Эпитет в заголовке не с потолка. Знаменитый норвежский классический (то есть играющий смычком) контрабасист Кнут Эрик Сюндквист показал в малом зале Мурманской филармонии не только чудеса сольной игры на самом крупном струнном инструменте симфонического оркестра, но и пример непринужденного, искрящегося доброжелательностью общения большого музыканта со своими слушателями.

В Мурманск, сразу после концерта в Осло, один из ведущих мировых контрабасистов приехал вместе с другом и соотечественником Нильсом Андерсом Мортинсеном - пианистом, активно гастролирующим по всему свету с сольными концертами. Трудно даже уяснить, кто в этом дуэте более знаменит. Недавний сольный диск пианиста Мортинсена вызвал шквал отзывов в музыкальной прессе.

Но как ни крути, специализация Кнута Эрика Сюндквиста гораздо более редкая. Контрабасистов, играющих сольную классику, на мировой сцене считанные единицы. К своему стыду ваш немолодой корреспондент впервые в жизни услышал смычковый контрабас живьем и не в джазовой интерпретации. И наверняка в зале был не одинок в своем прозрении. Старожилы нашей филармонии не припомнят сольных концертов контрабасистов. Впрочем, «старожилы для того и существуют, чтобы много чего не припоминать» (за дословную точность цитаты из веселого философа Марка Твена не ручаюсь, за смысл - да).

Шутка просится в текст, потому что сам солнечный музыкант лучился остроумием. Сыграв для начала пару вещей XIX века из итальянца Джованни Боттезини (отсыл к недавней грамзаписи в одной из студий Италии с европейскими звездами пианисткой Мартой Аргерих и дирижером Клаудио Аббадо), норвежец перешел к пьесам Сергея Кусевицкого - дореволюционного русского контрабасиста, основавшего знаменитый Бостонский симфонический оркестр и ставшего его дирижером.

- Я тоже хотел бы стать дирижером... - с деланной, как показалось, грустью обратился Кнут Эрик к залу. И рассказал новеллу из биографии Кусевицкого, которую вы не найдете в Википедии. Оказывается, оркестр бедному русскому музыканту подарила богатая и влюбленная в него поклонница…

Репертуар для сольного контрабаса, как я понимаю, достаточно ограничен. В высоких октавах (если только этот термин подходит к супербасовому инструменту) звучание смычкового контрабаса перекликается со слегка осипшей виолончелью. Но на нижних октавах звук и сравнить не с чем - лирическая сирена электровоза, от которой дрожит земля. И малый зал филармонии дрожал. Мороз по коже. Маэстро продемонстрировал и виртуозность, когда изредка играл смычком одновременно на двух струнах в терцию.

После концерта на вопрос о джазовом контрабасе великолепный «классик» оживился:

- Люблю! Люблю и до сих пор с удовольствием импровизирую в джазовых составах, а в молодости играл на басу и в рок-группе на родине в Тромсё!

Но однажды юный джаз-рок-контрабасист услышал настоящий смычковый инструмент и рискнул перевернуть страницу судьбы. На долгих шесть лет уехал в Вену, в тамошнюю Высшую музыкальную школу (аналог консерватории) учиться не слишком популярному искусству. И стал одним из тех, кого можно по пальцам пересчитать на мировой сцене.

Павел ВИШНЕВСКИЙ.