Ровно 50 лет назад он занял на областном смотре художественной самодеятельности первое место среди исполнителей на баяне. Было ему тогда 14 лет, и члены жюри предложили подростку стать студентом музучилища без экзаменов…

Олимпиец с гармошкой

- Вообще-то я играл на гармошке с четырех лет, - рассказывает Владимир Ковбаса, руководитель знаменитого в Заполярье ансамбля песни «Россия». - А в пять впервые выступил на районном конкурсе, потом на областном в Оренбурге, потом на всероссийском в Москве. Смотры художественной самодеятельности в 50-х годах назывались в СССР олимпиадами и по размаху и популярности мало уступали настоящим Олимпийским играм. Страсти кипели под стать спортивным: сборная, скажем условно, Верхнезалихватовского района против сборной Нижнеподковыровского, сборная Оренбургской области против Челябинской. Болельщики, рефери, меценаты. Голосистого запевалу переманивали, как футбольного форварда…

Страсть к есенинской «тальянке» (как переиначили сельские жители название гармони-итальянки) унаследовал Володя Ковбаса от отца, Моисея Филипповича, украинца, перебравшегося с Днепра осваивать целину оренбургских степей.

- Жили мы в совхозе «Магнитострой»…

- Это село такое?

- Ну ты скажешь - село! - кривится Владимир Моисеевич. - Бери выше! На селе тогда даже паспортов не давали, а в совхозе рабочие считались прогрессивным пролетариатом. И паспорта, и зарплата твердая, а не грошовые трудодни. Папа был токарем высшего 7-го разряда, и хотя в семье было пятеро детей, жили мы более-менее, мама даже не работала, растила двух дочек и троих сыновей…

И только младший, Володя, вышел со своей гармошкой, а затем и с баяном в музыкальные самодеятельные олимпийцы.

Гран мерси от де Голля

Итак, в 1964 году закончил Ковбаса Оренбургское музучилище, и распределили его в Свердловск - ведущим баянистом в государственный Уральский русский хор, где музыкальным руководителем был композитор Евгений Родыгин.

- Помните такого? - спрашивает с сомнением Владимир Моисеевич.

- Ну как же… «Ой, рябина кудрявая, белые цветы…»

- Вот-вот! «Слева кудри токаря, справа - кузнеца», - подпевает Ковбаса. - Прогремел Родыгин на весь Союз своей «Уральской рябинушкой». Повезло мне, что автора этой песни могу считать своим учителем.

А еще через год юного (девятнадцатилетнего!) баяниста назначают музруком хора взамен ушедшего мэтра Родыгина.

- Я отбрыкивался, как мог, - вспоминает Ковбаса. - Ну сами посудите: у юнца в подчинении шесть заслуженных немолодых баянистов!

Кстати, свое 19-летие Владимир Моисеевич отметил на гастролях в Мурманске.

- Как сейчас помню, мороз в феврале 1965-го стоял жуткий, Кольский залив замерз! - закуривает маэстро сигаретку воспоминаний в пустом репетиционном зальчике в ДК имени Кирова. - А мы с хором прилетели прямо из Сухуми, где вовсю цвели мандарины! Гостиниц тогда в Мурманске не хватало… Да и когда их, скажите, хватало? Поселили нас в купейных вагонах на запасных путях вокзала. Семь концертов в драмтеатре, два в Североморске, один - в Полярном. Народу везде битком, Уральский хор котировался…

А ведь припоминаю ту гастроль, Владимир Моисеевич. Родители страшно радовались, что мама достала два билета через профком рыбокомбината. А меня на концерт не взяли: на колени не посадишь, мальчик уже великоват.

Из Мурманска Уральский хор поехал с очередной культурной миссией в соцстраны Европы и добрался до Франции. Триумфальное выступление в парижской «Олимпии», незапланированный прямой эфир на французском ТВ. Во время передачи в студию позвонил президент де Голль и передал большое личное «мерси» русским артистам в целом и баянистам в частности. Юный музрук обалдел от галантности перевода на русский… Выяснилось, что кнопочный аккордеон, как называют французы наш баян, - это местный национальный инструмент.

Какие счеты, Царица Тамара!

Во второй раз руководитель оркестра Ковбаса (он к этому времени внедрил в инструментальный состав балалайки, домры и ударные) приехал в Мурманск с Уральским хором в августе 1974-го. Снова аншлаговые концерты в Межсоюзном дворце и ДК имени Кирова.

За кулисы пришла тогдашний директор «кировки» Тамара Переверзева. В приватной беседе за чашкой чая выяснила, что музрук знаменитого коллектива всерьез подумывает где-нибудь зацепиться и осесть. Дело в том, что суматошная гастрольная жизнь не дает Владимиру и его жене, певице хора Людмиле, возможности растить дочь. Как родилась Алена, так и отдали ее на попечение бабушки с дедушкой. Девочка уже пошла в школу, а родные папа с мамой видели ее только урывками, проездом из Европы в Юго-Восточную Азию.

Переверзева сразу смекнула, чем заманить крупного специалиста. С ходу пообещала квартиру и предложила возглавить новый народный хор «кировки».

