Прямая, суровая, жесткая. ..Bee негромком голосе порой сквозит металл, заставляющий мурманских музыкантов повиноваться беспрекословно. Хрупкая женщина легко управляется с опытными исполнителями, не давая поблажек и не теряя на репетициях ни минуты.

Профессор петербургской консерватории Татьяна Хитрова в Мурманске впервые. По приглашению областной филармонии она встанет за дирижерский пульт в эти выходные - сегодня и завтра оркестр исполняет знаменитый «Реквием» Моцарта, одно из самых загадочных и пленительных произведений в истории европейской музыки.

Уже на первой репетиции стало понятно: манера Татьяны Хитровой разительно отличается от стиля дирижеров, прежде работавших с нашим филармоническим оркестром. Изящный, сияющий англичанин Дамиан Йорио, обаятельный и остроумный норвежец Терье Бойе Хансен, чуть медлительный, вальяжный москвич Геннадий Чернов... У каждого - свое лицо. Хитрова строит отношения с музыкантами совсем иначе. Она в первую очередь педагог, учитель. Отсюда и требовательность, настойчивость, строгость и желание растолковать, объяснить, а то и «выдрессировать».

- Это классика, здесь нужно отточенное мастерство! Если вы об этом позабыли, самое время вспомнить! Грамотно читайте ноты! - слышатся замечания.

А впрочем, порой и ноты не спасают, почти как шпаргалка у опытного учителя:

- Вы говорите, так написано в ваших нотах? Неправильно написано!

Жесткость, резкость... Но музыканты приняли ее «правила игры» почти сразу. Отчасти дело в авторитете мастера, работавшего с прославленными коллективами - симфоническими оркестрами Московской государственной филармонии и петербургской капеллы, оркестром Нью-Джерси - старейшим в США... Другое и, пожалуй, важнейшее условие взаимопонимания с оркестрантами - бесконечная влюбленность Хитровой в музыку. Глаза этой женщины лучатся восхищением, на сцене она становится живой и подвижной, она как воздух вдыхает моцартовские звуки. Отсюда и строгость, ведь от того, что любишь, требуешь совершенства.

Среди симфонических дирижеров женщин немного. Профессии дирижера, режиссера, художника по природе скорее мужские, требующие силы характера и хватки. Но для Татьяны Хитровой секреты дирижерского дела ясны, «как простая гамма»:

- Нужен интеллект, воля и аналитический ум, - уверена она. - Если они есть - будет все.

Впрочем, в юности о месте за пультом Татьяна Ивановна не думала, мечтала о карьере вокалистки.

- Я занималась пением во Дворце пионеров. Прямо со школьной скамьи поступила в училище имени

Римского-Корсакова - единственная на курсе не имела за плечами музыкальной школы. Но поступила. Этого очень хотел папа - и я это сделала, - вспоминает моя собеседница.

Но для вокалистки у хрупкой девушки не хватило всего-навсего физических данных.

- Мне сказали, нужно еще подрасти и окрепнуть, иначе здоровья не хватит. А терять год не хотелось, поэтому перешла на дирижерско-хоровое отделение. Месяц пришлось догонять подготовленных лучше однокурсников - я ведь даже сольфеджио не знала, были только природные данные.

Кроме вокальных данных и слуха природа наградила Хитрову редкой работоспособностью. Из худенькой и робкой школьницы она превратилась в первую ученицу на курсе. Так что дальше - прямая дорога в консерваторию. Там она и увлеклась симфоническим дирижированием, упрямо нарушая запреты и традиции:

- Оперные дирижеры считаются особой кастой. Через эту грань перейти было трудно, - вспоминает Татьяна Ивановна. - Но меня увлекала проблема дирижирования, я хотела понять суть! И стала учиться. Теперь и своих учеников учу работать и с хором, и с оркестром. Это словно разные инструменты - а руки у тебя одни и те же.

Докапываться до сути и разгадывать музыку, словно математическую задачу, приучил Хитрову любимый педагог.

- Я под счастливой звездой родилась, - говорит она. - Иначе мне бы не встретился такой учитель, как профессор Михайлов. Это выдающийся дирижер, удивительный музыкант и, главное, мыслитель, умнейший человек!

Главный урок для Хитровой - в музыку надо вчитываться. Именно вчитываться, как в хорошую книгу, только тогда нащупаешь ключ к тайнам мастерства. Быть «почемучкой». Дирижер убеждена: музыка - это и литература, и математика одновременно, точность формулы плюс лирическая интонация. Если держишь в уме то и другое, ты на верном пути.

А вот Моцарт, которого исполняет мурманский оркестр под руководством петербургской гостьи, - это сплошная тайна.

- Вся его музыка зашифрована, - убеждена она. - И ключа пока никто не нашел. А «Реквием» и вовсе загадочен, ведь он разительно отличается от всего, написанного ранее. Человек, писавший его, измерял мир совсем другими величинами, чем мы. Моцарт тогда уже знал, что умирает. Поэтому он вложил в музыку размышления о главном противоречии бытия - соотношении сильного человеческого духа и ничтожно хрупкой жизни. Об этом мы будем говорить со слушателями...

Партитуры Моцарта - любимое чтение Татьяны Хитровой. И когда она говорит о них, глаза ее и правда лучатся по-особому.

- Это удивительно умная и тонкая музыка, - говорит она. - И ясная, и загадочная одновременно. Моцарт гениален. А Бог знает, кому доверить гений...

Татьяна БРИЦКАЯ.