В облдраме репетируют Шекспира. "Короля Лира". Пьеса трудная, заглавная роль не всякому актеру по плечу. А в мурманском театре за нее взялась... актриса. Марина Скоромникова. Бенефисный спектакль зрители увидят осенью, в начале нового сезона. Ежедневно с раннего утра (что для актеров настоящий подвиг) идут репетиции. Вот и свой юбилей народная артистка России сегодня встречает в репетиционном зале. На любимой "службе".

Главный режиссер театра Султан Абдиев настроен энергично. И с порога заявляет:

- Почему короля играет актриса? Потому что это очень женская пьеса. Лир на все реагирует по-женски - живет не разумом, а эмоциями. Отсюда его беды и политические ошибки. И всех персонажей вокруг него ведут эмоции.

Так что сомнений в выборе исполнителя у режиссера не было. А вот у Скоромниковой их предостаточно...

- Я в панике! Браться за мужскую роль, которую никогда никто из женщин не играл... Страшно, что мне просто не поверят зрители. Скажут: "Ходит баба по сцене!" Потом роль безумно сложная - там такие тонкие переходы, настроения, надо в результате довести себя до сумасшествия. Конечно, соблазнительно, когда режиссер тебе говорит: "Если откажетесь, не будет спектакля!" Какая актриса откажется? И я согласилась. Потом поняла, перепугалась - а ходу назад нет.

"Другого пути нет", - эти же слова Скоромникова произносит, говоря о своей театральной судьбе. Мама, сама актриса, была категорически против того, чтобы дочь выбрала ту же профессию. Марина поступила на физмат, пыталась обойтись без сцены - и не смогла:

- Я заболела тогда, затосковала - и тогда мама сама привела меня в театр. Счастлива ли я? Когда как. Но другого пути нет. Судьба.

Говорят, актеры - как дети, наивные и трогательные. Они доверяют своей судьбе, как ребенок доверяет матери, взявшей его за руку. Куда идти - не все ли равно, здесь нет места ни страху, ни тоске. Потому что куда бы ни сворачивала дорога, она приведет на сцену, где под слепящими софитами ты примеряешь маски - то одну, то другую. А публика немеет и - верит.

В жизни Марины Петровны этих масок-ролей было больше сотни. Самой любимой среди них нет:

- Как можно сказать, кто из твоих детей самый любимый? Роли - это дети... или очень близкие друзья. Или все это - я, просто в разных ипостасях.

Первой ролью стала студентка Вера Журова в спектакле ивановского театра "Когда цветет акация". Это в профессиональной труппе. Но еще раньше, в народном театре, был Чехов. "Чайка". Чем не начало настоящей актерской судьбы! Актриса говорит, ролей было столько, что некоторые совсем изгладились из памяти: "Нахожу программку спектакля - и совсем не помню себя в нем". Но есть и роли на всю жизнь, которые хочется восстановить, - это и Кабаниха, и Медея. Особую память оставили спектакли Феликса Григорьяна, режиссера, работавшего в Мурманске недолго, но ярко:

- С Григорьяном я любила работать. Когда мы с ним делали Кабаниху в "Грозе", сразу договорились, поняли друг друга - и роль пошла, дальше он мне только помогал. А если взгляды актера и режиссера на спектакль противоположны, надо сразу уходить с роли. Или искать компромисс. Я не могу играть, если у меня здесь, - Марина Петровна прижимает руки к груди, - не зажигается. Если мне кажется, что я умнее режиссера, мне неинтересно и трудно. Так было пару раз с приезжими режиссерами. А вот с Абдиевым работать легко - с ним мы всегда можем договориться.

Вот и сейчас они "договорились" о "Короле Лире".

- Мы ставим спектакль про дефицит любви, - рассказывает Султан Назирович. - Беды Лира - это наказание за то, что он не умел любить, не дал любви дочерям. Ведь что такое несчастье? Расплата за грех. Надо во всем искать собственную вину. Это еще в античности знали. А античность - это не эпоха, а качество сознания, в этом смысле Шекспир - античный автор.

Репетиция идет, набирает темп, актеры на глазах преображаются. Полчаса назад в зал вошли чуть усталые "служивые люди". Кажется, ничего не произошло: идет читка, репетиция "на стульях"... но Владимир Ерасов - уже никакой не Ерасов, актер с именем и опытом, преподаватель университета, а шут, "вышедший в тираж":

- Я играю пожилого шута, как бы шута на пенсии. Старый король и старый шут - два друга, они вместе прошли по жизни и вместе покинут мир.

Скоромникова, осторожно набиравшая интонации, двигавшаяся на ощупь, теперь энергична и собрана. Властный голос, скупые жесты. По-мужски твердые высказывания.

- Чего ты переживала, Марина?! - смеется Ерасов. - Мужик да и только! Никто и не усомнится!.. Знаете, с ней так легко работать, - говорит актер уже мне: - Удивительное чувство партнера, когда ты не ждешь конца реплики, а живо реагируешь, слушаешь, веришь. Это не всем дано. Это природная интуиция.

Что чувствует сама прима, выходя на сцену, - тайна:

- И страх, и радость... Иногда очень страшно, но отчего - этого никто не знает. Кто будет об этом говорить - будет врать! Это такое таинство... Иногда устанешь, думаешь - господи, еще три часа выдрючиваться, душу рвать. Выходишь на сцену - и вдруг пошло! Отчего это зависит, не знаю. Да и никто вам не скажет, как работает над ролью. Бывает, начинают рассказывать - я то, я это... Вранье! Каждая роль - это новое рождение, новый подход. Бывает по-разному. Иногда она входит в тебя сама. Так было в "Старомодной комедии": я прочитала пьесу - и сразу пошла играть. Так же было с "Конкурсом". У меня есть ощущение, что талантливо написанные вещи живут своей жизнью, они только ждут тела, в которое можно войти. Если тело готово, они заполняют тебя и начинают тобой руководить.

С Мариной Петровной рядом легко. Актерская природа дает себя знать - от Скоромниковой идет ощутимая волна энергии. И, пожалуй, любви. Ведь она уверена: театр - сродни страсти, он владеет тобой целиком:

- Театру надо целиком себя отдавать. Когда у меня умерла мама, я вечером в тот же день играла спектакль. Был тогда режиссер, который говорил: актер не выходит на сцену в двух случаях: если потерял голос или умер. Это верно. Как бы себя ни чувствовал - идешь и играешь. И забываешь на сцене обо всем. И потом уходишь за кулисы здоровым. А вот если разрываешься между зарабатыванием денег на стороне, любовью, семьей - театр мстит. Он очень ревнивый. Или полностью отдайся - или не играй вовсе. Жестоко, да. Но если все ему отдашь - тебе воздастся. Сколько дашь, столько получишь. Это же просто... Это как любовь!

Татьяна БРИЦКАЯ