07.05.2011 / Общество

Когда мы были на войне

Владимир Басов в военной юности и в зрелые годы.

Тех, кто вернулся в 45-м домой с войны, с определенной долей условности можно поделить на «говорунов» и «молчунов». Первые писали мемуары и выступали перед школьниками. Вторых было больше, они почти никогда не надевали награды и старательно избегали расспросов о своих фронтовых подвигах.

Ну кто бы догадался, что ведущий актер Мурманской облдрамы народный артист РСФСР Корнелий Баздеров в 42-м после школьного выпускного ушел на фронт, защищал Астрахань, был контужен, потом в степях Калмыкии, в окружении, получил ожог и обморожение. После госпиталей прошел обучение и с ноября 43-го воевал наводчиком гвардейского миномета М 31-12 (тяжелой «катюши», в основном применявшейся в наступлении для прорыва вражеской обороны). Освобождал Украину, Румынию, Польшу, Германию, Чехословакию. Войну закончил гвардии сержантом. Награжден орденом Отечественной войны II степени и главной солдатской медалью - «За отвагу».

Другой мурманчанин - Михаил Пуговкин (в 1947 году он служил в театре Северного флота) - на войну пошел прямо со съемочной площадки кинофильма «Дело Артамоновых». Полковой разведчик. В октябре 42-го был тяжело ранен в ногу под Ворошиловградом, началась гангрена, речь шла об ампутации. Но Пуговкин буквально вымолил хирурга: «Доктор, нельзя мне без ноги, я же артист!» Был комиссован из армии. И сразу театр, киносъемки. Экранизировали чеховскую «Свадьбу», пришлось танцевать - много дублей подряд, артист уходил с площадки, менял окровавленные бинты и снова с улыбкой пускался в пляс.

Помните сцену из гайдаевской «Операции Ы»? Ту, где Пуговкин-прораб читает лекцию хулигану Феде? Федю исполнял Алексей Смирнов, настоящий русский герой, богатырь двухметрового роста, удостоенный орденов Славы 2-й и 3-й степеней, Красной Звезды, медалей «За отвагу» и «За боевые заслуги». Начав войну рядовым, Алексей Макарович закончил ее лейтенантом и командиром огневого взвода 169-го минометного полка. В двух шагах от Берлина получил тяжелейшую контузию, которая сказывалась на его здоровье до конца жизни. О войне никому не рассказывал. За него говорят строки из наградных листов:

«20 июля 1944 года в районе высоты 293 противник силою до 40 гитлеровцев атаковал батарею. Тов. Смирнов, воодушевляя бойцов, бросился в бой и отбил нападение немцев. Сам лично взял в плен 7 гитлеровцев.

27 июля, в районе деревни Журавка, выходя из окружения, взял в плен 5 гитлеровцев.

В бою за деревню Посташевице тов. Смирнов с тремя бойцами бросился на немцев и лично из автомата убил трех гитлеровцев и двух взял в плен.

22 января 1945 года, несмотря на интенсивный ружейно-пулеметный и артиллерийско-минометный обстрел, с расчетом переправил на себе миномет на левый берег реки Одер. Откуда огнем из миномета уничтожил 2 пулеметные точки в деревне Эйхенрид и до 20 гитлеровцев. В результате 36-й артполк овладел деревней и плацдармом на левом берегу реки Одер».

Есть в той же «Операции «Ы» такой эпизод: при распределении 15-суточников на работы пьянчужка-очкарик заплетающимся языком требует: «Огласите весь список!». Смешно? А ведь исполнивший очкарика режиссер Леонид Гайдай в том же эпизоде комически обыграл случай из своей военной жизни. В 42-м Леню призвали в армию, но служить отправили в Монголию, а он рвался на фронт. И однажды, когда командир перед строем объявил набор добровольцев, на вопросы «Кто хочет в кавалерию? В пехоту? На флот?» Леонид первым выкрикивал «Я! Я! Я!». Комиссар оборвал его: «Подождите, Гайдай. Дайте огласить весь список». Попав, наконец, на фронт, будущий гигант советской кинокомедии нарвался на противопехотную мину, долго лечился в госпиталях, получил вторую группу инвалидности и был комиссован.

Как-то так сложилось, что в комедиях у Гайдая постоянно снимались фронтовики. И зенитчик Юрий Никулин, защищавший Ленинград в финскую и Великую Отечественную. И «товарищ Саахов» - Владимир Этуш, в 43-м он, помощник начштаба полка, был тяжело ранен и, как и Леонид Иович, получил вторую группу инвалидности. А помните милицейского «лейтенанта Володю» - Владимира Гуляева из «Бриллиантовой руки»? Участник Парада Победы - лейтенант не киношный, а взаправдашный. Летчик-штурмовик, 60 боевых вылетов, два ордена Красного Знамени и два - Отечественной войны первой степени.

