Для Нины Потемкиной жизнь - это движение. Недавно она, почетный гражданин Североморска, отметила восьмидесятилетие. Однако по-прежнему участвует в кроссах, городских праздниках «Лыжня зовет». Не устает! А творческие встречи, общение с поэтами и писателями, композиторами, учеными, путешественниками для нее, библиотекаря, - воздух, без которого ей не жить.

Родом из войны

Нина Николаевна, как и ее сверстники, родом из военного детства. Как все было? Война, эвакуация, голод. Фронтовые треугольники солдатских писем и скупые строки похоронок. Эвакуация в Татарстан. Матери в дороге, чтобы спасти детей от голода, обменивали в деревнях вещи на продукты. Дальше - работа в колхозе, где ничего не платили. А дети - учились. Потом зима - уже у родственников в Вологодской области.

В трескучий мороз детвора бегала в школу в резиновых калошах. Другой обуви не было. Утепляли ноги шерстяными носками, натянутыми на чулки. Носки быстро примерзали к резине. Главным было скорее добежать до школы. В классе ребятишки по очереди отогревали ноги в валенках, которые приносила им учительница. «С тех пор легко простужаюсь!» - говорит Нина Николаевна.

Хотелось домой, на Север. Они вернулись в родную Кандалакшу, когда война ушла на Запад.

До сих пор сохранилась и старая двухэтажная школа в нижней части города, где училась Нина. Военное время накладывало свой отпечаток и на детей.

- Однажды учительница принесла на урок газету «Правда», прочитала ребятам очерк о молодой партизанке, казненной фашистами в Подмосковье. В классе стояла гробовая тишина. Очерк тронул нас до глубины души. Казненную партизанку звали Зоей Космодемьянской. После этого урока мы как-то повзрослели, - рассказывает, как бы всматриваясь в прошлое, седая женщина.

Но и в войну были радости. Нине Потемкиной светло вспоминается северное лето на одном из островов Кандалакшского залива. Здесь дед-рыбак построил избушку и в летние месяцы вместе с семьей уезжал на природу. Раздолье для внуков! Дед ловил рыбу, остальные заготавливали дрова, собирали грибы и ягоды. Бабушка старалась подкормить детей. Они, дети войны, редко бывали сытыми. Нина на всю жизнь запомнила, как однажды утром бабушка поставила на стол перед ней сковородку с жареной рыбой: «Ешь»! «Это все мне?» - потрясенно спросила внучка.

Но - выжили.

Когда Нина подросла, уехала в Мурманск к тетке Клавдии Степановне учиться в школе рабочей молодежи. Клавдия Давидюк (Дьячкова), ветеран заполярного спорта, участница еще довоенных Праздников Севера, а затем и послевоенных, оказала немалое влияние на свою племянницу. Юной девчонке было на кого равняться. Благодаря тете Нина пришла на библиотечные курсы.

Профессия библиотекаря девушке сначала не понравилась. С юных лет она была заряжена на действие: любила спорт, бегала легкоатлетические дистанции, лыжные кроссы. Сидеть у стеллажей с книгами показалось ей скучным занятием.

Настоящее вхождение в профессию произошло позже, вспоминает она, когда начала работать с людьми. Нина поступила заочно в Ленинградский библиотечный институт имени Крупской. Активную комсомолку заметили в областном управлении культуры и направили в Ловозеро, где не хватало специалистов. Она и не пыталась избежать «ссылки» в глубинку, как бывало у других, а смело отправилась в дорогу.

С «Красным чумом» - по тундре

Комсомолка, спортсменка, общественница, она - вся - из того времени. Сегодня вспоминает, что ей всегда нравилось работать с людьми, быть в гуще жизни.

- Уезжала я в январе, мороз был крепким. Ехала на новое место от Пулозера в открытом грузовике. В дороге, конечно, превратилась бы в сосульку, но добрые люди дали одеяло, - рассказывает Нина Николаевна.

Приютила молодую библиотекаршу семья коми Терентьевых. Об этой семье Нина Потемкина всегда вспоминает с благодарностью.

Жизнь в саамском селе, затерянном на бескрайних просторах тундры, конечно, непростая. На старой черно-белой фотографии запечатлена маленькая бревенчатая изба, в которой размещалась районная библиотека. Нине нужно было самой наколоть дров, растопить печку, принести из колодца воды, расчистить снег во дворе. И только тогда встречать читателей. «Дом в сугробе прячется до крыши. Без лопаты не открыть дверей. Только прорубь на реке застывшей синим оком смотрит на людей» - таким явлено нам Ловозеро Октябриной Вороновой.

Думала ли Нина Потемкина в те годы, что останется в Ловозере почти на четверть века? А она не жалуется, по сей день с ностальгией вспоминает: «Здоровая там была жизнь!»

Деятельная Нина, стремившаяся всегда быть среди молодежи, быстро наладила связи с комсомольскими организациями. К тому же молодой библиотекарь свято верила, что книга должна войти в каждую семью, быть ее лучшим другом. Не только верила, но и старалась, чтобы это стало явью.

