РЫБКА-ТО С "МЯСОМ"

Юные мурманчане уже не помнят гигантских аквариумов в "Океане" и "Нептуне" и продавцов, вылавливающих сачками приглянувшихся покупателям рыбин. А вот северяне постарше вряд ли забыли вкус "свежачка", который исчез с прилавков в первые годы нового века.

Произошло это после того, как российские ученые, проанализировав данные мировой и отечественной статистики, пришли к выводу, что рыба, обитающая в Западном, Северном и Дальневосточном бассейнах, представляет угрозу для здоровья, поскольку заражена личинками анизакидных нематод - опасных для человека паразитов. Поэтому на федеральном уровне был издан ряд нормативных документов, которые запрещали реализацию зараженной рыбной продукции. При выявлении анизакидов или других опасных гельминтов она признается условно годной и должна направляться на обеззараживание путем заморозки и только потом в продажу. Казалось бы, в санитарных правилах четко сказано: речь идет только о зараженной рыбе. Почему же тогда свежая морская совсем перестала продаваться?

- ГОСТ на охлажденную рыбу требует, чтобы она соответствовала ряду показателей. В том числе в ней не должно быть ни одной личинки гельминтов, опасных для человека. А она практически никогда не бывает чистой, - поясняет главный государственный ветеринарный инспектор Мурманской области Сергей Скоморохов. - По данным НИИ океанографии и рыбного хозяйства 2000 года (именно тогда начали вводить ограничения реализации охлажденной рыбы) в некоторых районах промысла баренцевоморских рыб личинки анизакидов обнаруживались в мышцах трески в 50-100 процентах исследуемого материала, в 85 процентах проб синекорого палтуса, в 40 процентах сайды, в половине камбалы-ерша, в 24 процентах пикши. Поначалу некоторые предприниматели проводили анализ в надежде, что хотя бы часть рыбы смогут сразу пуститб в торговую сеть. Они отдавали деньги за платное исследование, а в итоге оказывалось, что вся партия нуждается в переработке. Рыба отправлялась на заморозку, затем снова на платное исследование, чтобы выяснить, погиб паразит или нет. Естественно, дополнительные расходы вынудили бизнесменов отказаться от попыток сбывать свежую рыбу. Случаев, чтобы, к примеру, в мороженой треске не обнаружили мертвых личинок, не бывало.

СЕВЕРНЫЙ ПАРАЗИТ НЕ ВЫНОСИТ "ЖАРЫ"

Тогда почему вообще ведутся разговоры о том, чтобы вернуть мурманчанам свежую рыбу? На каждой пресс-конференции руководитель Госкомрыболовства Андрей Крайний заявляет: "Будут приняты все возможные меры к тому, чтобы "охлажденка" вновь стала доступна потребителю". Что же получается - нас хотят накормить опасным для здоровья продуктом?

- Конечно, нет. Свежая морская рыба уникальна по питательной ценности. Речь идет как раз о том, чтобы люди имели возможность укреплять свое здоровье, употребляя ее в пищу, - говорит Сергей Скоморохов. - Дело в том, что при заморозке ткани рыбы разрушаются на молекулярном уровне. Когда мы ее дефростируем, межклеточная жидкость теряется вместе с веществами, необходимыми нашему организму. В итоге мы едим невкусный и малополезный продукт, за который, между прочим, заплатили приличные деньги. Поэтому и госкомитет по рыболовству, и правительство Мурманской области пытаются сегодня решить две проблемы "в одном флаконе": как продавать населению свежую рыбу и при этом, во-первых, обезопасить его от паразитов, а во-вторых, соблюсти инструкции. Ведь ни один нормативный акт не позволяет реализовывать зараженную рыбу. В условиях нашего холодильника гельминт не погибает. Только промышленная заморозка при температуре не выше минус 18 градусов может его убить. Тем не менее обезопасить себя от заражения довольно просто. Достаточно варить или жарить свежую рыбу не меньше 20 минут. Опасность заражения может остаться при приготовлении в слабосоленом виде.

