Когда ему говорят: «Вы классик!» или что-то в этом духе, Даниил Александрович лишь улыбается: «Я обыкновенный средний писатель». Он - Герой Социалистического Труда, орденоносец, лауреат Госпремии, почетный гражданин Санкт-Петербурга, фронтовик, лауреат еще доброй сотни литературных премий - в 2013-м его наградили национальной российской премией «Большая книга» за роман «Мой лейтенант»… Но самые высокие титулы и звания не смогли изменить характер этого удивительно скромного, спокойного и мудрого человека. В свои девяносто четыре Гранин по-прежнему пишет новые книги, встречается с читателями, стремясь постичь не тайны рейтинга и промоушена, а суть таких понятий, как счастье, вера, любовь, смысл жизни.

Накануне славной даты - 70-летия прорыва блокады в Петербурге Даниил Александрович представил новое издание легендарной «Блокадной книги», написанной им вместе с Алесем Адамовичем в 70-80-е годы и не публиковавшейся с 1994 года.

«Блокадная книга» без купюр

- Даниил Александрович, почему пришлось ждать 70-летия прорыва блокады, чтобы вновь издать «Блокадную книгу»?

- Сегодня блокада - это не чисто историческое событие, которое по юбилейным датам зачем-то и почему-то надо вспоминать, которое для молодежи может звучать примерно так же, как Троянская война. Блокада показала всему миру, что может человек, какие запредельные ресурсы духа имеют люди. Мы сами удивлялись тому, что происходило с людьми. Так, выживали не те, кто лежал дома, а те, кто работал, заботился о других. Мы себе не представляли, что значило тогда идти на работу и что значило не ходить на работу, потому что это жестко преследовалось законом. Органы госбезопасности работали энергично и жестоко в течение всех этих 900 дней…

Я не сразу согласился с Алесем Адамовичем на такую книгу, мне казалось, что о блокаде уже столько написано, сказано, показано в кино, что ничего нового сказать невозможно. Но как я ошибался! Воспоминания блокадников, а мы побеседовали с 200 ветеранами блокады, потрясли своей правдой, высокими чувствами, поразительными деталями. Надо ли удивляться, что тогдашнему партийному руководству наша книга не понравилась - товарищ Романов, возглавлявший в ту пору Ленинградский обком КПСС, посчитал, что наша книга слишком натуралистична, откровенна, что она снижает накал подвига советских людей. Узнав, что авторы описывают ужасы голода, муки горожан, Романов возмутился: зачем это нужно, зачем авторы покушаются на героизм, на стойкость, на значение подвига ленинградцев?

В общем, впервые нашу книгу напечатали в журнальном варианте в Москве, с огромными купюрами. В нынешнем издании мы восстановили справедливость, вернули книге первоначальное состояние. Новое издание предварено главой «История создания «Блокадной книги», а завершается главой «Ленинградское дело», которую в советское время не удалось опубликовать. Появились и блокадные фотографии из фонда Государственного музея истории Санкт-Петербурга, фотографии из моего архива, впервые показаны фрагменты верстки журнала «Новый мир» с изуродованной цензурой главами.

Я благодарен возрожденному из пепла издательству «Лениздат», которое выпустило книгу в достойном оформлении, всем тем, всем, в ком жива память о блокаде. Конечно, время стотысячных тиражей прошло, и новое издание вышло тиражом пять тысяч экземпляров, но в наше время это немало.

«Не хочу быть примером»

- 1 января этого года вы перешагнули отметку 94 года… Для большинства людей - недостижимая цифра… А вы удивительно легко перешагнули и этот барьер, сохранив ясность ума, четкость мысли, физическую бодрость. Легко ли вам сейчас работается? Вы ведь в своем возрасте являете собой пример удивительной работоспособности…

- Я не хочу быть примером. Стараюсь не думать про возраст и вообще про то, как я себя чувствую. Хотя, конечно, бывают моменты трудные. Но у меня не было и нет рецептов здоровья и работоспособности. Просто я стараюсь жить так, чтобы сегодняшний день был самым счастливым днем в моей жизни. У нас всегда счастье располагается либо в прошедшем времени, либо в будущем. Мы не ценим настоящего. Не ценим.

