Мурманский траловый флот. Во времена беспредельщины, когда растаскивали все, что могли, тралфлот уберегли от раздюрбанивания на мелкие кусочки, что тогда случилось с большинством советских рыбодобывающих предприятий. Сегодня МТФ - мощная компания, каких во всей России наберется не больше трех.

Отправляясь на предпраздничную встречу с первым заместителем исполнительного директора Мурманского тралового флота Валентином Журавлевым, я ожидала услышать бравурную речь об успехах и достижениях. Что-нибудь вроде "мы поставили задачу и добились", "выполнили и перевыполнили" и т.п. Но Журавлев сделал акцент совсем на другом.

- Да, уловы растут, - сказал он, - Ежегодное увеличение - 20-30 тысяч тонн. По всему консорциуму прошлогодний вылов составил 280 тысяч тонн рыбной продукции. Растет и зарплата у рыбаков. Но...

Нынче рыбари неохотно говорят о своих удачах. Вероятно, потому, что сегодняшние успехи рыбной отрасли не идут ни в какое сравнение с достижениями советского периода. Да и даются они не в пример тяжелее.

- Гораздо проще сказать, что нам мешает работать, - разрушил мои надежды на "юбилейную" тональность беседы Валентин Журавлев. - Прежде всего - высокие цены на горючее. По последним данным дизельное топливо в мурманском порту стоит 1100 долларов за тонну. В основном мы заправляемся у северных соседей, потому что в Мурманске топливо есть не всегда. А если и есть, то низкого качества. Много говорится о том, что якобы схема оформления документов нынче упрощена. На самом деле упрощенная схема работает только при доставке уловов непосредственно из российской экономической зоны. А мы немного работаем в своей зоне, откуда можно привезти только сайку. Но она сезонная, нерентабельная. Чаще всего мы доставляем рыбу из открытой части норвежской зоны, Фарерских островов. Поэтому наши суда, как и прежде, сутки, а то и двое простаивают во время оформления.

Валентин Журавлев не единожды бывал на собраниях в рыбном порту, посвященных больной теме: как сделать российские порты более привлекательными для судозаходов. Но все представители госструктур, принимавшие участие в таких совещаниях, ссылались на разные законы и постановления, и в итоге очередная говорильня заканчивалась очередным "пшиком". В общем, получается, как в басне Крылова: "А вы, друзья, как ни садитесь..."

- Мы уже превзошли по уровню бюрократии присно памятные советские времена, и поводов надеяться на улучшение ситуации пока нет. Все равно у нас не выходит, как в соседней Норвегии: утром корабль пришел на выгрузку, получил топливо, продукты, никто его не мучил, не терзал, а вечером он ушел. У нас же количество бумаг только увеличивается. А ведь это основная причина, по которой рыба уходит за рубеж.

Единственным большим светлым пятном, которое, как все надеются, появится вскоре на сером полотне моряцкого бытия, можно считать определение долей квот на пользование водными биоресурсами на следующие 10 лет. Если, конечно, за эти десять лет ничего не изменится. Такой большой срок дает возможность предприятиям, особенно крупным, планировать свое развитие, осваивать новые районы промысла, модернизировать суда и даже строить новые. Последнее обновление парка судов было в тралфлоте в 1997 году. На предприятие пришли шесть кораблей для донного промысла типа "Иван Шаньков". Они успешно работают и сегодня. В дальнейшем ставка была сделана на переоборудование крупнотоннажных судов.

В смутные девяностые многие районы промысла, освоенные когда-то советскими рыбаками, были потеряны.

- Раньше ходили далеко, потому что нам не нужно было задумываться, оправдается экономически выход на дальний промысел или нет, - поясняет Журавлев. - Это было заботой государства. А сегодня мы должны отчитываться перед акционерами, невыгодные проекты им не нужны. Мы ходим в Баренцево море за донными породами: треска, пикша, сайда. Массовые пелагические породы рыб - путасу, сельдь, скумбрию - добываем в северо-восточной Атлантике. Промысел окуня ведется в море Ирмингера - это район к юго-западу от Исландии. Не первый год работаем возле Африки в зоне Марокко и Мавритании. Там тоже массовые виды: ставрида, скумбрия, сардинелла, сардина.

Что ж, далеко не каждая компания может позволить себе отправлять суда в такую даль. И рыбаки МТФ не собираются на этом останавливаться. Наверстывать упущенное, конечно, тяжело, но уже в текущем году будут отправлены суда на промысел криля в антарктическую часть Атлантики. Возвращаемся понемногу в мировой океан.

Оксана ДУШЕНЬКОВСКАЯ