Еще в начале апреля пограничники конфисковали 120 тонн трески и пикши из трюмов рыболовецкого судна «Квазар», которое было задержано по подозрению в браконьерстве. «Вещдок», как и положено, загрузили в холодильники… Там и оставили. На несколько месяцев. А ведь бесконечно хранить рыбу нельзя, после определенного срока она будет годна уже только на кормовую муку.
Прошло почти четыре месяца. Только 29 июля пограничники попытались передать конфискованную партию представительству Российского фонда федерального имущества, которое имело право направить эту рыбу в торговлю. Попытка, как говорится, не увенчалась: опоздали. С 1 августа РФФИ уже прекращал свою хозяйственную деятельность в связи с ликвидацией согласно указу президента. Куда теперь? Ведь целых 120 тонн рыбы того и гляди пропадут!
Часть полномочий Фонда, в том числе связанных с реализацией рыбного конфиската, перешла к территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом. Но опять незадача - перешла не сразу.
- Наше ведомство получило эти полномочия только в середине августа, - пояснил руководитель теруправления Борис Миков. - Понятно, что столь значимую партию рыбы необходимо было срочно реализовать. И вместе с областным департаментом рыбной промышленности нам в конце августа удалось передать ее на реализацию уполномоченной организации.
Уточним: удалось тоже не без труда. Сроки хранения истекали, а какой нормальный торговец будет связываться с товаром, который нужно продать буквально за пару дней? Помогло то, что после дополнительных исследований выяснилось: сроки реализации можно продлить… В общем, успели. Но, как говорят шахматисты, на флажке.
… Еще пару лет назад конфискованная ценная продукция попросту уничтожалась. Дико звучит, правда? Но нормальная хозяйская бережливость, рачительность наталкивались на казавшееся непреодолимым бумажное препятствие. Законного пути реализации такой рыбы попросту не было. К тому же для проверки ее качества и оформления соответствующих документов необходимы были средства. А они организациям, занимающимся конфискатом, на эти цели не выделялись. В итоге год за годом кроме самой продукции вылетали в трубу еще и деньги, затраченные на ее хранение и утилизацию.
На то, чтобы привести правила в соответствие с рассудком областные власти потратили немало сил. В октябре 2006 года координационный совет по вопросам взаимодействия исполнительных органов государственной власти области и территориальных представительств федеральных органов создал рабочую группу. Перед нею была поставлена цель - выработать механизм, который позволил бы и соблюсти закон, и использовать изъятые дары моря - охлажденную рыбу и краба - с умом. То есть на пользу людям. В состав группы вошли руководители и специалисты правоохранительных и надзорных органов, а также представительства РФФИ в Мурманской области - в общем, все, кому по должности было положено контролировать подобный процесс.
По словам начальника управления по вопросам реализации приоритетных национальных проектов и взаимодействия органов государственной власти правительства области Алексея Паламарчука, в результате совместной работы удалось подробно регламентировать действия каждого из участников схемы. Чтобы обеспечить качество и безопасность изъятой у браконьеров продукции, было принято решение: охлажденная рыба подлежит обязательной заморозке. Мясо же краба после лабораторной проверки на пути к нашему столу должно непременно пройти термическую обработку. Ощутимым итогом действия схемы стало поступление в государственную казну более 40 миллионов рублей.
Партия конфиската, о котором идет речь, весьма солидная - 120 тонн. Ее стоимость - более шести миллионов рублей. Эти деньги в зависимости от решения суда либо вернутся к владельцу рыбы, либо пополнят госказну (за вычетом стоимости хранения в 500 тысяч рублей, которая, заметим, прояви пограничники расторопность, оказалась бы значительно меньше, и некоторых других затрат, связанных с исследованием рыбы и ее реализацией). А ведь они могли попросту пропасть.
Потому и остается вопрос: отчего в системе, налаженной с большим трудом, случился такой сбой? Почему полвесны и все лето рыба мерзла в холодильнике, вместо того чтобы «греться» на сковородках? Мы попытались найти ответ в пограничном управлении ФСБ России по Мурманской области. Но вопрос, видимо, оказался слишком сложен - нам предложили направить его письменно. Что мы и делаем. Надеемся, что он не залежится так же долго, как эти 120 тонн рыбы.