25.03.2008 / Общество

Основной инстинкт - когда его нет....

Фото: Федосеев Л. Г.

В свое оправдание они приводят множество доводов. Хотя порой не делают даже этого, вычеркивая из своей жизни произошедшее. За это не судят. Но наказание существует. Только настигает оно - неповинного. Он подрастает, и безжалостный смысл "ничей" постепенно становится ему все понятнее, и от этого все страшней...

В преуспевающих странах многие уже позабыли о том, что представляет собой Дом ребенка. И вовсе не потому, что никто не бросает собственных детей или государство скупится на содержание сиротских домов. Прошло уже около полувека, как там решили отказаться от госучреждений подобного рода, и шаг за шагом перешли к семейным формам устройства "ничьих" детей.

Разница - огромная. Какими бы чутким и заботливыми ни были работники Дома ребенка, они не в силах уделить индивидуальное внимание каждому малышу. Успеть бы всех подопечных одеть, умыть, накормить, обиходить, уложить спать... Растущие скопом крохи не знают ни голоса, ни тепла рук, ни запаха мамы, на которые младенцы реагируют с первых дней жизни. Вместо этого - калейдоскоп лиц, постоянно меняющихся нянечек, воспитателей, медработников, главная задача которых - обеспечить уход. Конечно, самоотверженные женщины ласкают малышей. Но - мимоходом, поскольку своя порция ласк положена каждому. Постоянные тепло и нежность близкого человека им неведомы.

Окружающие вечно заняты, вечно в хлопотах, и потому у ребятишек со временем утрачивается даже потребность плакать. Плач - единственный доступный способ привлечь к себе внимание в беспомощном возрасте. Но раз никто не откликается - то к чему? И они приучаются молчать. Находясь в такой обстановке, начинают казаться безразличными к происходящему вокруг - даже новые игрушки не вызывают особого интереса. Домашнего ребенка распирает любопытство, он непоседлив - "ничей" может, притихнув, часами лежать в кроватке. И не умиляйтесь - мол, какой спокойный. Он просто обучился безразличию. Которое в будущем может дать самые горькие плоды.

В свое время европейские специалисты изучали психическое и физическое состояние детей до трех лет, которые находились в закрытых госучреждениях - в яслях при тюрьмах, где отбывали срок их матери, и в Домах ребенка. И оказалось, что за "решеткой", где и контроль медработников слабее, и условия менее комфортны, чем в сиротских учреждениях, показатели здоровья ребятишек намного выше. А ведь единственное их преимущество - возможность регулярно общаться с любящими матерями. Вывод - на поверхности: самый лучший детдом никогда не заменит ребенку маму, пусть даже непутевую.

Трудно понять женщину, которая отказывается от собственного ребенка. Еще труднее поверить в то, что, если у нее отсутствует, так сказать, основной инстинкт - потребность оберегать, заботиться о своем кровном создании, то ей можно этот инстинкт вернуть. Превратить из биологической матери в полноценную - в мать во всех смыслах этого слова.

- Это сложный вопрос. Над ним я думаю более сорока лет, - признается Лили Мур Кастрюм, одна из участниц семинара "Предотвращение отказов от детей раннего возраста", который недавно прошел в Мурманске. - В молодости я работала в детской психиатрической клинике, где каждый день видела, чем оборачивается то, что ребенка в младенчестве бросили родители... Но легче всего осудить человека, не протянув ему руку помощи. Ведь без причин такое тяжелое решение не принимают. В то же время я согласна с Руссо, который сказал: "Все, что есть плохого в человеке - это результат плохого воспитания". И об этом нужно помнить, если мы хотим жить в здоровом обществе.

В отличие зарубежного российский опыт профилактики отказов от детей еще не так велик. Но он есть. Пятнадцать лет в Санкт-Петербурге действует институт раннего вмешательства, который, в частности, разрабатывает методики поддержки семей, нуждающихся в помощи специалистов. Ведущий детский невролог института Святослав Довбни, один из инициаторов создания сети служб поддержки семей и матерей, эксперт-координатор проектов, которые действуют в ряде крупных города страны, говорит:

- У нас сейчас в детдомах детей больше, чем было во всем Советском Союзе. К счастью, в регионах начинают понимать масштабы беды и пытаются изменить что-то в системе помощи маленьким детям, подверженным социальному риску или имеющим нарушение развития, - отметил Святослав Васильевич. - Однако важно учесть: статистика свидетельствует, что более чем у 60 процентов малышей, от которых отказываются родители, изначально таких проблем нет. Зато они приобретают проблемы - отставание в развитии - когда длительное время находятся в закрытых госучреждениях. И вот этим действительно необходимо заниматься - решать задачу в комплексе: как вернуть этих ребятишек в семью. Если возможно, - в родную, биологическую, если нет - то в приемную. Для этого необходимо выстроить эффективную программу поддержки женщин. Ведь если посмотреть ближе, то увидим: они отказываются от ребенка не оттого, что сами, так сказать, абстрактно плохие. Причины - глубже.

По мнению петербуржского врача, одна из распространенных, - послеродовая депрессия. Хотя для официальной медицины ее как бы и нет, поскольку такой диагноз в нашей стране ставится крайне редко.

- Наверняка и у вас в области найдется немного женщин, которым была оказана помощь в период клинической депрессии, - убежден Святослав Довбни. - А ведь по этому пути - выяснения причин депрессии, борьбы с нею - шли многие страны: например, Великобритания, Швеция, Норвегия, где сорок лет назад огромное количество детей в возрасте до трех лет попадало в закрытые учреждения. Но там сумели добиться того, что необходимость в детдомах практически отпала.