ДУМАЙТЕ САМИ, РЕШАЙТЕ САМИ, КУПИТЬ ИЛИ НЕ КУПИТЬ

Выходит, если санитарные ограничения снимут, в продажу поступит продукция, с одной стороны, обладающая бесценными качествами, а с другой, небезопасная. То же можно сказать об изделиях, содержащих искусственные добавки и генномодифицированные продукты. Производитель обязан сообщить нам о том, что такие компоненты были им использованы. На вопрос, брать или нет, каждый покупатель отвечает сам. Куриные яйца, как известно, могут таить в себе грозную сальмонеллу, но мы же их все равно едим. А когда пьем парное молоко, знаем, что рискуем подхватить какую-нибудь неприятность вроде кишечной палочки. Но табличка, на которой крупным шрифтом выведено: "Фляжное молоко подлежит кипячению", никогда ни у кого не вызывала паники. Я, кстати, его никогда не кипятила, прекрасно сознавая, что рискую. Но это был мой выбор в пользу вкусного и "живого".

Как же соблюсти санитарные нормы и при этом не нарушить права человека на потребление полноценных свежих продуктов? Выход один: поставляя их в торговую сеть, информировать людей о возможной опасности для здоровья и о способах свести эту опасность на нет. Любителям суши приходится полагаться на добросовестность ресторана. Ну а остальные наши земляки в большинстве своем сырую рыбу не едят. А значит, и заражение гельминтами им не грозит.

НЕ С ТОГО КОНЦА ВЗЯЛИСЬ ЗА РЫБУ

Главный государственный санитарный врач по Мурманской области Андрей Чернев не согласен с тем, что отмена ограничений ничем не грозит населению. Впрочем, на то он и санитарный врач.

- Сегодня в нашей области самый низкий по России уровень заболеваемости гельминтозом, - подчеркивает он. - Там, где едят охлажденную рыбу, - в Средней полосе, на Дальнем Востоке, в Сибири - этот показатель где в пять, а где и в двадцать раз выше, чем у нас. Санитарные правила предъявляют к рыбной продукции ряд требований: в ней не должно быть солей тяжелых металлов, вредных микробов, радиоактивных компонентов, в том числе и живых вредных гельминтов. Для населения это эффективный защитный барьер. Если мы идем на то, чтобы убрать его, Роспотребнадзор, ветеринарный надзор, депутаты, правительство, журналисты должны вести просветительскую работу, как избежать заражения. Но если случаи заболевания будут регистрироваться, ответственность за это ляжет на власти области. Ведь именно они настаивают на изменении санитарных норм, стремясь накормить население рыбой, которую наши специалисты считают условно годной.

Но, по мнению Андрея Чернева, вопрос не только и не столько в запретах. Проблему "охлажденки" взялись решать не с того конца. Мурманск не видит свежей рыбы еще и потому, что для этого нужны определенные условия транспортировки, хранения, продажи, которых на сегодняшний день нет. Срок реализации этого скоропорта - 48 часов. Значит, к моменту прихода судна с уловом в порт все должно быть готово для немедленной отправки продукции в торговую сеть. Сейчас у нас ни один магазин не приспособлен принять такой товар.

СПОР, В КОТОРОМ РОДИТСЯ НЕ ИСТИНА, А ДЕНЬГИ

Вопрос запрета на реализацию свежей и охлажденной рыбы у нас в области (о завозе речь не идет - запретов на завоз ни со стороны ветслужбы, ни со стороны Роспотребнадзора не существует) неразрывно связан с другим, не менее важным - сокращением функций некоторых надзирающих организаций. Неоправданно большое количество контролеров, находящихся на содержании и государства, и рыбаков одновременно, стало притчей во языцех. Особенно много претензий к ветеринарной службе. И не только со стороны рыбопромышленников. Проблема охлажденной рыбы - это на самом деле проблема разделения полномочий и функций контроля.

- Рыбаки возмущены не тем, что им запрещают реализовывать охлажденную рыбу. А теми драконовскими надзорно-контрольными мероприятиями, поборами и исследованиями, которые проводятся ветеринарами, - убежден Андрей Чернев. - Ну какую особо опасную инфекцию можно завезти с рыбой, выловленной в Баренцевом море? Зачем исследовать каждую партию? И какое дело ветслужбе до гельминтов, которые опасны для человека? Почему ветслужба занимается надзором за санитарными правилами, то есть явно не своим делом? Такое положение существует только на территории Мурманской области. И вот здесь действительно нужно навести порядок, который отрегулирован соответствующими постановлениями правительства о том, кто над чем надзирает. А пока идет выжимание всеми возможными способами денег из рыбаков. Я считаю, что ветеринарная служба никакого отношения к безопасности населения не имеет, она отвечает за здоровье и безопасность животных.

Сергей Скоморохов не согласен с таким мнением.

