04.06.2016 / Спорт

Александр Грушин: «Не вижу смысла читать, что я деспот»

- До сих пор не могу понять, как это произошло. Оглядываясь назад, вижу, что судьба сложилась из каких-то случайностей. Но в итоге спортивная дорожка, по которой иду по сей день, все-таки стала основной. Будто какая-то неведомая рука указала мне ее. Хотя еще в юности много раз мог свернуть на темную тропинку...

Услышать такое от заслуженного тренера сборной советских, а затем и российских лыжников, воспитавшего 15 олимпийских и 24 чемпиона мира, было неожиданностью. Но именно с этих слов Александра Грушина начался наш разговор. Мало кто знает, что знаменитый наставник - коренной мурманчанин. Оно и понятно: биографии тренеров редко оказываются на слуху. Тренер всегда остается в тени славы своих подопечных, тем более если это такие звезды спорта, как Раиса Сметанина, Елена Вяльбе, Любовь Егорова, Лариса Лазутина, Юлия Чепалова, Михаил Иванов...

Наш земляк обосновался в Москве еще в конце 70-х, но родной город не забывает, хотя наведывается сюда нечасто. Однако в нынешнем году сделал это уже дважды: сначала он приезжал как почетный гость Праздника Севера, а затем в составе делегации Олимпийского комитета России.

Сорвиголова

- Александр Алексеевич, с чего вдруг темная тропинка могла возникнуть?

- Да так уж получилось - в шесть лет остался без отца. Он работал сцепщиком на железной дороге. Погиб трагически, его зажало между буферами вагонов. Кроме меня у матери на руках остались еще двое детей - едва с нами справлялась. И детство мое было полубандитским... Даже на учете в детской комнате милиции состоял.

- Так как же все-таки вышли на правильный путь?

- Пожалуй, везло - начиная с юности. Наша семья жила в доме на улице Володарского. Учился в 13-й школе, потом во 2-й, из которой в седьмом классе исключили за плохое поведение и успеваемость. От скатывания в пропасть уберегли любовь и авторитет матери. Человек она самый простой, работала уборщицей и постоянно боролась за меня, искала способы воздействия. В результате перешел в находившуюся поблизости от нашего дома школу № 8. С нами на одной площадке жили супруги Мещеряковы - учителя физкультуры. Вот мама и попросила их присматривать за мной. Они взялись за меня крепко. Следили, чтобы не прогуливал уроки, посещал спортивные секции, в том числе лыжную. Делали все, чтобы у меня не оставалось времени на «подвиги».

- А с другими учителями как складывались отношения?

- Не скрою, и с другими педагогами в новой школе также посчастливилось, особенно с классным руководителем Таисией Александровной Могилянской. В ней сочетались строгость, справедливость и человечность. А еще она заразила меня физикой. Так двойки постепенно сменились положительными отметками. Поведение примерным не стало, но тоже изменилось в лучшую сторону. Да и вообще, мировоззрение начало переворачиваться. Во многом благодаря Таисии Александровне я получил не только аттестат, но и возможность поступить в вуз. Очень ей благодарен за это.

- Лыжи, насколько понимаю, тоже сыграли свою роль?

- Не такую уж значимую. Да, занимался в спортшколе в Долине Уюта, самым известным тренером которой тогда был Тимур Баланин, нравилось участвовать в соревнованиях, но все это было третьестепенно. Никаких высоких задач не ставил, даже разряд повысить не стремился. Правда, позже, в студенческие годы, все-таки выполнил норматив мастера спорта.

На лыжню - через гауптвахту

- Вы сначала окончили технический вуз.

- Путь к заветному диплому был довольно тернистым. Меня приняли на физический факультет Ленинградского государственного университета имени Жданова. Помню, при поступлении сдавали экзамен по химии. Помимо ответа на теоретический вопрос надо было решить довольно мудреную задачу. Когда настал черед отвечать, преподаватель посмотрел мой листок и сказал, что я единственный из всего потока, кто справился с нею. Тут же стал уговаривать перевестись на химический факультет. Однако выбор в пользу физики уже был сделан. Вот только проучился я там до второго курса. Поведением хорошим не отличался, то и дело возникали инциденты... И мне порекомендовали пойти в армию.