Можно бы, конечно, и возразить: мол, нам ли до тонких переживаний английских дамочек. Попробовали бы они выстоять в наших условиях! Да, состояние послеродовой депрессии - с диагнозом или без - знакомо многим нашим мамам, особенно молодым. Ну так и жизнь такая - куда ж денешься... это, как говориться, явление вполне естественное. Другое дело, только ли это толкает женщину совершить роковую ошибку? Чтобы в этом разобраться как раз и необходима помощь специалистов. Которых у нас практически нет. На всю область - только два родильных дома, где работают психологи: мончегорский и первый мурманский (в нем, кстати, есть еще и юрист).

- Женщины тоже все разные, - настаивает Святослав Довбни. - Мы должны уйти от ярлыков и рассматривать их проблемы - это единственный способ что-то изменить в системе помощи маленьким детям. Ведь сейчас представление о матери, отказавшейся от ребенка, в большой степени мифологизировано: считается, что она обязательно или пьяница, или наркоманка. А это далеко не всегда так. Да, бессмыслено уговаривать человека, который находится в депрессии из-за того, что негде жить, или дома он подвергается насилию. Тем более бессмысленно, если у него уже были изъяты дети. Но работать нужно со всеми - вместе с женщиной разбираться, думать, что с нею произошло и как это можно исправить.

Юрист роддома № 1 Мурманска Татьяна Головчан, так же как и многие работающие в этой сфере, убеждена, что уговаривать маму не бросать ребенка вообще нельзя. Да, женщина может под чужим влиянием переменить свое решение - но изменится ли сама?

Вопрос, между прочим, весьма болезненный. Помню, на одной из встреч, где шел разговор о помощи детям, попавшим в тяжелую жизненную ситуацию, вспомнили о трагедии, случившейся в одном из городов области. Там в запертой квартире умер от голода малыш, оставленный непутевой мамашей, ушедшей в загул. А ведь в свое время ее уговорили не оставлять сынишку в роддоме. Она послушалась... Только настоящей матерью стать не сумела.

Да и один ли был подобный случай? Статистики на эту тему, к сожалению, нет. Но нынче медики с крайней осторожностью относятся к теме "уговоров". Цель бесед, которые нынче ведут с женщинами, решившими "сдать" свое дитя государству, - понять их истинные мотивы.

- Ведь ситуации бывают разные: к примеру, семья против этого ребеночка. Но проблемы большинства матерей все же решаемы: им будут помогать органы соцзащиты, здравоохранения, образования, служба занятости. Но мы никогда не станем уговаривать женщину, если видим, что это просто опасно для ребенка, - говорит главный педиатр области Айна Литвинова. - Если родители беспробудно пьют и им все равно, что происходит с малышом, поместить его в Дом ребенка - пожалуй, единственно правильный выход. Вполне вероятно, что, пожив там, он найдет другую - достойную - семью.

Для такого оптимизма и впрямь появилось основание. Процесс усыновления активизировался в нашей области, как никогда раньше. Специалисты говорят, что уже можно сокращать места в домах ребенка.

К тому же и самих "брошенных" становится меньше. Более ранней статистики нет (не так уж давно государство всерьез озаботилось проблемами демографии), но в 2006 году в области было зарегистрировано 75 отказов, в прошлом - 43. Если такая тенденция окажется устойчивой, то очень хорошо: значит, предпринимаемые усилия приносят добрые плоды.

Между прочим, изменились и причины. В прежние годы, как отмечают медики, отказывались в основном от больных детишек, у которых выявлены необратимые патологии. Теперь в основном из-за материальных проблем, которые одолевают малообеспеченную семью или одинокую мать.

- Когда мы беседуем с такими женщинами, мы не преследуем задачу внушить, что она совершает ошибку, отказываясь от ребенка, - подчеркивает юрист Татьяна Головчан. - Ведь у некоторых, действительно, не жизнь - а сплошная драма: ни денег, ни жилья, ни родственников, которые могли бы или хотели поддержать... Полный крах. Выйдет она из роддома на руках с грудным ребенком - и куда податься? Наша цель - объяснить, что у нее есть право на социальную поддержку, ведь многие ничего об этом не знают. Правда, чтобы воспользоваться этими правами, придется набраться терпения. Те же субсидии, выплаты одиноким матерям - прежде чем их получить, нужно собрать кучу справок. Трудно на это выкроить время, имея младенца на руках. Да и деньги такие, что жить на них с ребенком очень непросто. Чтобы преодолеть все трудности у человека должна быть сильная воля, а она далеко не каждому дана... Впрочем, в нашем роддоме в этом году ни одного отказа от малышей еще не было.

Именно таким женщинам - отчаявшимся, сломленным обстоятельствами - оказывает помощь негосударственное учреждение "Центр развития семейных форм устройства детей", которое второй год работает в Мурманске, Кандалакше и Печенгском районе. Пусть даже на короткий срок, но здесь они могут найти с ребенком приют, чтобы собраться с силами для решения своих проблем.

Лили Мур Кастрюм, координатор российско-шведского проекта по предотвращению отказов от детей раннего возраста, который второй год реализуется в Мурманской области, говоря о первых итогах, подчеркнула:

- Уже одно то, что мы начали говорить об этой проблеме общества в России - это уже результат. К сожалению, пока очень часто разные проекты в этом направлении, идут параллельно, не пересекаясь между собой. А чтобы достичь больших результатов, мы должны работать вместе со всеми структурами и ведомствами.

Ольга НУРЕЕВА

Опубликовано: Мурманский вестник от 25.03.2008

Назад к списку новостей

Новости региона
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,761776,135078,277074,5316
Афиша недели (16+)
Мусор или тихие шедевры?
Гороскоп на сегодня