- Я должна была стать модельером, но пошла в Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии - на драматическую актрису. Дома говорила, что сдаю экзамены, и родители, уверенные, что все идет по плану, ни о чем меня не спрашивали. Между тем в театральном заметили, что у меня неважное зрение. Мастер, набиравший курс, Татьяна Григорьевна Сойникова, буквально за руку отвела меня на третий этаж, на кафедру театра кукол, и сказала: "Здесь ты пригодишься". И действительно - пригодилась. Но это выяснилось потом, а тогда отец, которого я встретила на углу Восьмой Советской, где мы жили, узнав о моем поступлении, от радости поднял меня на руки и понес домой. Когда же понял, что речь идет о театральном, - он меня уронил...

Как реагирует человек на важное и приятное известие? Обычно смеется, порой кричит, иногда плачет - от радости. Когда я дозвонился до главного режиссера Мурманского областного театра кукол Тамары Волынкиной и сообщил, как выяснилось первым из всех, о присвоении ей звания народной артистки России, Тамара Александровна абсолютно спокойно, буднично сказала: "По-моему, здесь какая-то ошибка. Вы уверены, что ничего не перепутали?" Впрочем, засомневаться было немудрено: народных артистов из кукольников можно пересчитать по пальцам. В основном это ныне покойные классики жанра наподобие Сергея Образцова и Зиновия Гердта. Что касается Мурманской области - такое событие у нас происходит впервые.

- Образцов приезжал в Мурманск, бывал у нас в театре, мы с ним общались, - рассказывает Волынкина. - Захаживали к нам и космонавты, и политики, и просто известные люди. В книге отзывов театра кукол, есть, к примеру, такая запись, сделанная в период, когда вся труппа была в отпуске: "Театр пуст, никого нет, но нам очень понравилось. Булат Окуджава, Григорий Горин".

Обычно все бывает наоборот: театр всегда полон, всегда в нем звучат задорные юные голоса, ибо основные зрители здесь - дети. И видели бы вы, как горят их глаза, как переживают они события, происходящие на сцене. Вот и в этот раз, когда я вошел в театр, вокруг бурлило выплеснувшееся по окончании представления в холл шумное детское море. Ребята на ходу делились впечатлениями, пересказывали друг другу самые запомнившиеся моменты спектакля и едва ли не в лицах изображали главных персонажей. Я смотрел на них и думал, что сказка, вымысел, театральное действо для ребенка порой оказываются правдивей самой жизни. И это детское доверие важно не разрушить, не использовать во вред.

- Мой любимый режиссер Ролан Быков однажды сказал про нынешнюю Россию, что она сделала аборт, желая избавиться от детей, - Тамара Александровна заметно волнуется. - И это очень верно: дети сегодня для многих ненужная обуза, лишняя часть общества. Обычно думают: ну что ребенок может понять? Да очень многое. И любая, самая маленькая мысль, донесенная с помощью кукол до детской души, - это уже наша победа. Спрашиваешь иногда, про что был спектакль. Если скажут: "Про зайчика", - значит, где-то мы допустили ошибку, а если ответят, допустим: "Про дружбу", - все в порядке - идея воспринята. Есть много тем серьезных, печальных и неподходящих вроде бы для детского театра, но... о них необходимо говорить. В прошлом году, когда отмечалось 60-летие Победы, мы вдруг поняли, что обязаны рассказать детям о войне. Но как сделать, чтобы им было понятно? И возникла мысль поставить спектакль о самом привычном, о самом обычном. Ведь что такое мир и что такое война? Мир - это когда мама говорит: "Ну почему ты не доел, доешь сейчас же". И мороженое, и шоколадка, и конфетка - все в порядке вещей. А война - это когда даже хлеб на вес золота. Мы выносили на сцену хлеб, отрезали от него блокадную норму - 125 граммов, показывали залу, и наши маленькие зрители были совершенно потрясены. А после спектакля мы раздавали им эти крошечные, со спичечный коробок, кусочки, и надо было видеть, с каким удовольствием дети их ели.

В Мурманск она попала по распределению. До этого на третьем курсе института впервые побывала здесь на гастролях. Нельзя сказать, что ей не понравился город на берегу Кольского залива, но связывать с ним свою судьбу Тамара Волынкина не собиралась. Думала, отработает три положенных года - и уедет. Однако время шло, а она никуда не уезжала. Даже тогда, когда была у нее такая возможность. Даже тогда, когда Образцов пригласил ее в свой коллектив. И три года превратились на настоящий момент в 35 лет.

- Мурманский театр кукол ютился в ту пору в трехкомнатной квартирке на Комсомольской, - вспоминает Тамара Александровна. - Теснотища была жуткая, но зато здесь работала прекрасная труппа под руководством режиссера Иды Петровны Спектор. Мира Цыпкало, Евгений Луценко - это были потрясающие, высочайшего актерского уровня мастера. Я у них училась. Атмосфера в коллективе была самая творческая, к тому же в 1972 году театр переехал в новое здание, и, в общем, мне уже не хотелось никуда уезжать. Однако я до сих пор не могу сказать, что так уж досконально знаю Мурманск, поскольку основной мой маршрут: из дома в театр, из театра домой, а все остальное - если останется время.