Бронзовый призер чемпионата мира 2001 года в Лахти Сергей Крянин (слева), олимпийский чемпион Солт-Лейк-Сити Михаил Иванов (справа) с Александром Грушиным во время празднования 60-летия последнего, июль 2005 года.

- Там, наверное, в спортроту попали?

- Вовсе нет, хотя служба все два года была связана со спортом - по воле случая. Попал в войска ПВО, служил в Одинцове под Москвой. Из-за своего характера тут же угодил на гауптвахту. Еще до принятия присяги подрался со старослужащими и получил 15 суток ареста. А командовал подразделением генерал-майор Леонид Машьянов. Дело было 5 декабря 1963 года, в День Конституции. Помню, он нас вызвал всех, построил. Потом подошел ко мне: «Они-то деды, им на дембель скоро, а ты только пришел... Кроме как драться, что-нибудь умеешь?».

Заговорили о спорте. Сказал, что у меня первый разряд. А генерал оказался любителем лыжных гонок, и именно в этот день должно было состояться первенство воинской части. Он предложил поучаствовать. Ну это же лучше, чем сидеть на губе!

Принесли мне палки и лыжи, которые крепятся к солдатским сапогам... Финишировал я вторым, опередив многих фаворитов, хотя они отправились на дистанцию не в армейской, как я, а в спортивной амуниции. Так я попал в число бойцов, которые отстаивали честь подразделения на различных соревнованиях.

Оказалось, в Московском военном округе среди генералов хватало таких же любителей лыжных гонок. И они часто между своими дивизиями устраивали соревнования. Команда Леонида Николаевича часто побеждала. Отношения с ним сложились хорошие, и он мне разрешил, не дожидаясь дембеля, продолжить обучение в Московском институте электронного машиностроения.

- Там же продолжилась и спортивная карьера?

- Отчасти. Но все-таки на первом месте стояло образование, и мысли связать всю жизнь с лыжами в тот момент не возникало. Поэтому должного внимания тренировкам я не уделял, хотя и выступал довольно успешно за спортобщество «Буревестник».

Чтобы быть профессиональным лыжником, нужно заниматься постоянно, даже в теплое время года. А мне приходилось помимо учебы еще и подрабатывать, так как стипендии на житье в столице не хватало. Нет, я не бедствовал, но просить каждый раз маму, чтобы денег из Мурманска прислала, совесть не позволяла. Кроме того, летом участвовал в стройотрядах, на целине в Казахстане колхозы обустраивал и в Орловской области зерноочистительные агрегаты строить доводилось.

Везет тому, кто везет

- Так как же все-таки вышли на спортивную стезю?

- Снова случай. В 1970 году стал тренироваться под руководством старшего тренера спортобщества «Локомотив» Бориса Быстрова. В 1972-м в Кандалакше разыгрывались медали чемпионата СССР по лыжным гонкам в 70-километровом супермарафоне. Финишировал с восьмым результатом. Меня заметили. Но даже тогда планировал закончить вуз и получить диплом инженера. А тут Быстров стал наставником сборной страны по лыжным гонкам и вскоре предложил мне стать играющим тренером команды железнодорожников.

- Первые шаги на новом поприще?

- Да. Постепенно втянулся, получалось неплохо. Даже поступил на очное отделение в Московский институт физической культуры. А чуть позже стал работать тренером-преподавателем в энергетическом институте, диплом которого уже был в кармане. Мои студенты показывали хорошие результаты, и меня со временем пригласили работать в физкультурный вуз, а затем и в Центральный спортклуб профсоюзов. По сути, это была вторая сборная страны.

Трудился с мужским составом - бок о бок с Анатолием Борисовым, воспитавшим чемпионов мира и Олимпийских игр Александра Завьялова, Николая Зимятова, Алексея Прокуророва и других. В 1984-м советские лыжники неудачно выступили на зимних Олимпийских играх в Сараеве. У мужчин на 30-километровке победил Зимятов, а вторым финишировал Завьялов. Им также досталось по «серебру» в эстафетной гонке вместе с Александром Батюком и Владимиром Никитиным. У женщин титул вице-чемпионки дважды завоевала Раиса Сметанина. Нынче такой результат признали бы приемлемым, но тогда рассчитывали на большее.

