23.11.2011 / Общество

Откуда берется надежность «железа»

Фото: Федосеев Л. Г.
Главный инженер-механик атомного ледокола «Ямал» Вячеслав Мелихов.

Если задаться вопросом, кто сегодня является флагманом атомного ледокольного флота, однозначного ответа не будет. А еще три года назад любой моряк-ледокольщик сказал бы определенно: «Арктика». И не потому, что именно она впервые в истории в активном плавании пришла на Северный полюс или установила рекорд плаваний в полярных широтах, целый год не заходя в порт. Рекордов на счету этого атомохода и его экипажей действительно много. Дело в другом: моряки «Арктику» любили за то, что она никогда не подводила во льдах. Хотя и есть в этом их утверждении доля лукавства - доброго и вполне прозрачного.

Мой собеседник, главный инженер-механик атомного ледокола «Ямал» Вячеслав Мелихов, все это прекрасно понимает и формулирует неэмоционально, предельно точно, как и положено человеку, имеющему дело с техникой: «Надежность ледокола начинается с надежности экипажа».

Он вправе именно так говорить об «Арктике», на которой отработал 37 лет. Правда, тут знаток истории атомного флота, вероятно, споткнется: как это - 37? Ведь первый атомоход новой серии закончил свою активную жизнь в 33 года, превысив на восемь лет проектный срок эксплуатации. И было это в 2008 году. Тогда, кстати, Мелихов, оставшись без основного места работы, перешел на один из самых новых атомоходов - «Ямал».

Объясняется все просто: Вячеслав Евгеньевич не только эксплуатировал «Арктику», но, можно сказать, и строил ее на Балтийском заводе в Ленинграде, потому его рабочий стаж на ней больше, чем жизнь самого прославленного ледокола. Сегодня в Росатомфлоте таких долгожителей с «Арктики» уже нет. А на пенсию Мелихов пока не собирается, хотя в ноябре исполняется ровно 40 лет его работы в гражданском атомном флоте. Чем не повод для разговора?

Если все русские писатели вышли из гоголевской «Шинели», то моряки-атомоходчики - с ледокола «Ленин». Не избежал этой судьбы и Вячеслав Мелихов, пришедший на атомный флот в 1971 году после окончания Ленинградского высшего инженерного морского училища имени адмирала Макарова.

В первые дни на атомоходе «Ленин» дипломированные выпускники - причем не только из Ленинграда, но и из Москвы, Одессы - не подозревали, что руководство флота, пароходства и даже министерства морского флота подготовило им новые «университеты». Всех разбили по парам и обязали помимо несения вахт серьезно готовиться к экзаменам на инженерную должность. Впрочем, во все времена молодость не очень-то любит ждать и хочет всего сразу. Строительство же атомохода «Арктика» в Ленинграде еще только набирало обороты, и оставалось ждать и учиться делу на «Ленине». Но тут Мелихову поступило предложение вообще отложить плавания - моряки требовались на сооружении атомохода в качестве смотрящих за качеством выполненных кораблестроителями работ.

Другие отказались - зарплата в «заводском» экипаже строящегося ледокола не шла в сравнение с морской, но Вячеславу гораздо важнее было вернуться на несколько лет в родной город. Здесь его ждали не только родители, но и молодая жена. 40-летнюю годовщину супружеской жизни, то есть жизни столь же продолжительной, как и его «обручение» с атомфлотом, они с Нелли Александровной недавно отметили...

У каждого из тысяч людей, ежедневно отправлявшихся строить ледокол на Балтийском заводе, имелась своя главная задача. Но у одного человека таких задач было по меньшей мере две. Капитан будущего атомохода Юрий Сергеевич Кучиев должен был не только организовать усилиями подчиненных ему моряков тщательный и повсеместный контроль за сооружением узлов, механизмов, систем, помещений ледокола, но и сформировать по мере постройки ледокола костяк будущего экипажа. Вторая задача была не менее важна, чем первая, и уж никак не решалась формальными методами отдела кадров. Кучиев, известный на флоте своей жесткой требовательностью к людям, никому золотых гор не сулил. Потому отбор был непростым, а упущенные житейские блага на ближайшие годы он предлагал компенсировать интересом к новому делу, сулившему огромные перспективы в Арктике.

Принадлежа к тем безоглядным романтикам, которые с энтузиазмом на грани фанатизма доводили до ума первый атомный ледокол, капитан того же требовал и от нового поколения атомоходчиков. И такие энтузиасты нашлись, научились понимать друг друга с полуслова, а после этого просто не хотели работать порознь в дальнейшем. Мелихов вспоминает, как некоторые, предпочитавшие пересидеть «в засаде» постройку атомохода, бросились с заявлениями в экипаж «Арктики», когда на новый экипаж пролился дождь государственных наград и выделенных столичных квартир. Но было поздно. Кучиевский принцип отбора людей в деле не подразумевал обратного хода… Что интересно, другие капитаны «Арктики» по-своему развивали этот принцип. Выдающийся ас арктических трасс Василий Александрович Голохвастов прививал морякам любовь и преданность к атомоходу мягко, интеллигентно, что было свойственно именно ему, признанному интеллектуалу ледокольного дела.