Не так давно молодые ребята-менеджеры собрались по поводу моей книжки «Эта странная жизнь». Когда зашел разговор про счастье, где оно, как оно, как с ним обращаться, одна девушка из Архангельска сказала: «Счастье - это я сейчас!» Мне очень понравилось это определение.

Если человек способен увидеть и почувствовать сегодняшнее, «сейчашнее» состояние своей жизни, со всеми его возможностями восприятия красок, запахов, окружающего мира, природы, это действительно счастье. Мы же не ценим вот этих своих возможностей, красоты мира, в котором мы очутились случайно и в котором так ненадежна, так хрупка наша жизнь.

- Писатель Виктор Астафьев, отмечая свое 75-летие, сказал, что он чувствует себя лет на сто - столько всего было в жизни, столько событий. А вы?..

- Виктор Петрович Астафьев правильно сказал. Я бы тоже мог так сказать, вспоминая и войну, и другие непростые годы... Но разница, может быть, в том, что я как-то не ощущаю возраста. Я ощущаю или недуги, или радости жизни, невзгоды. А возраст как количество лет я не ощущаю.

Память - это личность

- В вашем самом знаменитом романе «Иду на грозу» поражает знание материала, о котором вы пишете…

- Я по образованию своему почти физик. Занимался электрофизикой, окончил Политехнический институт. И все мои друзья тех лет - физики, научные работники, в частности работники ГГО (Главной геофизической обсерватории), которая занималась атмосферным электричеством. И я летал с ними в грозу. Страшная вещь! Работал с ними в лаборатории. Это люди мне близкие, а не просто их проблемы. Мне не надо было ехать в какие-то творческие командировки, это была моя среда. Изучить саму проблему - нехитрое дело. А вот людей, с их характерами - это чрезвычайно интересно.

У меня была идея, с которой я вошел в литературу: творческий человек - самый замечательный человек, человек будущего. Творческий человек, будь он физик, геолог, писатель, художник, актер, - это создатель чего-то необычного, нового. В «Иду на грозу» мне хотелось рассказать именно об этом.

- К своему 90-летию вы написали книгу под названием «Причуды моей памяти»… Проблема памяти - одна из самых главных в жизни любого человека, тем более пожилого. Одно дело - уходит здоровье, а другое, не менее важно, когда слабеет память…

- В работе над этой книгой для меня очень много значила проблема памяти. Я вообще когда-то ей занимался, и это было одним из самых интересных занятий, потому что у каждого человека своя память: у одного - зрительная, у другого - моторная, у третьего - музыкальная, и так далее. Я занимался своей памятью, пытаясь понять, как она устроена. Потому что память - это личность человека. Человек состоит из памяти. Нет памяти - нет личности. Что такое память, что такое забывание - зачем оно? Как память иногда меняется, как память меняется с возрастом. Какова память военных лет, гражданских лет, детских…

Я завидую людям, у которых замечательная память. У Гоголя была совершенно удивительная память. Есть люди, которые помнят, что их собеседник говорил 20-30 лет назад. Часто врут, конечно, но не важно, во всяком случае, довольно уверенно при этом выглядят. Иногда память выкидывает чудеса.

- Вы согласны с тем, что здоровому человеку нужно тренировать память так же, как он тренирует свои мышцы?

- Это бесспорно. В любом возрасте очень полезно отгадывать кроссворды, повторять стихи, которые когда-то учили в детстве, а кроме того, учить новые. В этом деле важно не переусердствовать, однако наивно полагать, что мозг и память не нуждаются в ежедневной работе, ежедневном тренинге. Причем это занятие должно доставлять вам радость, удовольствие - только тогда будет толк. Телевидение, кино, телефонные разговоры - это все хорошо, но в любом возрасте человек должен читать, впитывать в себя новую информацию и новые эмоции. Это чрезвычайно важно для вашего здоровья!

- Даниил Александрович, неужели вы и сейчас пишете?

- Да, я сейчас пишу новую книгу. Историческую, военную? Пока это тайна. Но я пишу, и активно!

Михаил АНТОНОВ