Встал вопрос о смене тренерского штаба... Кто порекомендовал меня, до сих пор не знаю. Николаю Лопухову доверили первый состав женской сборной, который он сам и набрал, а мне - второй, то есть то, что осталось. Мы вели сборную двумя группами к зимней Олимпиаде в Калгари. И так получилось, что накануне Игр мои подопечные на этапах Кубка страны превзошли его воспитанниц. После удачного выступления на Олимпиаде 88-го мне предложили стать старшим тренером женской команды страны.

- Вы проработали с советской, а потом и российской сборной с 1984 по 2002 год. Сначала тренировали женщин, а затем мужчин. С кем труднее работать?

- Чисто по-человечески - с женщинами. Это стихия, буря эмоций, водоворот страстей и всего остального. Но если они поверили наставнику, то пойдут за ним без оглядки. С мужчинами, на первый взгляд, проще. Но здесь важно другое. Если тренер неправильно рассчитал спортсмену нагрузку, то женский организм способен за счет внутренних ресурсов нивелировать его ошибку, а мужской - нет. Он более раним физиологически. Поэтому занятия с сильным полом надо продумывать более тщательно.

Волна и камень, лед и пламень

- С женщинами вы проработали полтора десятка лет. Как уживались?

- Многие удивляются... Все бывало - скандалы, истерики. Да у меня и у самого характер не сахар. Просто надо уметь их слушать. Это непросто. Они стоят перед тобой, у каждой титулов не счесть, а надо объяснить им программу тренировок. И тут начинается: кто в лес, кто по дрова. Всех до единой выслушивал. Потом говорил: «Ваши мнения будут учтены. Делайте, как сказал, а останутся силы - занимайтесь, как вашей душе угодно».

Взаимопонимание все же удавалось найти. Вспоминая, до сих пор не могу понять, как со всем этим гремучим набором женская сборная умудрялась оставаться в мировых лидерах. Не надо думать, что с нею работал тренер-феномен. Таких, как я, немало, и почему в свое время выбор пал на мою персону, ответа не нахожу по сей день.

Все же я признателен своим девочкам. Они ведь меня оберегали и даже защищали в отдельные моменты. Поводов для увольнения была уйма, но меня все время оставляли... Все воспитанницы - неординарные личности. Они не похожи друг на друга, их нельзя подогнать ни под один шаблон.

Взять хотя бы Виду Венцене. Отношения с ней складывались крайне тяжело, то и дело возникали инциденты. В 88-м в канадском Калгари она стала олимпийской чемпионкой. Уже после этих Игр на закате советской эпохи меня пригласили в Вильнюс. Там подошли местные журналисты и сообщили, что она собирается опубликовать книгу - дескать, не хочу ли узнать, что написано про меня? Ответил отрицательно, потому что знал: ничего хорошего тогда она обо мне сказать не могла. А читать про то, какой я деспот, смысла не видел.

- Так она издала эту книгу?

- Думаю, да. Но главное, что потом отношения нормализовались. Периодически звонит, поздравляет с праздниками. Говорит, только по прошествии времени начала осознавать, что я для нее сделал.

Сейчас Вида Станиславовна - секретарь Олимпийского комитета Литвы. На зимних сочинских Играх случай был. В Красной Поляне мимо проходила литовская правительственная делегация. Вдруг выскакивает навстречу Вида и бросается мне на шею. Потом останавливает делегацию и начинает объяснять премьер-министру Альгидрасу Буткявичусу, что я - тот человек, который вывел ее в чемпионы.

- Затем вы три года работали в сборной с мужчинами.

- Команда в конце 90-х попалась трудная. Хромала дисциплина, спортсмены даже в загул могли уйти. Тогда в ней и будущий чемпион Олимпиады в Солт-Лейк-Сити Миша Иванов был, и Виталий Денисов, который позже, в 2001-м, завоевал «бронзу» на чемпионате мира.