Оценивая пройденное и сделанное на «Арктике», Мелихов лаконичен: «Менялись люди, но сохранялись традиции». Он считает, что ничего в судьбе ледокола и человека не надо объяснять счастливым стечением обстоятельств. И вправе так считать, потому что все главные события в жизни легендарного корабля стали событиями его собственной жизни.

Речь не только о «звездном» рейсе на полюс. И даже не о том, который журналисты прозвали битвой в Айонском ледовом массиве. Та навигация 1983 года оказалась несравнима ни с какой иной по тяжести за всю историю освоения Арктики. И оказавшиеся зажатыми во льдах суда, без преувеличения, спас экипаж атомохода, экстренно выведенного из дока в Мурманске. Не закончив ремонт, он отправился на восток через весь Северный морской путь на одной работающей турбине, другие вводили в действие на переходе, попутно завершая многие прерванные работы, когда в машинном отделении воды было по колено…

На фоне этих ставших вехами событий вспомнить надо и о таких вот «мелочах», как парогенераторы атомной установки «Арктики» - самые надежные, чем не могут похвалиться парогенераторы остальных атомоходов, более двух десятилетий страдающие от навязчивых технических болезней. По завершении эксплуатации ледокола, то есть через 33 года, специалисты вскрыли один из парогенераторов и были поражены его девственной целостностью. За этим фактом - добросовестная настойчивость и принципиальность моряков первого экипажа во время приемки у заводчан узлов и механизмов. Она доходила порой до грани, когда, например, у механика Юлия Пилявца заводчане отбирали пропуск в цех, не добившись послаблений уговорами… За этим - любовное, не иначе, отношение к своему кораблю, переходившее потом от экипажа к экипажу, от одного поколения моряков к другому…

Притом сам Вячеслав Мелихов, в 42 года ставший главным механиком атомохода, говорит, что всегда стремился не быть всего лишь командиром для подчиненных и возникающие сложные технические проблемы предпочитает решать не приказом, а в диалоге. Проблем же хватало, ведь ледокол «Арктика» был первым в серии. И когда впервые «потекла» ветка компенсации давления (КД), старший механик атомной паропроизводящей установки Алексей Копытов не выходил из каюты главного механика, забрасывая его все новыми и новыми идеями, как разрулить не предвиденную конструкторами ситуацию. Так они и преодолевали растерянность, обсуждали десятки вариантов, подключая других коллег, когда возникала необходимость. И, конечно, не предполагали, что родившаяся в диспуте схема ремонта КД будет принята позже за основу конструкторами атомоходов…

За годы работы на «Арктике» у Мелихова сложилась своя философия становления молодых специалистов, отголоски которой мне не раз приходилось слышать в разговорах с другими профессионалами атомного флота вплоть до его первых руководителей. Теперь не узнаешь, то ли именно здесь впервые родились эти принципы, то ли они - продукт общих усилий всех моряков. Но это не столь важно. Главное в том, что самостоятельность и ответственность - два неразрывных условия становления специалиста. Означает это, что не надо лезть с мелочными советами, когда человек занят своим заведованием на ледоколе, тем более - что-то делать за него. При этом Мелихов любит повторять подчиненным: «Никогда не стесняйтесь спросить, если что-то не знаете». Он, кстати, и сам, в чем-то засомневавшись, не считает зазорным подойти, спросить у того же подчиненного. Зато сердце радуется, когда, скажем, рядовые исполнители - трюмные машинисты при смене экипажа до последнего не уходят в отпуск, оправдываясь, что не успели довести то или иное дело. И ведь не скажешь им: ребята, есть начальники, с них, а не с вас спросят…

Знаменитая формула счастливой жизни хорошо известна: с утра на работу с радостным настроем, вечером - с не меньшей радостью домой. У моряков Атомного флота эта формула трансформировалась по-своему.

- Отработал свои четыре месяца - по дому, семье соскучился, ждешь встречи, как праздника, - говорит Вячеслав. - А через четыре месяца отдыха в охотку на работу возвращаешься. Так сорок лет и пролетело.

Владимир БЛИНОВ

Опубликовано: Мурманский вестник от 23.11.2011

Назад к списку новостей

Новости региона
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
65,587175,182577,528072,9524
Афиша недели
Брэнд в тренде
Гороскоп на сегодня