Стелы памяти павших бойцов есть, пожалуй, в каждом российском городе, городке и деревне, ведь вся огромная страна посылала воинов на защиту Родины от фашистов. Несмотря на свое название - «мемориалы», - это не что-то застывшее навсегда: они живы так же, как жива наша память. Здесь возлагают цветы, звучат речи и песни. Появляются и новые имена - несмотря на то что в следующем году мы будем отмечать уже 75-летие со дня окончания самой страшной войны XX века. Как приходят имена из прошлого? Чаще всего родственники погибшего обращаются в администрацию города или военкомат, а порой достаточно не родственного, но неравнодушного внимания земляков. Так на стеле в Кировске вскоре появятся два новых имени: Василия Петровича Кожина и Александра Васильевича Чуйкова.

Матросовский подвиг Чуйкова

«Александр Чуйков родился на Вологодчине, но с детства жил в заполярном Кировске, учился там в школе. Потом по-ступил в Мурманский рыбопромышленный техникум. Службу начинал еще в мирное время, в 1939 году. В годы войны - на фронте. Сначала сражался с захватчиками на Северном флоте, а с июля 1943 года оказался на Западном фронте. По документам, рассказам однополчан удалось восстановить минуты, мгновения последнего боя Саши Чуйкова.

В один из августовских дней 1943 года началась известная Смоленская операция под кодовым названием «Суворов». Наши войска освободили в ходе ее более пятисот населенных пунктов между Западной Двиной и Днепром, в том числе и имеющий более чем тысячелетнюю историю город Смоленск. 437-й полк 154-й стрелковой дивизии 8 августа наступал вблизи города Дорогобужа.

Наступление развивалось медленно. Противник сохранял еще перевес в живой силе. А тут еще со стороны рощи, которую назвали «Квадратной», из дзота ударил хорошо замаскированный и надежно укрытый пулемет. Атака захлебнулась. Бойцы распластались на ровной, ничем не защищенной земле. Не уничтожив дзот, нельзя было и думать о дальнейшем продвижении вперед.

У лейтенанта Чуйкова созрел дерзкий план: пойти в открытую, прямо на дзот, чтобы бойца заметили фашисты и только в нем в тот момент увидели опасность. А в это время два других воина обойдут огневую точку и ударят с тыла. На такую дерзость мог решиться только отчаянный смельчак. Потому что шансов остаться в живых было очень и очень мало. Тем не менее Чуйков принял такое решение. Короткими бросками упрямо продвигался вперед, а два бойца с гранатами в руках обходили дзот.

Под прицельным огнем укрытого пулемета Александр Чуйков подобрался к самому дзоту. Оставалось еще несколько метров. И в это время наши бойцы поднялись в атаку. И тут же взахлеб заговорил вражеский пулемет. Бездействовать и медлить в эту критическую минуту было нельзя. Чуйков преодолел несколько последних метров, проскочил их стремительно короткими бросками и распластался на раскаленном стволе, заслоняя собой амбразуру...»

И на Смоленщине, и в Заполярье

Описание подвига лейтенанта Чуйкова, приведенное выше, принадлежит перу Станислава Дащинского - известного мурманского журналиста, первого редактора нашей газеты. В 80-х он начал собирать информацию о северянах, погибших во время Великой Отечественной войны, которая впоследствии легла в основу областной Книги памяти. Материал Станислава Наумовича вместе с письмом родственницы Александра Васильевича, вологжанки Ольги Чуйковой, приложены к ходатайству Михаила Орешеты председателю совета ветеранов Кировска Олегу Шубину об увековечивании памяти Чуйкова в городе, откуда он был призван на фронт.

- Первая публикация с упоминанием о том, что герой жил в Кировске, появилась в газете «Сельская правда» в 1973 году. Это были воспоминания сестры, - рассказал «МВ» писатель Михаил Орешета, председатель областного общества ветеранов. - А я впервые узнал о Чуйкове в 1980-х от Сергея Звягина, был такой настоящий патриот России (глава исполнительного совета Комитета по сохранению памяти героев подвига самопожертвования, руководитель историко-краеведческого московского тур-клуба «СВ-поиск». - Прим. З. К.). Он жизнь положил, изучая, выискивая и увековечивая матросовцев. Именно он расширил это понятие как «подвиг самопожертвования».

Память об Александре Чуйкове чтят и на Смоленщине, где он погиб, и в Заполярье: в Мурманском мореходном училище имени Месяцева установлена мемориальная доска, на которой высечены имена бывших курсантов, павших на фронтах Великой Отечественной. Есть среди них и имя Александра Чуйкова, повторившего подвиг Александра Матросова.

Герой из партизан

Имя второго бойца, Василия Кожина, вернул Кировску неравнодушный апатитчанин Сергей Хитров. Читал он книгу очерков «Всегда в строю», авторами которой стали ветераны госбезопасности, журналисты и писатели, использовавшие в работе материалы из архивов УФСБ. Это одно из изданий 2014 года о чекистах Мурманской области, подготовленных некоммерческим фондом «Щит», редактором-составителем которого выступил Геннадий Гурылев, в 1992-1999 гг. начальник УФСБ России по Мурманской области. И в очерке В. Семенова «Партизанская правда» в описании декабрьского похода 1942 года отряда «Советский Мурман» обратил внимание Сергей Александрович, что один из погибших во время боевой вылазки, Василий Петрович Кожин, был кировчанином.

Сводный отряд под командованием Куроедова отправился во вражеский тыл с серьезными задачами: уничтожать на дороге Мейнико - Маятало транспорт противника и живую силу, захватить оружие и документы разгромленных автомашин колонн противника, ликвидировать телефонно-телеграфную связь, подорвать «высоковольтку» и мосты, захватить языка и доставить в наш тыл. По дороге к месту выполнения задания, километров за десять, партизаны устроили небольшой привал, и тут рядом появились финны, незамеченными уйти не удалось. В самом начале полуторачасового сражения, завязавшегося в предрассветной тьме, погибли трое бойцов, в том числе Василий Кожин.

Тут же автор очерка рассказывает, что известно об этом воине. «Кожин Василий Петрович, 1915 года рождения. До прихода в отряд жил в г. Кировске Мурманской области, работал на руднике им. Кирова начальником штаба МПВО». И приводит выдержку из воспоминаний одного из членов отряда, Н.Ф. Шумилова: «Василий Кожин был мужественным парнем. Когда в районе озера Шуони-йоки наше боевое охранение в составе Кожина, Татарских и Мошкина столкнулось с группой фрицев, Василий не раздумывая первым открыл огонь, потом до последнего отстреливался, находясь в полуокружении. Благодаря его самоотверженности остался в живых легкораненый Татарских, а отряд сумел отойти на более безопасное место. Погиб Кожин, как настоящий коммунист».

Новый проект

Появление двух новых имен на стеле - дело решенное, вопрос рассмотрен на специальной комиссии по увековечиванию памяти погибших кировчан при местной администрации. А у председателя совета ветеранов Олега Шубина есть предложение, чтобы выбили эти имена на обновленном мемориале.

- Я думаю, Кировск достоин мемориала, где будет увековечена память обо всех воинах-кировчанах, павших как в Великой Отечественной, так и в локальных конфликтах, в горячих точках, - пояснил он. - Для этого стелу нужно полностью реконструировать. Здесь могли бы появиться памятник скорбящей матери, Вечный огонь, красивый мемориал с георгиевскими лентами и с табличками, на которые можно вносить и новые имена, если будут основания к тому. Проект-предложение я передал главе города некоторое время назад. Хорошо, если наши планы осуществятся - тем более что всего через год грядет 75-летие Великой Победы.