- На профессиональный русский хор затея, конечно, не потянула, - говорит Ковбаса, - но я согласился, предложив более скромное обозначение - ансамбль. И назвал его «Россия», потому что Мурманск - город многонациональный, как вся страна.

Виновница переезда, дочка Алена, давно уже выросла, выучилась на инженера-железнодорожника, вернулась в Свердловск, родила там, на радость деду, внука и внучку.

- Я ведь каждый год езжу к своим уральцам, - пояснил мурманчанин Ковбаса. - Позавчера, представляешь, звонок из Свердловска: внука Максима проводили в армию. А давно ли под стол пешком ходил!

И так 35 лет с песней по Мурманску… Но в самом начале, в 1974-м, стала грызть его тоска по профессиональной сцене, да такая, что легко согласился на предложение Министерства культуры возглавить профессиональный коллектив «Русь» во Владимире. Плюнул на самодеятельность, уехал.

- Представляешь, а там, во Владимире, стал мне Мурманск сниться! И вот через год случайно отловила меня Переверзева на гастролях в Кисловодске. Вернись, как говорится, я все прощу… Душевная была директор. Мне рассказывали через много лет, что уже тяжелобольная, незадолго до смерти, Тамара Степановна говорила подруге: «До сих пор себя корю, что подпортила Володе трудовую книжку…» Эх, какие там теперь счеты, Царица Тамара!

Это вот по какому поводу. Когда Ковбаса соблазнился на владимирскую «Русь», директор «кировки» в сердцах уволила его не по собственному желанию, а за нарушение трудового договора. Но и впрямь, какие могли быть счеты после стольких лет совместной работы.

В музее Высоцкого - мурманские голоса

- Ну и начал я тут работать серьезно. Ансамбль стал у меня хороший, известный, - небрежно роняет Владимир Моисеевич.

Что верно, то верно. Трудно найти в наших краях более профессиональный коллектив, числящийся формально в самодеятельных. Еще в годы гастрольных скитаний с Уральским хором Ковбаса начал писать песни, а затем и инструментальные композиции. До сих пор они составляют музыкальную основу репертуара, как для вокалистов, так и для танцоров прославленного государственного хора из Екатеринбурга.

Но и за полярным кругом Владимир Ковбаса сочинил уже 400 (четыреста!) песен о Кольском Севере, здесь же удостоился и звания заслуженного работника культуры России. Ансамбль «Россия» областного Дворца культуры имени Кирова стал своего рода музыкальной эмблемой города-героя.

В Мурманске композитор Ковбаса издал два сборника своих песен, а его творчество изучают на отделениях народных инструментов в музыкальных вузах страны. Да и сам автор до нынешнего года преподавал в должности доцента на кафедре культуры и искусства Мурманского педуниверситета.

Чудо как хороши в его руках обработки народных мелодий. Мало кто знает, что записи двух песен Высоцкого в переложении Ковбасы для русского хора и в исполнении мурманского ансамбля «Россия» хранятся в музее «барда всея Руси» в Москве.

«Эх, ребята, все не так! Все не так, ребята!» Представляете эту остросовременную строчку в переложении на шесть женских голосов? А ведь есть и такой факт в творческой биографии мурманского народника.

С чистого листа

По мнению специалистов, наш Владимир Ковбаса входит в элиту исполнителей страны на баяне. Таких баянистов еще поискать.

- Приезжал тут как-то в Мурманск из Архангельска государственный Северный русский хор, пришли после концерта ко мне, вот в эту репетиционную. Сыграй, говорят, нам «Барыню», о твоей обработке легенды ходят. Взял я баян, а он-то у меня едва не разваливается! 18 лет инструменту, женить пора! - делится мастер своей бедой.

Много лет бьется худрук «России» за придание своему ансамблю статуса профессионального с соответствующим штатным расписанием, да уж и надежду потерял.

- Ведь только свистну, сбежится такой хор великолепных мурманских баритонов, теноров и сопрано. Но не очень-то попоешь на самодеятельной основе, после основной работы. А тут еще и баян…

Новый профессиональный баян марки «Юпитер» (иную марку профи не признают) Московской экспериментальной фабрики стоит бешеных денег. Скажу - не поверите: автоиномарка с мехами!

За три десятилетия не раз сменился состав солистов. Еще 20 лет назад пришла, например, в хор бухгалтер центра занятости Ольга Постникова, давно уже отпела в основном составе, а по сей день с восторгом вспоминает:

- Лучшие годы - в ансамбле!

С минуты на минуту в репетиционный зал подойдут чудный тенор Андрей Серов, отличный баритон Сергей Казанцев (оба преподают в педколледже), талантливая певица Татьяна Заболотная - методист техуниверситета, с подросткового возраста поющая в «России». Подтянется еще с десяток преданных русской песне мурманчан.

- Только что написал музыку на стихи Виктора Тимофеева, - предвкушает Владимир Ковбаса. - Опробуем прямо с листа…

Он 35 лет начинает с чистого листа.

Павел ВИШНЕВСКИЙ