Куклы ходящие, куклы говорящие

Моя знакомая Катерина три года не навещала сестру, которая живет недалеко от Москвы. За это время та в третий раз стала бабкой, младшая дочь порадовала ее маленькой внучкой. Лизоньке уже два года. Катерина никогда малышку не видела и вот, накупив игрушек, отправилась в путь.

Девочка - просто ангел - голубые выразительные глаза в пушистых ресницах, белокурые волосы, завивающиеся в кудряшки. Ласковая, веселая, покладистая. Хотя с характером. Как рассказывала баба Маня, сестра Катерины, иногда ребенок выдавал такое, что не знаешь, как реагировать. Однажды в магазине девочка устроила истерику, когда ей не купили шоколадку: упала на пол и давай колотить по нему руками и ногами, громко подвывая и выкрикивая: «Хочу! Хочу! Хочу!»

Катерина Ивановна, всю жизнь проработавшая в детском саду, объяснила сестре, что для этого возраста упрямство - это нормально.

- Да ладно, не учи ученого, - посмеялась в ответ сестра.

Двое детей и трое внуков давно сделали ее опытным воспитателем. Поэтому и к Лизе применяли разные способы - когда уговоры, когда переключение внимания. А иногда шлепок по мягкому месту убеждал лучше всех слов.

Ангел Лизонька быстро подружилась с бабой Катей. Девочка принялась показывать новоявленной бабушке все свои игрушки. А у нее были куклы и обычные, и интерактивные - ходящие и говорящие, и такие, которых можно кормить кашей. И на горшок сажать! У нее было несколько плюшевых мишек, плюшевый крокодил Гена, зайчики, собачки, кошечки, слонята и прочее. Причем часть этой фауны имела батарейки в животе, поэтому звери лаяли, рычали, мяукали, хрюкали, бегали, виляли хвостиком.

У ребенка имелась маленькая кухня размером с полкомнаты и при полном параде - с газовой плитой, мойкой и прочим. Были кукольные кроватки с полным набором подушек-одеял. Много машинок - и заводных, и обычных, детские плотницкие инструменты с пластиковыми клещами и молотками. Всевозможные настольные игры, игрушечные музыкальные инструменты - ксилофон, пианино... Да чего у нее только не было!

Впрочем, подарки бабы Кати - большой плюшевый медведь, целлулоидный ванька-встанька и деревянные матрешки - были благосклонно ребенком приняты. Лизонька потыкала медведю кулачком в живот, не споет ли он песенку, пришла в восторг от ваньки-встаньки, который никак не хотел ложиться спать, и, выстроив вереницу матрешек, распределила роли: это бабушка, это мама, это дочки.

- А ванька-встанька пусть будет матрешкиным папой, - предложила баба Катя, играя с девочкой.

Лизонька тут же посадила неваляшку в машину и отвезла его в кладовку - в командировку, как она сказала.

Дюймовочка и великан

Мама Валя работала на заводе инженером. Домой приходила усталая, поздно вечером, и сразу ложилась на Лизонькин диванчик. Мама там почти умещалась, она маленького роста, как Дюймовочка. А вот папа Валера высокий, под два метра. Папа был водителем и часто ездил в командировки по всей стране. Когда он уезжал, мама с Лизой приходили жить к Валиной маме - бабе Мане. Молодой женщине было так удобней: бабушка заберет ребенка из садика, присмотрит, ужином вечером всех накормит. Поэтому, пока бабушка хлопотала на кухне, мама с чистой совестью укладывалась прямо с порога на диванчик. Лизонька подлезала к ней под бочок, рассказывала, как прошел день в детском саду, с кем опять подралась - не по годам высокая и крепкая (в папину породу) она ребятишек в группе иногда поколачивала.

Когда же папа возвращался из командировки, то забирал своих девочек и отвозил домой, в трехкомнатную квартиру в отдаленном микрорайоне города.

Лиза всегда скучала по папе и ждала его. Ждали его и бабушка с мамой. Все время только о нем и говорили.

- А о ребенке в последнюю очередь думает! - громким свистящим шепотом выговаривала бабушка маме.

Та что-то отвечала тихим виноватым голосом.

- Ну, конечно, сначала все для всех сделает - отцу картошку переберет, сестре ремонт, сына навестит, а только потом про вас вспомнит.

Один на всех

Родители Лизы познакомились в Интернете. Оба уже имели семейный опыт, оба были разведены. Только у Вали в первом браке не было детей, а у Валеры подрастал сын.

Когда от интернет-общения они перешли к свиданиям, то оба подумали, что прежний неудачный опыт им не даст ошибиться, теперь-то получится хорошая прочная семья. Но и после свадьбы каждый продолжал жить, как сложилось, как привык. Валера часто помогал своим маме с папой, у них был дом в деревне неподалеку, хозяйство. Еще сестра, одна с двумя детьми, тоже надо поддерживать. От своего сына он никогда не отказывался, помогал и ему - и материально, и по возможности забирал к себе на выходные. Лиза знала, что Атошка - так она выговаривала вместо Антошка - ее братик. И часто играла с Антошкой. Вместе с папой они навещали и папину маму - бабу Сашу.

Двухлетняя старушка

Баба Саша, всем сердцем прикипевшая к Антошке, почему-то оставалась равнодушной к внучке. Может, чувствовала, что новая семья заберет у нее сына совсем, а ей нужны были и его внимание, и помощь - его умелые руки, и деньги. Поэтому, хоть она и уверяла всех, что внучку любит не меньше внука, Лизонька как-то выдала бабе Мане результат своих недетских размышлений.

