Самым большим сюрпризом во время посещения северодвинского центра судоремонта «Звездочка» стало известие о том, что одной из сфер деятельности этого огромного предприятия является… огранка алмазов в бриллианты. Причем алмазов местных - недалеко от Архангельска разрабатывается месторождение самого твердого кристалла на планете.

А в Северодвинске группа журналистов оказалась в рамках работы семинара «Ликвидация наследия холодной войны на Севере России. Проблемы безопасности». Надо отметить, что в качестве организатора выступил общественный совет госкорпорации «Росатом» и на архангельской земле прошла вторая часть мероприятия. Первая состоялась в Мурманске и губе Андреева в начале июля.

Сентябрьская встреча прошла по схеме, аналогичной июльской. Первый день работы - теоретический. О своем предприятии рассказывал генеральный директор «Звездочки» Владимир Никитин. Между прочим, доктор технических наук, профессор. Основанное в 1954 году для ремонта кораблей Северного флота, позже предприятие было ориентировано на ремонт атомных подводных лодок. Их одну за другой выпускал «старший брат» «Звездочки» - судостроительный завод «Севмаш», расположенный напротив, через протоку Северной Двины.

С самого начала работы с атомными лодками «Звездочка» освоила не просто ремонт. Лодки модернизировались под новые виды оружия, существенно обновлялись. Знаменательной страницей в работе предприятия стало переоборудование первого в мире атомного ледокола «Ленин». Специалисты «Звездочки» заменили на атомоходе трехреакторную энергетическую установку более современной - двухреакторной. Как раз тогда, в 1971-м, в том числе и по итогам этой работы, предприятие наградили орденом Ленина - в то время высшей наградой страны.

- О выводе лодок из эксплуатации, об утилизации мы не любим говорить, - откровенно заметил Владимир Никитин.

Так или иначе, во многом именно утилизация позволила заводу удержаться на плаву в сложные 90-е. Проходила она в основном на заморские деньги. В частности, на «Звездочке» построен береговой комплекс выгрузки отработавшего ядерного топлива (ОЯТ). Стройку эту оплатили американцы. Также действует гильотина для измельчения деталей корпусов, работает цех утилизации кабельной продукции, где кабели измельчаются и разделяются на фракции: отдельно оплетка, отдельно изоляция, отдельно токонесущие жилы.

Все эти объекты журналисты из разных регионов Северо-Запада имели возможность увидеть воочию во второй день семинара. Он целиком прошел на территории предприятия, где нашим экскурсоводом был главный инженер Олег Фролов. Он рассказал, что первая атомная подлодка подошла для ремонта к заводской стенке в 1961 году. Кстати, и утилизация лодок не в 90-е годы началась. Как сообщил Фролов, единичные работы по утилизации проводились еще в конце 70-х - начале 80-х годов. Всего на «Звездочке» утилизировано около 45 атомных подводных лодок.

Надо сказать, для непривычного человека, попавшего на заводскую территорию, ощущения сильные. Циклопических размеров эллинги заставляют усомниться, человеческие ли руки создали эти творения или не обошлось без инопланетян.

Особое впечатление производит «изменяющийся пейзаж» - так я для себя это назвал. К примеру, когда журналисты заходили на территорию док-камеры, где идет разделка субмарины, пришлось огибать громадную секцию будущей «ноги» строящейся самоподъемной буровой платформы. При выходе из дока этой гигантской конструкции уже не было - увезли на специальной тележке к месту сборки.

Кстати, в последнее время строительство объектов по заказу нефтегазовых фирм - «конек» предприятия. Кроме того, «Звездочка» накопила успешный опыт создания современных рыболовецких траулеров. Вначале только сваривали корпуса по заказам голландской фирмы. Затем перешли к строительству траулеров «под ключ» для российских заказчиков, в том числе и мурманских рыбаков.

Работающее на «Звездочке» производство гребных винтов иначе как уникальным не назовешь. Во-первых, конечно, это винты для атомных подводных лодок. Их форма, размеры, материал и способ обработки влияют на шумность лодки, от которой в свою очередь зависит ее скрытность. По этой причине лодочные винты фотографировать нельзя - секрет. Зато другие - сколько угодно. В этом царстве плавно изогнутых линий мужской взгляд найдет, пожалуй, даже нечто эротичное.

А если серьезно, то столь сложные конфигурации поверхностей и кромок можно изготовить только с помощью очень специфического оборудования - огромных пяти- и шестикоординатных станков с числовым программным управлением. Управляют же этими станками настоящие профессионалы.

Неудивительно, что цех без заказов не сидит. Причем поступают они не только от российских судостроителей, но и со всего мира - от Западной Европы до Юго-Восточной Азии. Северодвинские винты приводят в движение не только все наши атомные ледоколы. Они работают также - кто бы мог подумать! - на современных круизных суперлайнерах, бороздящих лазурную гладь Карибского моря, на крупных танкерах корейской постройки, на бесчисленных сухогрузах, лесовозах, траулерах и даже судах на подводных крыльях.

Если продолжить тему международного сотрудничества, то нельзя не сказать о такой специфической его сфере, как сотрудничество военно-техническое. С 1997 года «Звездочка» выполняет ремонт и модернизацию дизельных подводных лодок ВМС Индии. В Дели предприятие даже открыло свое представительство для оперативного решения возникающих вопросов - в Индии постоянно работают от 30 до 50 специалистов из Северодвинска. Налажено также сотрудничество с Ираном, где в командировке находятся около трех десятков сотрудников «Звездочки», открыто представительство в Пекине.

Наконец, тема семинара - проблемы безопасности. Лучше всего понять и усвоить теоретические вопросы можно только на практике. Иными словами, лучше один раз увидеть… То, что мы увидели своими глазами, - это современное здание комплекса переработки жидких радиоактивных отходов, комплекс выгрузки ОЯТ, площадка временного (в ожидании прибытия эшелона для вывоза) хранения до 60 контейнеров с ОЯТ. Каких-либо утечек, заражений, превышения дозы облучения сотрудников за всю историю работы с атомными подлодками на заводе не было. Не было даже приближения к максимально допустимой дозе. Квалификация персонала и оснащенность оборудованием позволяют надеяться, что не будет их и впредь.

Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка». Последний стапель грозной подлодки.
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка». Журналисты «пытают» Олега Фролова - главного инженера предприятия.
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка». Последний стапель грозной подлодки.
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка». Готовность траулера - 96 процентов.
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка». Вскоре им пенить волну.
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка». Вскоре им пенить волну.
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка».
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка».
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка».
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка». Площадка резки металла.
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка». Гильотина.
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка». Здание переработки ЖРО.
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка». Площадка резки металла.
Фото: Катериничев Игорь
Северодвинский центр судоремонта «Звездочка». Ручная резка.
Игорь КАТЕРИНИЧЕВ