Вопрос об открытии в Баренцевом море контрольной точки «Север-2», о необходимости чего так долго говорили мурманские рыбаки, скоро может сам собой потерять актуальность. При той-то «оперативности», с которой решают проблему столичные чиновники. Необходимые для этого и уже подготовленные Росрыболовством документы до сих пор гуляют по коридорам Минюста. А мойвенная путина, под которую, прежде всего и требовалась данная точка, тем временем выходит на финишную прямую.
Сам первый вице-премьер Зубков ставил такую задачу еще в декабре прошлого года. И требовал срочного ее решения. Но, как видим…
Кстати, напомним читателям, в чем же такая актуальность вопроса для рыбаков. Дело в том, что ни одно судно, возвращаясь в родной порт с грузом рыбы, при пересечении водной госграницы не имеет права миновать действующую ныне единственную контрольную точку «Север-1», тем самым отметившись у контролирующих служб. Порядок есть порядок, но постепенно он был доведен до абсурда: даже переходя из одного района промысла в другой или, скажем, из российской экономической зоны в смежный участок Баренцева моря, капитанам приходилось порой делать значительный крюк до контрольной точки, иначе быть тебе в нарушителях режима.
Недавно острая тогда еще тема вновь обсуждалась на заседании Северного научно-промыслового совета, состоявшегося в Москве. Его участник, председатель комитета рыбохозяйственного комплекса Мурманской области Сергей Балябо не без оснований считает, что в первую очередь пострадавшими в данной ситуации оказываются рыбаки. Именно на их плечи ложатся финансовые и временные потери. Причем весьма для судовладельцев чувствительные. На крюк до точки нередко уходит до двух суток. И это при стоимости эксплуатации траулеров, например, типа «Моонзунд», состоящих на вооружении Мурманского тралового флота, порядка 40 тысяч долларов в сутки. А сколько за это время можно было еще рыбы поймать?
И особенно актуален вопрос открытия дополнительной точки был перед началом мойвенной путины. Ведь понятно, что занятым на ней судам необходимо будет «на коротком плече» то и дело мотаться с полным трюмом из района промысла в порт и тут же обратно - мойва дожидаться рыбака не будет. Рыбаки же, в свою очередь, теряют надежду дождаться от чиновников всего-то нескольких последних подписей для преодоления, казалось бы, очевидной неувязки.
Тесно взаимоувязан с вышеназванным и вопрос о районах перегрузки рыбы. Однозначно, по мнению Сергея Балябо, насколько выгоднее и удобнее было бы рыбакам перебросить улов на борт другого, идущего в порт судна и продолжать налегке промысел.
- На сегодня, - говорит Сергей Балябо, - мы, пожалуй, единственная страна в мире, которая СВОИМ судам фактически запрещает проводить грузовые операции в СВОИХ же территориальных водах! Это неправильно с экономической точки зрения и вообще с позиции здравого смысла. Но вроде первый шаг сделан. Мы согласовали все детали с командованием Северного флота. Теперь Росрыболовство должно на своем уровне завершить согласование с Минобороны. Остается еще ФСБ. Но и их представитель на Северном научно-промысловом совете подтвердил, что в случае внесения изменений в действующую законодательную базу их ведомство не будет возражать.
- Да и в целом это ведь был явно не самый эффективный способ предупреждения неучтенных перебросов продукции, вообще возможности браконьерства на мойвенной путине как такового?
- Все суда с грузом мойвы так и так приходят в Мурманск или в свои порты приписки - Калининград и Санкт-Петербург. То есть в любом случае на свой родной российский берег. И потом, браконьерство на мойвенной путине исключено хотя бы в силу отсутствия особого экономического интереса к данному объекту промысла со стороны предпринимателей, не говоря уже об иностранных перекупщиках. Так зачем затрачивать силы и средства на всеобъемлющий контроль при промысле дешевой мойвы? Судам с ней давно надо, наоборот, открыть зеленую улицу.
Также, по мнению Сергея Балябо, тесно увязан с организацией и успешным проведением мойвенной путины еще один вопрос, обсуждавшийся на заседании совета. Назрела необходимость если не воссоздать, то организовать заново что-то наподобие бывшего управления «Севрыбпромразведка», чей флот и сам ловил, и - главное - снабжал всех остальных мурманских рыбаков оперативной информацией о крупных скоплениях рыбы. А «наведя» коллег, пусть и с сожалением, но уходил с богатого участка дальше в поиске новых перспективных районов промысла. И речь не только лишь о мойве.
То есть это должен быть некий самодостаточный оперативно-информационный центр со своим флотом, действующий в интересах рыбаков всего Северного бассейна. В советские времена своеобразной компенсацией «Севрыбпромразведке» за вынужденные уходы с «рыбного места» было государственное финансирование. Сегодня это по многим причинам проблематично. Тем не менее как один из двух возможных в нынешних рыночных условиях вариантов рассматривается создание подобной структуры на бюджетном обеспечении.
Другой вариант - частичное, в складчину, финансирование самими рыбопромышленниками. Но это, считает Сергей Балябо, еще более сложный путь. Судовладельцы нынче часто с трудом договариваются друг с другом. У каждого свои объемы выделенной квоты, свои налаженные связи, наконец, своекорыстные интересы. Что поделаешь, «капитализьм»…
Как бы то ни было, необходимость в подобной структуре есть, и это осознают все члены мурманского рыбацкого сообщества. Но оптимального пути решения пока найти не получается. Будем надеяться, только пока.