Теперь в Ловозере действуют два убойных пункта - большой и маленький, стационарный и передвижной. Первый, построенный одиннадцать лет назад, "прорубил окно" для нашей оленины на европейский рынок. Второй, привезенный и установленный рядышком на днях, должен повернуть ее на российский. И оленеводы надеются, что соотечественники по достоинству оценят вкусовые качества и полезность экологически чистого мяса. Оценят в том числе и звонкой монетой.
Десятилетие они работали в связке - оленеводческие предприятия "Оленевод" из Краснощелья, "Тундра" из Ловозера и убойный пункт "Норрфрюз-Ловозеро". Триумвират казался незыблемым. Кооперативы сдавали животных на принадлежащее шведам предприятие, а оно затем экспортировало мясо в Скандинавию. Именно на этом сотрудничестве долгое время зиждилось сравнительное благополучие наших хозяйств. Ведь шведы пришли сюда, когда оленина не находила сбыта в России и оба бывших совхоза оказались на грани банкротства. Чтобы их продукция обрела товарный вид, построили в Ловозере современный убойный пункт. До поры сотрудничество было выгодно всем сторонам. Ведь скандинавы давно оценили это мясо: оно считается деликатесом, и цена у него соответствующая. Естественно, у наших хозяйств "Норрфрюз" покупал оленину не по "скандинавской" цене, но ведь необходимо учитывать затраты на транспортные расходы, таможенное оформление. К тому же и не благотворительностью шведы к нам пришли заниматься, "зазор" на свою прибыль они тоже предусматривали при закупке. Но до прошлого года больших разногласий между партнерами не было.
КТО САМОЕ СЛАБОЕ ЗВЕНО?
И вдруг пункт снизил закупочную цену с 92 до 66 рублей (без НДС). Снизил в самом начале прошлой убойной кампании, которая и без того не сулила хороших результатов (по ряду причин она задержалась, а работа эта строго сезонная). Тогда хозяйства были вынуждены согласиться. Но впервые зазвучало мнение, что "Норрфрюз" - слабое звено в оленеводстве Кольского края.
В этом году шведы решили повторить ценовой маневр. Правда, закупочную стоимость урезали не столь существенно. На 6 рублей. Но тут оленеводы встали насмерть. К убойной кампании кооперативы были готовы еще в декабре, только начинать ее не спешили. Сдались лишь в январе, когда доторговались до прошлогодней цены.
Однако и она кажется хозяйствам недостаточной. И прежде всего "Тундре". Ведь, реализовав по предложенной шведами цене запланированные на этот год объемы мяса, кооператив не сможет даже расплатиться с кредиторами и налоговиками. А надо еще на что-то жить до следующего "урожая".
Директор "Норрфрюз-Ловозеро" Вальстрем Олов Биргер согласен, что "цена не хорошая". Но у него свои резоны. В Скандинавии стоимость оленины упала процентов на 25-30. По его словам, мясо на кости там сейчас стоит всего 2,5 доллара. Получается, что и так пункт работает чуть ли не себе в убыток.
- Хотелось, чтобы нам платили больше, - с месяц назад досадовал в разговоре по телефону председатель СХПК "Оленевод" Дмитрий Матрехин. - Но пока это самый выгодный из вариантов.
В Интернете, между прочим, полно предложений о поставках по нашей стране оленины в тушах по 58 рублей за килограмм. Так что на общероссийском рынке оленеводческим хозяйствам Кольского края вряд ли удастся заработать. Но это если реализовывать мясо в тушах. А вот если бы кооперативы стали продавать готовый продукт, то финансовый расклад был бы совсем другой. И возможности для этого есть.
Несколько лет назад "Тундра" запустила в Ловозере свой перерабатывающий цех. Он способен выпускать до одной тонны продукции в день. Этот объем реализовать в нашей области не составило бы труда. В этом случае хозяйство еще получило бы и дотацию на свою продукцию из областного бюджета - дополнительно по 6 рублей на килограмм.
Вот только в прошлом году на переработку "Тундра" отправила всего 8 процентов своей оленины. Впору попенять руководителю - мол, выгоды под носом не видит. Можно бы... Если бы не одно "но": животных, чтобы превратить в оленину, пришлось бы пропускать через тот же самый пункт. А "Норрфрюз" за эту услугу выставляет счет... по 80 рублей за килограмм!