- Ветеринария - ведомство, которое не только лечит животных, но и отвечает за здоровье человека. Как можно одно оторвать от другого, если речь идет о продовольственной безопасности? Есть много претензий, и вполне обоснованных, к нашей ведомственной экспертизе. Сегодня каждая партия должна сопровождаться помимо сертификата качества еще и ветеринарным сопроводительным документом, который выдается за деньги. Я считаю, что это действительно чересчур. Но мы руководствуемся нормативными документами. Стало быть, сначала надо изменить их. В том числе и тех, которые касаются "охлажденки". Сегодня, чтобы свежая рыба поступала в продажу, мы должны подтвердить, что конкретная партия подлежит реализации без ограничений. То есть, она безопасна. А как это возможно, если в ней сидит живой гельминт? Такое заключение для врача чревато уголовной ответственностью. Поэтому сейчас главное - найти компромисс. Я предлагаю продавать охлажденное филе. Дело в том, что рыба имеет разную степень поражения. В брюшной полости гельминтов больше, чем в филейной части. Есть специальные столы, через которые идет продукция, поставляемая на экспорт. Почему бы и для себя не делать очищенное от личинок филе? Да, это будет дороже. Но ведь мороженая рыба вытаскивает из нашего кошелька не меньше денег, а ее пищевая ценность при этом низка. Кроме того, у трески массивные скелет и хвост, плотная кожа. Удалишь все это - так на так и выйдет.

Судя по всему, идеальная ситуация, когда и волки будут сыты и овцы целы, - возможна только при развитой аквакультуре. Тогда у нас на прилавках будет в достатке свежей рыбы, чистой от гельминтов. Правда, не дикой, а выращенной на комбикормах. Как говорится, если в одном месте прибыло, в другом непременно убудет.

РЫБАКУ МИЛЕЕ ТОТ, КТО ДЕШЕВЛЕ ОБХОДИТСЯ

- Межведомственные распри контролирующих организаций не имеют никакого отношения к интересам рыбной промышленности. Это всего лишь борьба за то, чтобы в условиях реформирования отрасли остаться у кормушки, - пожимает плечами исполнительный директор "Баренцевоморской рыбоперерабатывающей ассоциации" Игорь Савченко. - Каждая будет доказывать свою правоту, защищая при этом не столько ветеринарную и санитарную безопасность, сколько благополучие собственных лабораторий. Мы вырабатываем филе, соленую рыбу из охлажденного рыбного сырья прибрежного промысла - трески, пикши, сайды. Проверки на предприятии проходят чуть ли не ежеминутно по каждому виду, по каждой поставке как сырья, так и готовой продукции. Это очень результативный способ выкачивания денег, но совсем неэффективная система контроля. Потому что невозможно сделать вывод о безопасности тысячи тонн путасу по десяти килограммам образцов. Ненормальность ситуации, кажется, уже настолько всем ясна, что, думаю, областной комитет по ветеринарии и департамент рыбной промышленности найдут компромиссное решение...

Но будет ли компромиссное окончательным? Решающим проблему в корне? Сейчас лаборатории Роспотребнадзора для рыбаков и переработчиков предпочтительнее, потому что они дешевле. Но кто сказал, что так будет всегда? Кто ему мешает ввести такие же поборы? Вот и пришли рыбаки к мысли, что единственная возможность четко разграничить функции и сферы ответственности - принятие Технического регламента о производстве и обращении рыбных продуктов.

- Все очень просто: промысел, транспортировка, переработка и хранение должны находиться в ведении Госкомрыболовства. Это стадия производства, и здесь отношения должен регулировать федеральный профильный орган. И только на стадии обращения, то есть поступления продукции в розничную торговлю, ею должен заниматься Роспотребнадзор. - считает Савченко. Впрочем, не он один: - Сейчас в Госдуме находится на рассмотрении законопроект, в разработке которого принимали участие наша ассоциация и Союз рыбопромышленников Севера. Этот документ четко определяет, кто, что и на каких этапах контролирует. Кроме того, в него включен очень важный пункт, запрещающий совмещение функций государственного контроля. Ответственность за качество и безопасность продукции возлагается на производителя. Не нужно будет договариваться ни с санитарами, ни с ветеринарами. Пусть одни занимаются коровами, другие - прилавками. А рыбой, в том числе и охлажденной, буду заниматься я сам. И отвечать за ее качество тоже буду сам. И пусть они забудут обо мне. До прилавка. Вот тогда свежей рыбы у нас будет в избытке.

Оксана ДУШЕНЬКОВСКАЯ