«Пока вашингтонские политические руководители пристально наблюдают за расширяющимся присутствием Китая в Африке, а также за его все более самоуверенными действиями в Южно-Китайском море и бассейне Индийского океана, датчане со своим дипломатическим содействием открывают Китаю двери в Арктику, чтобы он занял там стратегический плацдарм.

Дания приняла стратегическое решение уделить первостепенное внимание экономическим отношениям с Китаем, и сейчас эта страна превращается в ключевой коридор для китайского проникновения в Арктику. Дания выступает за то, чтобы предоставить Пекину место за столом переговоров, где обсуждается арктическая политика. Датский посол в Китае Фриис Арне Петерсон заявил осенью, что эта страна имеет в Арктике «естественные и законные экономические и научные интересы». Копенгаген выступает за предоставление КНР статуса постоянного члена в Арктическом совете, куда входят пять стран, имеющих выход к Северному Ледовитому океану (Соединенные Штаты, Канада, Дания, Норвегия и Россия), а также Швеция, Исландия и Финляндия.

Гренландия обладает значительными запасами минералов, включая редкоземельные металлы, уран, железную руду, свинец, цинк, нефть и драгоценные камни. В связи с этим остров стал важным козырем в той игре, которую Дания ведет с Китаем, пытаясь расположить его к себе. Копенгаген управляет внешней политикой Гренландии и наверняка использует богатый геологический потенциал этого острова в качестве приманки для Пекина, стремясь к развитию и укреплению датско-китайских торговых отношений. И действительно, гренландский министр полезных ископаемых, промышленности и труда отправился в прошлом ноябре в Китай с торговой миссией, приняв участие в крупной торговой ярмарке в Тяньцзине, посвященной горнодобывающей промышленности.

В 2010 году экспорт Дании в Китай вырос на 17%, а китайский экспорт в Данию - на 25%. Такие данные представило датское посольство в Пекине. Однако объем датского экспорта в КНР составил всего 2,6 миллиарда долларов, а китайского в Данию - 6,9 миллиарда, что является лишь малой частью от объемов товарооборота между Китаем и его главными торговыми партнерами. А вот те полезные ископаемые, что лежат под гренландским снегом, это реальный приз, и он имеет для Пекина гораздо большее финансовое и стратегическое значение, нежели те импортные товары и экспортный рынок, которые способна предоставить сама Дания.

Датская дипломатия буквально идет по следу денег, поскольку часть элиты этой страны отворачивается от Соединенных Штатов. Самое большое посольство Копенгагена находится в Пекине, и оно в два раза больше датского посольства в Вашингтоне. Скорее всего, уловки Дании, направленные на сближение с Китаем, сработают. По мнению Пекина, закупки китайскими компаниями датских станков и фармацевтических препаратов на несколько миллиардов долларов в год, а также осуществление контейнерных перевозок через фирму Maersk - это стоящее занятие, поскольку оно позволяет КНР получить место за столом переговоров по арктической тематике и доступ к полезным ископаемым Гренландии.

Гренландия - оптимальная точка входа для китайских предприятий, интересующихся арктическими минеральными ресурсами, потому что у правительства острова нет возможностей для самостоятельной добычи полезных ископаемых и потому что контролирующая его Дания наверняка самым активным образом поддержит китайские инвестиции в гренландские месторождения. Компании из России, США, Канады и Норвегии сегодня доминируют в Арктике в сфере поиска и добычи нефти, газа и прочих природных ресурсов, действуя в своих территориальных зонах.

Имея столь благоприятный политический и геологический фон, Гренландия со своим мощным потенциалом в области добычи полезных ископаемых наверняка вызовет интерес у китайцев, несмотря на риски и неопределенность, которые неотъемлемо присутствуют при разработке новых минеральных месторождений. Компания London Mining в рамках своего железорудного проекта Исуа в Гренландии к 2015 году намерена ежегодно производить 15 миллионов тонн высокообогащенных окатышей. Данный проект включает инвестиции китайских компаний Sinosteel и China Communications Construction Corp. Компания Greenland Minerals and Energy утверждает, что ее месторождение Кванефьельд может на 20% обеспечить мировой спрос на редкоземельные металлы и поставлять на рынок большое количество урана начиная с 2016 года. Это существенно повлияет на мировые цены, в связи с чем данный проект представляет стратегический интерес для китайских компаний, таких как Inner Mongolia Baotou Steel Rare Earth, которая является мировым лидером по добыче редкоземельных металлов.