- Мы ежегодно только в ремонт оборудования вкладываем до миллиона шведских крон, - пожимает плечами в ответ на вопрос Биргер.
Для справки: это около 4 миллионов рублей. В стоимость услуг пункта входят, естественно, также стоимость электричества, воды, заработная плата рабочих... Вот и получается, что разделать оленя обходится дороже, чем его вырастить. Впрочем, бухгалтерия предприятия - дело интимное, и не наше дело выяснять, реальная это цена или просто шлагбаум, чтобы оленина, на которой зарабатывает пункт, не уплывала из рук.
В любом случае до последнего времени "Тундре" удавалось отправлять в переработку лишь мясо, которое было Биргеру "неинтересно" - непригодное для экспорта. Те самые 8 процентов. Вот почему цех большую часть времени простаивает.
Что же касается ценовых боев местного значения, то вот еще любопытный штрих. Как рассказывает руководитель "Оленевода" Дмитрий Матрехин, он как-то попытался попросить "Тундру" переработать "не экспортную" оленину своего хозяйства. И тоже ничего не вышло. Арендную плату коллеги назначили, по его словам, просто неподъемную. Понятное дело: амортизация, зарплата, тепло, вода...
НАШ ОТВЕТ ШВЕДАМ
У "Норрфрюза" свои ограничители. Не может он воспользоваться интернетовским предложениями оленины по 58 рублей за кило, поскольку имеет право экспортировать только самостоятельно переработанное мясо. Это единственный в России убойный пункт, сертифицированный экспертами ЕС. Поэтому он обречен работать с хозяйствами Кольского края.
- И мы стараемся поддерживать с ними партнерские отношения, - утверждает заместитель директора "Норрфрюза" Геннадий Макаревич.
Он рассказывает, что Биргер практически никогда не отказывает Старцеву, когда надо по-соседски "перехватить до получки". К примеру, летом перечислил средства на покупку семян, запчастей для оборудования для переработки молока. К нынешней убойной кампании у хозяйства накопилось уже три миллиона долга. И ведь никто не требует по ним проценты - разве не помощь?
Еще пример: "Норрфрюз" привез в Краснощелье мобильный убойный пункт. Теперь у "Оленевода" появилась возможность в "цивилизованных условиях" заготавливать мясо животных, не способных перенести перегон в 150 километров от Краснощелья до Ловозера. А когда хозяйство не смогло вовремя внести за него первый взнос, шведы пошли на отсрочку платежа. Так что с партнерами полное взаимопонимание во всем. Кроме цены...
Есть, правда, и другие точки зрения.
- В прошлом закупочную цену нам "Норрфрюз" установил ниже, чем "Оленеводу"! Мы об этом случайно узнали, - возмущается руководитель "Тундры" Старцев. - Разве это партнерские отношения?
Но при всех разночтениях в понимании партнерства реального конкурента у "Норрфрюза" до сей поры не имелось. Покупку своего, пусть и не стационарного, а передвижного и "бэушного" убойного пункта, хозяйству не осилить. Однако правительство области помогло найти партнера - ООО "Диорит", которое согласилось приобрести такой пункт и установить его в Ловозере. И он уже сдан "Тундре" в аренду...
- Спасибо, шведы научили работать, - говорит Старцев. - Показали, как правильно вести убой. Теперь мы сами.
Получается, мавр сделал свое дело, мавр может уходить?
- Да пусть еще хоть два или три пункта рядом поставят! Все равно не смогут получить цену выше нашей, - не теряет уверенности Биргер.
К тому же и Матрехин пока не рвется разрывать с "Норрфрюзом" отношения. Неизвестно, какую стоимость на свои услуги установит "Тундра", да найдутся ли новые каналы сбыта продукции. Ведь своего перерабатывающего цеха у "Оленевода" нет. Поэтому его председатель действует по принципу "поживем - увидим".
С понедельника новый убойный пункт начал работать. Правда, его продукцию нельзя отправлять на экспорт, потому что у пункта нет сертификата ЕС. Но хозяйство, похоже, это нисколько не расстраивает. "Тундра" намерена кормить россиян.
Поживем - увидим. А увидим на прилавках, то и пожуем.