Так вот, поехали мы в 1999-м на этап Кубка мира в Италию. Первая гонка - квалификационная, лишь пятьдесят лучших получают право участвовать в следующей дисциплине. Настраиваю ребят, объясняю, насколько серьезен этот старт, а они мне: «Да ладно, Александр Алексеевич! Думаете, мы не пройдем отбор?» Отвечаю: «Кто попадет хотя бы в пятидесятку, тому поклонюсь». На следующий день гонка. Лучший результат российской команды - 87-й. У подопечных ступор, никто не может понять, как такое могло случиться. Фанфаронство закончилось.

Говорю им: «Прежде я с вами возился, уговаривал отказаться от гулянок. С этого момента цацкаться не буду. Работаем до седьмого пота и строго соблюдаем спортивный режим, а кому не нравится - до свидания». Кое-кто пытался возражать: дескать, что мы, аскеты, что ли? «Нет, - говорю, - аскеты, они пришли в первой десятке...» Вот так с ними все и начиналось.

- Наш Алексей Петухов попадал в ваши руки?

- Попадал. У него в тот период не все получалось, из-за чего не удавалось закрепиться в команде, но, думаю, кое-что он от меня все-таки получил. Уже тогда из него вырисовывался спринтер. Позже это стало его основной специализацией.

Красный и зеленый

- Мельдониевый скандал, к счастью для большинства наших атлетов, завершился амнистией. Что вы о нем думаете?

- Почему какие-то препараты атлетам запрещают принимать, а какие-то нет, судить не берусь - не специалист. Но дальше все просто: это красный и зеленый свет. Решило мировое спортивное сообщество запретить конкретный препарат - значит, это закон для каждого, без исключения. Изучать воздействие милдроната начали еще два года назад. Это уже был звоночек, но к нему, видать, не прислушались. Потом 1 сентября 2015 года было официально объявлено о его запрете с 1 января 2016-го...

Если ВАДА информирует, рассылая письма, а они не читаются, о чем это говорит? Иначе как разгильдяйством не назовешь... Хорошо, что все обошлось для большинства наших, а могло ведь быть иначе. Не надо забывать, что идет и технологическое перевооружение. Вчера аппаратура могла, например, выявлять «хвосты» допинга до 10 дней после употребления, а сегодня - уже спустя несколько месяцев.

Не скрою, и мои подопечные в эти неприятности попадали. Достаточно вспомнить историю с Любовью Егоровой. Поэтому, считаю, не надо искать политическую подоплеку. Посмотрите: в скандал попали спортсмены не только России, но и многих других стран. Из тех, кто влип в эту историю, больше всего я переживал за конькобежца - чемпиона мира Павла Кулижникова. Поверьте, это талантище!

- Отношения с руководством Федерации лыжных гонок России у вас всегда были непростыми. Вы не раз критично отзывались о нем. Сейчас у руля стоит ваша воспитанница Елена Вяльбе.

- С нею мы в хороших отношениях. Поддерживаем контакты как деловые, так и человеческие.

- Какие, на ваш взгляд, перспективы у лыжного спорта в нашей области?

- Ряд мурманчан достиг мировых вершин - это биатлонисты Петр Милорадов, Валерий Кириенко, Сергей Рожков, Анна Богалий, лыжник Алексей Петухов. Регион привлекателен для сборных страны по лыжным гонкам и биатлону, поскольку сезон здесь начинается в ноябре, а заканчивается в апреле. Но недоставало инфраструктуры.

В последнее время руководство области предприняло серьезные шаги к устранению проблемы. В результате глобальной реконструкции спорткомплекса «Долина Уюта» в Мурманске теперь имеется современный лыжный стадион, соответствующий всем требованиям и стандартам, на котором можно устраивать соревнования международного уровня. Когда заглянул в этот уголок города, был приятно удивлен. Что касается тренеров, то они - патриоты своего дела. А значит, должны прийти и успехи.

Игорь АРИСТОВ

Опубликовано: Мурманский вестник от 04.06.2016

Назад к списку новостей

Комментарии

comments powered by HyperComments
Новости региона
Погода
Мурманск
Апатиты
Кандалакша
Мончегорск
Никель
Оленегорск
Полярные Зори
Североморск
Оулу
Тромсе
Курсы валют
$10 NOK10 SEK
57,511867,892772,079970,4646
Афиша недели
Конец света на любой вкус
Гороскоп на сегодня