В дверь кабинета постучали, и хорошо поставленный, полный трагизма голос произнес: "Тамара Александровна, вы жестокий и бессердечный человек". И после паузы добавил: "Гапит стынет". Моя собеседница рассмеялась:

- Вот ведь, не дадут поговорить. Это они меня поздравить собрались. У нас и ныне - великолепная труппа. Все профессионалы, с высшим образованием, но главное - живые, в актерском смысле этого слова. Постоянно что-то придумывают, изобретают, выдают на-гора новые идеи, и это замечательно. Работать с ними - радость. Ну а гапит - деревянная основа куклы, на которую нанизывается механизм управления. По устоявшейся театральной терминологии выражение "гапит стынет" означает, что пора к столу.

Мы прервали разговор и вышли "в люди". И были цветы, улыбки, теплые слова, и я неожиданно понял, что сам улыбаюсь, наблюдая за происходящим. А еще понял, что воспринимаю артистов-кукольников как совершенно особую касту театрального общества. И не упустил случая спросить так ли это на самом деле.

- У кукольников действительно свой мир, свой театральный, может быть, древнейший из всех, язык, своя философия если хотите. Наша работа - оживлять неживое, причем не только кукол, а все что угодно. Из самого, что называется, подручного материала можно сделать нечто. Один из последних наших спектаклей возник... из обыкновенного шнурка. Мы придумали ему историю, получился номер, который позже вырос в спектакль. Или - взяли две настольные лампы и подумали: а почему они не могут влюбиться друг в друга? И это послужило отличной завязкой для дальнейшего развития действия. Кроме того, для кукольника очень важны руки. От умения владеть ими зависит полноценная жизнь многих наших персонажей, - Тамара Александровна замолкает и продолжает уже с иронией в голосе: - Мы к своим рукам относимся с особенным пиететом. Я вот недавно попыталась у себя на ладони прочесть что-нибудь этакое и в итоге пришла к выводу, что у меня рука не режиссера, а олигарха.

Насчет олигарха - это было бы нелишним. Театру необходим ремонт, а детям новый зрительный зал - в нынешнем слишком тесно. И кстати, несколько лет назад в ходе известного на весь мир театрального фестиваля в сербской Субботице к мурманским кукольникам проявил повышенное внимание один американский миллионер, для которого куклы - главное увлечение жизни. По передававшейся из уст в уста на фестивале легенде, если миллионер заснет на первых двух минутах представления - значит, спектакль никуда не годится. Если до момента, когда он начнет зевать и потягиваться пройдет от трех до пяти минут, - все в порядке, спектакль хороший. Ну а если его внимание удастся продержать в течение четверти часа - это уже творческая удача, успех. На спектакле Мурманского театра кукол американский миллионер не уснул вовсе. А после долго беседовал с мурманчанами, восхищался их искусством, благодарил, спрашивал о творческих планах.

- В ближайшее время часть нашей труппы уезжает на гастроли в Норвегию, - отвечает уже на мой вопрос Тамара Александровна. - Близится 75-летие нашего театра, и мы надеемся к этой дате издать книжку с детскими отзывами о нашей работе. Они разные: и хвалебные, и ругательные, но всегда интересные. И наконец, мы сейчас начинаем "разминать" будущий спектакль о жизни Антона Павловича Чехова. В общем, на месте не стоим, движемся вперед, работаем.

Вспоминаю свои детские ощущения от кукольных спектаклей. Все казалось так реально, так всерьез: злая Баба-яга, добрый Емеля, Василиса Прекрасная. Было полное ощущение того, что куклы живые, всамделишные, настоящие. Ширма, за которой стоят кукловоды, воспринималась просто как необходимая деталь пейзажа. А уж о том, что кто-то находится там, за ней, не думалось вовсе. И возможно, высокий смысл профессии артиста-кукольника состоит как раз в том, чтобы быть незаметным, оставаться за ширмой, жертвовать своей известностью, успехом ради маленького детского чуда.

- Мы сейчас потихоньку возвращаемся от экспериментов к классической форме, - Тамара Александровна улыбается. - Потому что, оказывается, для ребенка чудо не в том, что актер выходит вместе с куклой и дергает ее за веревочки. А в том, что куклы двигаются и разговаривают, словно сами по себе. Именно тогда возникает ощущение подлинности происходящего. И происходят случаи, подобные бывшему однажды со мной, когда маленькая девочка пришла с мамой за кулисы и сказала: "Я хочу пригласить слоненка, участвовавшего в спектакле, на день рождения". Мама ей: "Но ведь тогда придется звать и вот эту тетю". Девочка посмотрела на меня и сказала: "Тетю - не надо".

Дмитрий ИЛЬИН