Интернет занимает все больше места в нашей жизни - в том числе и литературной. То, что никогда бы не напечатали на бумаге, можно запросто опубликовать во всемирной Сети. Товарищ скинул ссылку на любопытное сочинение, опубликованное на сайте Полит.ру. «Скромное обаяние «регионального компонента» - так это называется. Фамилия автора ровным счетом ничего вам не скажет, поэтому позвольте мне ее не упоминать.

Все, в общем, просто. Девочка из небольшого заполярного города окончила школу и уехала в столицу. И вдруг решила вспомнить маленький город, в котором выросла, причем не абы как, а через призму тамошней литературы. И вспомнила - язвительно, с искренней, труднообъяснимой злостью. Да, это своего рода мемуар - воспоминание, но не о том, что было в дальнем далеке, но о прошлом совсем недавнем, том, до которого всего-то чуть-чуть - руку протяни, дотянешься. Впрочем, что это я пересказываю? Вот вам цитатка из первых уст:

«В маленьком северном городе, в котором я выросла, была (и сохраняется до сих пор) кипучая литературная жизнь. Несмотря на то, что во всем городе насчитывалось в лучшие годы тысяч под 40 жителей, у нас были свои Признанные Поэты…

Кроме поэта Кудинова, был свой классик, чьей фамилией (то ли Смирнов, то ли Сидоров) собирались назвать улицу - да вот беда, началась перестройка, и строительство любых улиц замерло навсегда. Было целое литературное объединение - что-то вроде «Северные жемчуга» или «Жемчужные севера», собиравшееся при местной библиотеке и состоявшее из тетушек средних и преклонных лет…»

Из текста, в общем, понятно, что городок, в котором выросла девочка, - Оленегорск. Он узнаваем. Упоминавшийся «то ли Смирнов, то ли Сидоров» - это поэт Геннадий Васильев, «Жемчужные севера» - лито «Жемчуга». Дальше - все знакомые имена, не только оленегорцы, но - в том же ядовито-язвительном стиле: Александр Рыжов, Виталий Маслов, Виктор Тимофеев. Вот вам еще парочка цитат из оного задорного и, к слову, не без изюминки, не бесталанного текста:

«Литературная жизнь всегда кипела и в нашей местной столице - Мурманске. Там был свой союз писателей, возглавляемый писателем Масловым (когда он умер, его фамилией действительно назвали улицу). Были поэты, чьи стихи мы проходили в школе и обязаны были знать, потому что это - наш «региональный компонент». Фамилии эти никому ничего не скажут, да и их носители пока здравствуют, но на свою улицу каждый из них наверняка уже претендует - если не в Мурманске, то хотя бы в родном военном городке (если вдруг там когда-нибудь опять начнут что-то строить)», «в те годы не было заразы Интернета, поэтому путь «молодого таланта» в литературу лежал только через славянофильство, православие и кондовый соцреализм».

Насчет улицы имени Виталия Маслова она, конечно, поторопилась. Я бы, к слову, хотел, чтобы таковая появилась - Виталий Семенович подобной чести заслуживает в полной мере, но - увы… Что же до второго тезиса, то он выглядит прям как знаменитая триада Константина Победоносцева «православие, самодержавие и народность».

И наконец, еще одна цитатка, очень показательная, много говорящая: «Только переехав в Москву, я узнала, что в соседнем городке родился и вырос один из современных классиков - Венедикт Ерофеев».

«Соседний городок» доблестный автор даже не называет - стесняется, видать. Это Кировск. Повторяю, не называет она и свой родной город - Оленегорск. Очевидно, что девочке, хоть и уехавшей из своего «маленького городка» в Москву, но, по всему видно, так и оставшейся скучной провинциальной девицей, стыдно - и за него, и за Мурманск, и за весь Кольский край.

А мне вот стыдно за нее...

Я не хочу спорить с автором. Это дело пустое. Все равно, что рассказывать что-то совершенно глухому и слепому человеку. Тут правильнее пожалеть человека, не заметившего родную землю: домов и улиц, на которых многое, что происходило - и при тебе и до тебя; замечательных людей, что живут рядом; стихов, что помогают жить, хоть об их авторах молчат телевизор и Интернет. Меня больше волнует другой вопрос - почему не заметила? Он скорее к нам, взрослым, обращен - учителям, писателям, мамам и папам. Мы не взяли слепого и глухого за руку - не повели, не показали, не дали узнать и увидеть, почувствовать, наполнить холодное, незнакомое ему слово «родина» теплым и живым смыслом… Я как-то уже говорил, что пустоту любить невозможно. Это в данном случае особенно верно. С другой стороны, должна быть и готовность «узнать и увидеть» родное.

Одна цитата напоследок - из Ивана Ильина, великого русского философа и, кстати, очень неплохого литературного критика: «Человек не может не любить свою родину; если он не любит ее, то это означает, что он ее не нашел и не имеет. Ибо родина обретается именно духом… волею к божественному на земле. Кто не голодает духом (ср. у Пушкина «Духовной жаждою томим»…), кто не ищет божественного в земном, тот не может найти своей родины: ибо у него может не оказаться органа для нее. Но кто увидит и узнает свою родину, тот не может не полюбить ее. Родина есть духовная реальность. Чтобы найти ее и узнать, человеку нужна личная духовность. Это просто и ясно: родина воспринимается именно живым и непосредственным духовным опытом; человек, совсем лишенный его, будет лишен и патриотизма…»

Дмитрий КОРЖОВ