Отца Евгения Весника расстреляли в 37-м. Но в 41-м он пошел на фронт добровольцем: «Мы все шли воевать за высшую цель. Я забыл свои обиды. Я воевал за свою Родину и за светлую память о моих родителях». Младший лейтенант Весник, командир огневого взвода 1-й гвардейской корпусной артиллерийской бригады воевал хорошо: ордена Красной Звезды и Отечественной войны, две медали «За отвагу».

Старший сержант зенитчик Анатолий Папанов на фронте с первых дней войны: «Разве забыть, как после двух с половиной часов боя из сорока двух человек осталось тринадцать?». Тяжелое ранение в ногу под Харьковом, инвалидность, театр - биографии словно писались войной под копирку.

Обходил в беседах военную тему и капитан 28-й отдельной артдивизии прорыва резерва Главного командования Владимир Басов. Но вот слова его жены Валентины Титовой:

- Каждый год 21 июня мы выезжали в Суздаль, чтобы встретить рассвет 22-го числа. Так он отмечал день начала войны. Но никогда о ней не говорил. Так, пару раз всего, скупо. Помню, как-то в Москве стояли жуткие морозы, и он сказал, что во время войны в такой же холод они с солдатами закладывали щели блиндажа немецкими трупами. Вот и все.

А вот бывшего пехотного «ваньку»-взводного, дошедшего до Эльбы Петра Тодоровского война до сих пор не отпускает. Он вспоминает, как долго добирался на фронт - эшелон сутками простаивал на запасных путях, сухпай давно был съеден и «съедена» - обменяна на продукты - шинель. И вот фронт, передовая и сразу первое задание: найти штаб, восстановить связь с ротами, приступить к рытью линии обороны. Артобстрел, подготовка окопов - к концу дня его начало трясти: и нервы, и холодно без шинели. Помочь вызвался опытный сержант. Вдвоем они поползли вдоль передовой.

- В окопе стоял усатый мужчина, его голова склонилась на сложенные кулаки. Он был мертв… Так я впервые оказался рядом с убитым. Мы его с трудом вытащили - оказался двухметрового роста мужик. Еле-еле стянули с него шинель - она была совсем новая, английская. Сержант встряхнул ее, ножом соскоблил запекшуюся на спине кровь и протянул мне: «Носите на здоровье!» Я надел шинель: полы - почти до земли, длиннющие рукава. Но и это неудобство было убрано с помощью ножа сержанта. В этой шинели я дошел до Вислы, пока однажды меня не увидел командир полка: «Это что за чучело?!» И мне выдали новую, русскую шинель. Хотя и было такое поверье, что если носишь вещи убитого, то обязательно погибнешь, мне повезло, а ранило и потом контузило меня уже в той новенькой шинели.

Этот рассказ Петра Тодоровского по ощущению до запятой совпадает со стихами героя-танкиста Иона Дегена:

Мой товарищ,

в смертельной агонии

Не зови

понапрасну друзей,

Дай-ка лучше

погрею ладони я

Над дымящейся

кровью твоей.

Ты не плачь, не стони,

ты не маленький,

Ты не ранен,

ты просто убит.

Дай на память

сниму с тебя валенки,

Мне еще

наступать предстоит.

Почему большинство актеров-фронтовиков снималось в кинокомедиях (не забудьте о Зиновии Гердте, Павле Виннике, Иннокентии Смоктуновском, Николае Гринько)? Наверное, всю ненависть они выплеснули на войне. И в их сердце осталась только доброта. Доказательством тому обращенные к кинозрителям слова мужественного и светлого человека Алексея Макаровича Смирнова: «Дорогие мои друзья! Если вам удалось улыбнуться хоть раз, я буду счастлив. Так как вы будете жить на одну секунду дольше».

Фото:
Петр Тодоровский в фильме «Был месяц май».
Фото:
Владимир Гуляев и Юрий Никулин в «Бриллиантовой руке».
Фото:
Федя, прораб и Шурик.
Фото:
Алексей Смирнов (справа) на пути в Берлин.
Петр БОЛЫЧЕВ

Опубликовано: Мурманский вестник от 07.05.2011

Назад к списку новостей

Новости региона
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
66,922776,077778,545974,4264
Афиша недели
Экранизация балета и «Инстаграма»
Гороскоп на сегодня