ни одного нормативного документа про то, как ловить российским рыбакам в зоне архипелага Шпицберген. А Норвегия, пользуясь своими законами, ввела рыбоохранную зону и, мягко говоря, держит нас в жестких рамках. Вспомнить хотя бы злополучный «Викинг». Норвежская береговая охрана, кроме всего прочего, обвинила его, что он не сообщил норвежцам информацию об уловах. Но по нашим российским правилам рыболовства он и не обязан ее давать. Судно арестовали. Потом выпустили, но выставили солидный штраф. А ведь по нашим-то законам он прав. Вот нас и волнует: каким образом мы будем ловить после разграничения в этой части смежного участка? И второе, самое главное - как мы будем продолжать промысел в зоне Шпицбергена?

Ответы на эти вопросы мурманские рыбаки получат лишь после подписания Соглашения. Областной рыбохозяйственный комитет уже дал свои предложения к готовящемуся документу. Кроме того, приказом Федерального агентства по рыболовству создана рабочая группа, куда входят представители флотов, региональной власти и общественных рыбацких ассоциаций и объединений. И рекомендации, которые должны являться неотъемлемой частью готовящегося Соглашения, уже ее членами выработаны и отправлены. Более того, по мнению Вадима Соколова, в российско-норвежскую комиссию, которая готовит документы, включили не только главу Росрыболовства Андрея Крайнего, но и представителя от рыбного Мурмана.

Рыбаки Северного бассейна очень заинтересованы в том, чтобы их мнение было учтено. Насколько известно, и президент России, и министр иностранных дел с их предложениями ознакомлены и отнеслись к ним с пониманием. И это ободряет. А вот сможет ли новый, очень важный документ «разрулить» проблемы наших рыбаков в зоне Шпицбергена - покажет время. Пока эта зона чрезвычайно богата не только рыбными запасами, но и, увы, карательными санкциями для российских рыбаков.

Нина АНТОНЯН

Опубликовано: Мурманский вестник от 26.06.2010

Назад к списку новостей

Комментарии

comments powered by HyperComments
Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
61,261072,239076,138570,7868
Афиша недели
Альтернативная голливудская математика
Гороскоп на сегодня