- Я поняла, - говорила она, сдвинув в нелегком мыслительном процессе нежные бровки, - баба Саша - это Атошкина баба, а ты - моя баба.

- Нет, - поправляла ее баба Маня, - баба Саша и твоя, и Антошкина, она ваша общая бабушка. А еще у тебя есть я - твоя бабушка, а у Антошки - баба Вера - мама его мамы. Видишь, сколько у вас много бабушек.

Но детское сердце не обманешь, девочка не чувствовала тепла от бабы Саши.

Ну а Валентина хотела, пока молодые, да при таком-то количестве бабушек, походить со своим милым по клубам, ресторанам, потусить с друзьями, съездить на турбазу. Или в Москву с ее музеями и театрами. Хотя бы на выходных, дети тут не помеха, взяли бы Антошку и Лизу с собой, и вперед - открывать Америку.

Но так не получалось. Приехав домой, Валера всякий раз разрывался между своими обязанностями перед родителями, сестрой, сыном и собственной семьей. Поэтому на всех его хватало понемногу. Поэтому и говорила о папе баба Маня недовольным свистящим шепотом, а однажды обронила какое-то нехорошее слово, смысл которого кроха не знала, но чутко поняла его леденящую бездонность: «развод». И у девочки сжалось сердце. Она любила всех, и свою бабушку, и папу, и маму. Но мама с бабушкой все время сердитые шепчутся, а папа долго не приходит.

Однажды, когда его особенно долго не было, а потом он пришел, и бабушка недовольно ворчала, отчего в доме стало так неуютно, малышка не выдержала и, спасая папу, подошла к нему и сказала: «Уже поздно, мы спать ложимся, ты иди к себе...»

От этих слов онемела даже бабушка.

В два года человечек, хоть и маленький, но многое понимает не умом, а сердцем. И если дома нет лада между самыми близкими, самыми родными людьми, то ребенок остро чувствует это.

- Ты можешь представить себе двухлетнюю старушку? Бедная девочка, - качала головой баба Маня, рассказывая об этом сестре.

«Хочу другого папу»

Наступил затяжной период выяснения отношений мамы с папой. Они то ругались, то мирились, то, казалось бы, расходились навсегда, то снова тянулись друг к другу. Может, давно и разбежались бы, психанув, да Лизонька...

Даже на Новый год, когда как раз приехала погостить баба Катя, они не могли решить, где и как будут встречать этот волшебный праздник.

Наконец Валя заявила, что они с Лизонькой будут у бабушки, но папа обещал прийти.

И вот раздался звонок в дверь. «Папа приехал!» - закричала девочка и кинулась к дверям, опережая маму. За дверью стоял кто-то громадный в красном халате и с белой бородой. Лиза знала, кто такой Дед Мороз, и очень хотела с ним встретиться. В детском саду к ним уже приходил Дедушка Мороз, стучал по полу своим посохом, говорил громким голосом, чтобы перекричать детей. Лизоньку он не впечатлил. Но мама сказала, что это был детсадовский дедушка, и если она будет себя хорошо вести, то к ней придет самый главный и самый лучший Дед Мороз. И Лиза поначалу оробела - вот это да, и правда пришел!

Но еще в детском саду им сказали, что у Деда Мороза можно попросить исполнить какое-нибудь желание. И она приготовила такое желание. Только тому Морозу с посохом она ничего рассказать не успела, да он и не спрашивал, слишком много ребятишек было, только успевал подарки раздавать. Зато этому Деду, пришедшему лично к ней, она и решила открыть свое маленькое сердце.

Но сначала девочка рассказала сказочному гостю стихотворение про мишку косолапого, отчиталась о том, что вела себя хорошо. Дед Мороз поздравил ее с праздником, вручил подарки: самолетик, который она заказывала маме подарить ей на Новый год, и мешок со сладостями. Когда официальная часть закончилась, Лиза угостила Дедушку Морозушку самой красивой конфетой из подарка и попросила исполнить ее желание. Дедушка засунул конфету за щеку и спросил, чего же она хочет.

- Я хочу другого папу, - твердо сказала Лиза. - Чтобы он был только мой!

Превращение Деда Мороза

Дед Мороз поперхнулся конфетой и стал взволнованно бегать по комнате.

- Зачем тебе другой папа? Я и так твой, - сказал он. - Ну, то есть я хотел сказать, что у тебя уже есть только твой папа. Зачем другой? Зачем чужой? Ты подожди, сейчас твой папа придет.

И Дед Мороз, разметав попавшихся на его пути маму и бабушек, выскочил за порог.

Лиза горько вздохнула, она не поняла, что он там бормотал себе под нос, и не ожидала, что он так быстро их покинет. Ведь они еще хоровод вокруг елочки не водили. А ей так хотелось водить хоровод вместе с Дедом Морозом. Но дверь неожиданно открылась и пришел папа - вспотевший, запыхавшийся.

Он закричал:

- С Новым годом! Пошли на санках с горки кататься! Все вместе!

И пошли! Даже баба Маня с бабой Катей пошли. И визжали, когда санки вместе с ними втыкались в сугроб. А потом из дома стали выскакивать люди и кричать «С Новым годом!», и запускать петарды. Таких фейерверков Лиза еще никогда не видела. Это было счастье - и расцвеченное салютами небо, и руки папы и мамы, за которые она крепко держалась.