С библиотекой-передвижкой Потемкина ездила в отдаленные уголки тундры, к оленеводам. Культурно-просветительское передвижное учреждение «Красный чум» в те годы тоже было частью ее работы. Оленья упряжка - главный транспорт. Малица - самая теплая и надежно защищающая от северных метелей одежда. Казалось бы, до книг ли оленеводам в тундре? Продубленные всеми ветрами мужчины заняты оленьими стадами круглосуточно. Но «Красный чум» принимали с радостью.

Со спортом библиотекарь Нина не расставалась. Спортсменкой была одаренной. В составе сборной Мурманска занимала призовые места по легкой атлетике, участвовала в лыжных гонках. Но для этого часто отлучалась на соревнования в разные регионы страны. Нагрузка - большая: семья, работа, общественная деятельность, соревнования, заочная учеба в библиотечном институте. Дальше пришлось выбирать: или спорт, или работа.

В памяти Нины Николаевны ловозерцы остались добрыми, отзывчивыми людьми.

Ловозеро всегда притягивало творческих людей. Приезжали сюда мурманские поэты Владимир Смирнов, Виктор Тимофеев, североморцы Владимир Матвеев, композитор Георгий Каликин и многие другие. Бывали и столичные знаменитости. Как же - экзотика! Поэт Андрей Вознесенский, драматург Григорий Горин, кинокритики, прозаики, сценаристы…

Из Ловозера Нина Потемкина уехала в Североморск уже заслуженным работником культуры РСФСР.

Во флотской столице ее тут же избрали председателем горкома профсоюза работников культуры. Она радовалась тому, что возможности для творческих встреч стали намного шире. И тому, что отпала необходимость топить печку в библиотеке, как это было в Ловозере. Ей немало пришлось поездить по побережью, по отдаленным поселкам и гарнизонам - Гремиха, Териберка, Полярный, Белокаменка, Щукозеро… Десятки городков и местечек.

«Хочу остаться на земле...»

Друзей у Нины Потемкиной всегда было много. Нина Николаевна сохранила редкую способность гордиться и искренне восхищаться ими. В Ловозере судьба свела ее с Октябриной Вороновой. Первая саамская поэтесса, писавшая стихи на родном языке, работала в те годы библиотекарем на Пятом километре поселка Ревда.

- Она была добрым, во многом беззащитным человеком. Все принимала близко к сердцу. Жилось ей, конечно, нелегко. Приедет ко мне в Ловозеро, душу отведет. В наших теплых беседах она как-то забывала о своих горестях. Даже спустя много лет после ее ухода, когда слышу об Октябрине Вороновой разные вымыслы, мне становится больно. Бывая в Ловозере, всегда навещаю ее могилу. Мое любимое стихотворение Октябрины, - Нина Николаевна сняла с полки поэтический сборник, пролистала его, - «Хочу остаться на земле, хотя бы искоркой в золе…»

Потемкина с легкой грустью вспоминает ушедшего из жизни Станислава Дащинского, известного краеведа и журналиста, с которым была знакома еще с ловозерских лет.

- Станислав Наумович в те годы работал в «Ловозерской правде». Мы дружили с ним многие годы, - рассказывает она. - Позже он уехал на Шпицберген. Встретились снова уже в Мурманске. Станислава Наумовича я не раз приглашала на творческие встречи с североморцами.

Она показала книги Дащинского с дарственными надписями ей, по-прежнему, как в былые годы, называя Станислава Наумовича Славой.

В Североморске сразу же началось тесное творческое содружество с флотским литобъединением «Полярное сияние», поэтами Владимиром Матвеевым, Владимиром Панюшкиным, мурманскими литераторами, композитором Георгием Каликиным. Оно не затихало и в самые трудные годы, после распада СССР.

Иные творческие встречи ей запоминаются надолго. Например, с известным профессором Алексеем Киселевым в связи с выходом в свет его новой книги. Общение с известным профессором оказалось до того насыщенным и интересным, что североморцы долго не отпускали гостя из зала.

Не раз приезжала на встречи с молодежью флотской столицы и мурманчанка Клавдия Давидюк.

- Она для меня пример во всем! - заверяет Потемкина. Спортивный характер Нины Николаевны выковывался под влиянием тетушки. А ее заповедь «Нельзя сдаваться ни при каких обстоятельствах» племянница Клавдии Степановны затвердила на всю жизнь. Клавдия Давидюк, десятилетиями добывавшая победы на снежных трассах Заполярья, не оставляла спорт до глубокой старости. Замечательной северянке исполнилось девяносто шесть лет.

Нина Николаевна любит бывать в Варзуге, где остался дом ее деда. Правда, пожар недавно уничтожил его. Когда спрашивают, по каким делам приехала, неизменно отвечает: «По зову сердца». Легкая на подъем, всегда спешит на новые встречи, к новым впечатлениям.

Рабочий стаж Нины Потемкиной - пятьдесят семь лет. Она утверждает, что никогда не уставала ни от жизни, ни от работы. И процитировала Владимира Матвеева: «На судьбу свою я не в обиде…»

Виктория НЕКРАСОВА