У китайских фирм в Гренландии не будет преимущества первого хода, поскольку на местном инвестиционном рынке господствуют небольшие горнодобывающие компании из Австралии и Британии. Однако китайцы будут пользоваться активной поддержкой со стороны датского правительства, если решат вкладывать деньги в этот остров. Мы предвидим, что более крупные компании, включая покупателей из Китая, будут бороться за получение стратегических ставок в проектах по добыче полезных ископаемых, начатых небольшими, но предприимчивыми иностранными фирмами, такими как вышеупомянутые. Также вполне вероятно, что по причине малонаселенности Гренландии китайские фирмы будут завозить большое количество рабочих для строительства электростанций, линий электропередачи, предприятий по обогащению руды и прочих объектов инфраструктуры гренландских шахт и рудников, в которые Китай инвестирует средства.

Как и во многих других областях, КНР здесь выходит на новую мировую арену. Пока неясно, будет ли она следовать действующим нормам или попытается со временем изменить существующую систему. «Китай имеет законное право проявлять интерес и участвовать в том, что происходит в Арктике, но при этом ему необходимо соблюдать правила, - заявил премьер Гренландии Куупик Клейст. - Такие страны не должны полагать, что могут просто прийти и начать распоряжаться судьбой жителей, добывая арктические ресурсы, поскольку добыча регулируется законами, договорами и обязательными для исполнения соглашениями. И шутить с этим нельзя».

Будет интересно понаблюдать за тем, как станут меняться представления и мнения датских и прочих экспертов из этого региона по данному вопросу по мере усиления китайского присутствия в Арктике. По словам научного сотрудника Стокгольмского института исследования проблем мира (SIPRI) Линды Якобсон, «есть некий парадокс в заявлениях китайских руководителей, призывающих арктические страны учитывать интересы человечества, чтобы доступ к Арктике имели все государства. Эти заявления противоречат давним китайским принципам соблюдения суверенитета и невмешательства во внутренние дела других стран».

В трех «ближних морях» (Желтое, Восточно-Китайское и Южно-Китайское) Пекин придерживается радикальных позиций, которые противоречат Конвенции ООН по морскому праву, устанавливающей, что прибрежные государства имеют право регулировать и ограничивать не относящуюся к добыче ресурсов деятельность в 12-мильной зоне своих территориальных вод и в пределах своей 200-мильной исключительной экономической зоны. По этой логике за пределами своего региона Пекин должен с уважением относиться к аналогичным требованиям и притязаниям арктических государств. Канада, например, настаивает на том, что иностранные суда должны получать у нее разрешение на проход через ее обширный северный архипелаг.

Разрешение на транзит может стать важным моментом, если Китай продолжит строительство своего ледокольного флота, а летняя проводка судов по канадским и российским путям в Северном Ледовитом океане станет более рентабельной. У КНР в настоящее время лишь один действующий ледокол Xuelong, однако в 2014 году в строй может быть введено еще одно ледокольное судно водоизмещением 8000 тонн. Маршрут в западном направлении из Нуука на западе Гренландии в Циндао через канадскую часть Арктики примерно наполовину короче пути через Панамский канал, а восточный маршрут через российскую часть Северного Ледовитого океана составляет менее двух третей пути до Циндао через мыс Доброй Надежды.

Большая игра в погоне за арктическими ресурсами набирает обороты, и Китай будет играть в ней все более заметную роль, поскольку Дания открывает Пекину двери для вхождения в Арктику с дипломатической стороны, а также со стороны инвестиционной, обещая ему проекты по добыче полезных ископаемых в Гренландии».

Эндрю ЭРИКСОН, Гейб КОЛЛИНЗ, («The Wall Street Journal», США.)